Дил расположился на подоконнике в одном из пустых коридоров и принялся жевать пирожные, размышляя. Через стекло дуло холодом, что вызывало по спине легкую дрожь, но сейчас это было даже приятно.
Да, он не был таким загадочным и странным, как Сноу, наверное, и красивым тоже, но он не отступит.
- Мистер Джексон?
Дил поднял голову и увидел перед собой профессора Льюиса. Зельеварение было единственным предметом, который он на самом деле любил и в котором был лучшим. Просто ему это удавалось отлично. И Льюис, без сомнений, был его любимым учителем. И вот сейчас он стоял напротив и смотрел с легким беспокойством в глазах.
- Вы в порядке? – спросил профессор. Дил поднялся на ноги, стряхивая с колен крошки, и кивнул:
- Да. Всё хорошо, сэр.
Почему-то он вдруг вспомнил о своем отце. Будь тот жив, Дил бы спросил у него совета. Обо всем, что происходит. О тайнах и опасности. О Тьме. И о том, как вернуть Розу.
- Вы уверены? – склонил голову Льюис. – У вас встревоженный вид. Если что-то случилось, Дилан, вы можете сказать мне.
- Нет, всё в порядке, - Дил заставил себя улыбнуться. – Просто задумался.
- Ладно. Тогда всего доброго, - согласился с таким ответом мужчина. – И не сидите на холоде, а то заболеете.
Сноу был тем, кто находил какие-то ответы, вопросы, загадки и их решения. Почему Дил не мог так же? Может, это то, что привлекло Розу в слизеринце?
- Профессор!
Льюис обернулся и подождал, пока Дил догнал его.
- Простите, я хотел спросить, - выпалил юноша, пока решительность в нем не исчезла, - вам что-нибудь известно о Тьме?
- Тьме? – удивленно приподнял брови Льюис. – В каком смысле – тьме? Темноте? Или?..
- Как о злом колдуне, которого так прозвали, - пояснил Дил. – Время Великой Тьмы. Сердце Тьмы. Нет?
Он постарался скрыть разочарование. Неужели ничего? Но Льюис вдруг улыбнулся, и это придало его лицу почти юношеское выражение.
- Ах, вы о той сказке?
Настала очередь Дила удивляться.
- Сказке?
- Легенда о Великой Тьме. Это была моя любимая история, когда я был ребенком.
- Никогда её не слышал, - пробормотал Дил. Льюис все с той же улыбкой взглянул на него и пожал плечами.
- Ну, это не совсем традиционная сказка для маленьких волшебников. Скорее, страшилка, которую можно рассказывать друзьям под одеялом с фонариком глубокой ночью. История, которую взрослые стараются скрывать от детей.
Кто бы сомневался. Прежде Дил бы отступил, но сейчас он должен был продолжить. Не ради глупого расследования или борьбы с Тьмой, но чтобы впечатлить Розу.
- Вы не могли бы рассказать её мне, сэр? - как можно вежливей попросил Дил. – Пожалуйста.
И если Льюис был его любимым преподавателем, то и он был одним из любимых учеников профессора. И потому тот ответил:
- Мог бы. Но почему такой интерес к легендам, мистер Джексон?
- Это… – Дил постарался соображать быстрее. Но он не был Джеймсом, так ловко у него не получалось никогда. Обычно, когда их ловили за розыгрышами, или когда нужно было кого-то о чем-то просить, да и в разговорах с учителями ведущим всегда был друг. – Это для Микки.
- Вашему брату тринадцать, а не шесть лет, - подметил Льюис. – Он еще не вырос из сказок?
Дил лишь пожал плечами.
- Бабушка говорит, нет такого возраста, в котором не будет времени для хорошей истории.
Льюис усмехнулся, очевидно, довольный ответом, и Дил с облегчением выдохнул. Он справился. Даже без Джеймса. Он может делать это и один. Не тень под ярким светом друга.
