- Хватит истерить, Джимми, - ухмыльнулся Оливер всё тем же вымотанным странным голосом.
- Я не… Что?
- Не нужно владеть легиллименцией, чтобы знать, что ты думаешь.
Джеймс потряс головой, закусывая губу.
- Почему ты никогда меня не слушаешь? А ты? – он перевел взгляд на Розу. – Нужно было остановить всё это, когда стало плохо.
Роза обиженно надулась и ответила с горечью:
- Думаешь, я не пыталась? Как будто Оливер меня послушает.
- Перестаньте, - Оливер отодвинулся от Розы и несколько неуверенно выпрямился без поддержки. Взгляд его скользнул по девушке и замер на Джеймсе. – Просто скажи, получилось? Ты вспомнил хоть что-нибудь?
Ну, конечно. Это же всё ради воспоминаний затевалось.
Рука тени на его сердце. И лицо под капюшоном.
О, Великий Мерлин… Неужели?
- Всё, - выдохнул Джеймс. И буквально ощутил вес взглядов друзей, устремленных на него.
- Что? Что именно? – выпалил Дил.
- Что с нами произошло? – спросила почти в то же время Мия.
- Я… мы… – Джеймс вдруг понял, что ему сложно говорить. И дышать. Он посмотрел на Мию, в ее настороженные зеленые глаза. Она тоже там была. С ней случилось то же, что и с ним.
- Мы устроили ловушку для капюшона, - ответил Джеймс. В первую очередь ей, своей девушке. Ее плечи приподнялись, вся она сразу как-то втянулась, услышав это. И даже, кажется, затаила дыхание.
- И ночью она сработала, - продолжил Джеймс. – Мы пошли в подземелья, но он напал на нас. И с ним была тень.
- Тень? – ахнула Роза. – Та самая?
Джеймс не ответил. Он вглядывался в лицо Мии, надеясь увидеть хоть что-нибудь, но она спрятала свои эмоции, как бывало всегда, когда они переполняли её. Лишь глаза, как у дикого волка, смотрели на него цепко и тревожно. Да рука машинально потирала скрытые под одеждой символы, выжженные на коже. Там, где и так было немало шрамов.
- Я не знаю, почему он не убил нас. Почему только стер память, - продолжил Джеймс. И обвел друзей взглядом. – Но я знаю кто он.
Его глаза остановились на глазах Оливера.
Просто назвать одно имя.
- Не может быть, - Роза прижала ладошку ко рту. – Кто это?
Джеймс посмотрел на Дила. Друг даже побледнел. И ответ будет для него болезненным. Как и для Джеймса. Он до сих пор не мог поверить. В его голове это просто не укладывалось.
- Это Льюис, - произнес он. Дилан дрогнул и качнулся, будто кто-то со всей силы ударил его по спине.
Один из лучших профессоров и людей, обожаемый всеми учениками без исключения. Отличный зельевар. Всегда внимательный, чуткий. И безусловный любимец Дилана, ведь его предмет единственное, что удается Джексону лучше остальных.
- Ну, конечно, - прошептал пораженно Дил, пропуская пальцы через волосы расстроенным жестом. – Теперь всё сходится. Он же сам буквально сказал мне, что сказка о Тьме его любимая с детства. Теперь понятно, откуда всё пошло. Он ещё ребёнком этой идеей загорелся. И вот почему он так защищал Тьму, когда рассказывал. Чуть ли не героем его представлял.
- О чём ты? – непонимающе нахмурила брови Роза. Джеймс тоже, кажется, что-то пропустил. Он посмотрел на Оливера, надеясь получить подсказку, но тот, судя по взгляду, знал не больше. И тогда Дил принялся рассказывать легенду о Тьме и Свете.
А Джеймс всё думал и думал о том, что вспомнил. О том, каким беспомощным и жалким оказался перед лицом тени. Как ребёнок. Не смог защитить ни Мию, ни себя. И лицо Льюиса, обычно такое доброе и мягкое, той ночью было жестоким и ликующим. Искажённым.
- Звучит вдохновляюще для будущего фаната Тьмы, не так ли? – под конец, задался вопросом Дил. Роза ему кивнула.
- Интересно, о каком Свете шла речь, - задумчиво потянула она.
- Какая разница? Наверняка, какой-нибудь Жрец, - ответила ей Мия. Но Роза не согласилась:
- Разница есть. Чтобы победить такого могучего мага, каким был Тьма, Свет, кем бы ни был, должен был владеть не меньшей силой. И если Тьма до сих пор жива, может, и Свет тоже?
- Тогда где он? – фыркнул Дил. – Не пора ли явиться из своего отпуска и заняться решением проблемы?
- Это не так важно сейчас, - отрезал Оливер. – Главное, то, что Джеймс вспомнил. И что мы будем делать с этим дальше.
========== 51. Прощальный подарок. ==========
- Что не так?
Оливер чувствовал тревогу Джеймса так, как будто она была его собственной. И Поттер понял это, потому что как бы невзначай заслонился свежим выпуском «Ежедневного пророка», как щитом.
- Ничего, - раздался его нарочито беспечный голос из-за колдографии с танцующими волшебниками на ежегодном благотворительном балу в честь Дня всех влюбленных, проводящемся в преддверии этого праздника.
Оливер щелкнул пальцами и вырвал газету из рук друга, заставляя того посмотреть прямо на себя.
- Я что, отрастил длинные рыжие волосы или стал назойливым блондином? – спросил он, сверля в друге взглядом дыру. – Почему ты мне врешь?
Джеймс несколько раз моргнул и скованно улыбнулся.
- Не знаю, как объяснить…
- Как есть. Я пойму. Ты ведь знаешь это?
Оливер был абсолютно серьезен и не сомневался в собственных словах. И когда Джеймс поверил, его улыбка из робкой стала благодарной.
- Я не… – он заикнулся и занервничал ещё больше. – Просто мне… Знаешь…
Оливер не торопил, давая другу время собраться с мыслями и подобрать нужные, правильные слова.
Джеймс глубоко вдохнул и произнес:
- Я не думаю, что под капюшоном в действительности Льюис.
- Это потому, что мы ничего не нашли в его кабинете? – Оливер наклонился вперед. – Ведь не потому же, что он тебе нравится?
Джеймс вздохнул и, опустив глаза, принялся рассматривать свои ногти.
- Нет. Дело не в этом, - пробормотал он. – Просто что-то не сходится.
- Знаю, он выглядит добрым и ко всем положительно относится…
- Это ни при чем. Я… – Джеймс потер лоб, пытаясь разгладить несуществующие складки. Оливер внимательно следил за каждым его жестом. Разве что вдохи не считал. Ему было важно понять, что Поттер имеет в виду. Узнать причины.
- Я чувствую, что это не он, понимаешь?
Джеймс, наконец, поднял взгляд, и в глазах его была такая надежда, что Оливеру больше всего на свете хотелось солгать. Но он не мог сделать это. Особенно, когда две минуты назад выговаривал Джеймса за обман.
- Но твои воспоминания, - он не понимал. – И воспоминания Мии. В них капюшон – это Льюис. Ты помнишь, как он снимает капюшон, как нападет на тебя. Что с этим?
Оливер честно пытался разобраться, тогда как Джеймс выглядел совершенно запутавшимся. Интуиция говорила ему одно, а факты другое. Это Оливер мог понять.
- Я… я не знаю, как сказать правильно… – Джеймс начал нервно сгибать уголок оставшейся на столе газеты. – Но то, что я вспомнил, всё верно, похоже на правду. В начале. Но на каком-то моменте всё меняется. Чёрт. Понимаешь, это выглядит как воспоминание в моей голове. Я это помню. Но оно там как будто чужое. Словно… измененное.
Оливер ловил каждое слово, каждый взгляд Джеймса, медленно переваривая услышанное. Пытаясь поставить себя на место гриффиндорца, ощутить то, через что он прошел.
- Думаешь, - растягивая звуки, произнес Оливер, - кто-то нарочно изменил ваши воспоминания?
- Я не знаю, - Джеймс выглядел совсем потерянно, как в то утро, когда проснулся без памяти.
- Но для того, чтобы использованные мной чары не пробили искажение, заклинание, изменившее память, должно быть намного сильнее обычного. Не в сравнение с теми, что используют мракоборцы на магглах. Как капюшон мог сделать подобное? Тем более, у двух человек. А после еще нанести руны Древней магии, для чего тоже нужно много сил. Это невозможно. Каким бы талантливым волшебником он ни был.
- Я не знаю, Оливер, - повторил свои же слова Джеймс. – Это просто сидит в голове, и от него никуда не деться. Я знаю, что здесь что-то не так. Помнишь, когда ты только рассказал нам о Миргурде, ты был уверен, что он не убивал себя.