- Ладно, - профессор еще раз улыбнулся и наклонил голову. – Сейчас вспомню, подождите-ка. Итак, когда-то безумно давно жил один мужчина, обладавший великой силой, в которой ему не было равных. Он был храбрым и дерзким и мечтал изменить мир к лучшему. В те времена, когда он жил, маглы ненавидели магов и пытались уничтожить их как вид. А главы магического сообщества ничего не делали, предпочитая наблюдать со стороны, как их людей унижают и убивают. Они были трусливыми и слабыми лидерами, но жестокими, они обладали властью и использовали ее, чтобы держать магов в повиновении. А этот мужчина искал способы вернуть волшебникам свободу и величие. Он верил, что настанет день, когда магам не придется прятаться, чтобы спасти свою жизнь. Он мечтал о свободе. У этого мужчины был лучший друг и любимая девушка. И втроем они хотели построить будущее, в котором был бы только свет. И потому восстали против правительства волшебников. И маги, те, что годами прятались в тени, пошли за ними, потому что верили в их идею. Верили в тот мир, который собирались построить. А потом всё разбилось…
Льюис замолчал на мгновенье, провел пальцем по губам и продолжил.
- Сердце того мужчины разбили те, кому он верил больше всего, кого любил. И, сжигаемый болью, вместо света он обратился ко тьме. Он использовал запретное заклинание, которое придало ему огромную силу, но взамен очернило его душу. Боль извратила его идеи о лучшем мире. И вместо того будущего, где волшебники жили бы в равенстве и открыто среди маглов, он решил, что тех, кто не владеет магией, нужно уничтожить. Как и тех магов, кто встанет на его пути. Десятилетиями он уничтожал людей по всему миру, веруя, что поступает правильно, следуя за своей новой идеей. Стремясь очистить мир от недостойных, от низших. Но темное заклинание, придававшее ему сил, разрушало его. И боль в сердце не становилась меньше. Он продолжал искать мир, не понимая, что своими действиями разрушает его. Он заблудился во лжи и боли, которую ему причинили. И уничтожил бы все, потому что правительство магов продолжало бездействовать и прятаться, не решаясь вступить с ним в открытое сражение. Защищая себя кровью невинных. Но однажды появился герой, способный остановить его. Единственный, кто встал с колен, чтобы противостоять ему. Несущий свет. И в решающей битве одержал победу. И с тех пор те годы назвали Временем Великой Тьмы. Вот и всё.
Льюис замолчал, а Дил все еще пытался переварить услышанное. Что-то не складывалось. Всё было не так. Слишком много отличий. Да, прошло безумно много лет, чтобы знать точно, что тогда произошло в действительности, но чтобы легенды отличались так сильно…
- Герой? – все-таки, первым делом спросил Дил. – Что за герой? Никого ведь не было.
Был Орден Жрецов, поймавший Тьму и вырезавший из его груди сердце.
- Не знаю, - усмехнулся Льюис. – Это же просто легенда. В таких добро всегда побеждает зло. Разве нет? И если есть главный злодей, должен быть и главный герой. Это почти правила в таких историях.
- Но… – Дил запутался еще сильнее. – Всё было не так.
- Что?
- Просто… – он выдохнул, чувствуя легкую панику. – Тьма был психом. Он убил своих друзей и съел их сердца. А потом выпустил на мир кошмарные тени-убийцы. Уничтожал людей сотнями за день. Он не хотел никого спасать, он хотел власти.
Льюис издал короткий смешок и покачал головой.
- Откуда вы это взяли?
- Я… это было в книге.
Профессор откинул голову назад и скрестил руки на груди.
- Конечно же, - он снова улыбнулся, на этот раз с каким-то покровительственным сочувствием. – Книги. Что есть, то есть. Вам следует кое-что запомнить, Дилан. Это очень важно. Историю пишут победители. Всегда. И представляют ее так, как им выгодно. Искажают под свою правду. Как думаете, стало бы правительство магов рассказывать о том, как почти век позволяло убивать волшебников сперва маглам, потом одному из них? Как предательство любимых превратило одного из величайших магов в чудовище? Как от порожденного ими же монстра они скрывались под горами трупов магов и маглов? Это не то, чем будешь гордиться. Разумеется, они решили очернить его образ. Но… это если считать, что всё это было на самом деле.
Дил кашлянул. Сердце его оглушительно стучало в голове.