«Я знаю, что ты не отступишь от пути, на который встал, поэтому хочу предупредить тебя. Тьма, похороненная Жрецами, опасней, чем ты можешь представить. И когда она вырвется на свободу из своего сосуда, ей будет нужно новое вместилище. Живое сердце. Ты уже в курсе. Но кое-чего можешь не знать».
Оливер сильнее вцепился в лист бумаги. Какой ещё сюрприз, чёрт возьми?
«Тьма выберет новое сердце не случайно. А то, которое уже заражено тьмой. И человека, который даст ей наибольшие перспективы. И это ты».
И если до этого Оливеру было тяжело дышать, то сейчас он почти задыхался. Втянув воздух через нос, острый, словно длинные иголки, он просто продолжил чтение, что бы там ни было.
«В мире новой магии у Тьмы нет прежних сил. Не смотря на это, она всё равно остается сильной. Но в тебе живёт Древняя магия, и она почувствует это. Представь, что случится, если Тьма завладеет той силой, что живёт в тебе. Этого нельзя допустить ни в коем случае. Ты можешь продолжать рисковать своей жизнью, я не способен это изменить. Но если случится так, что Тьма освободится, ты не должен оказаться рядом. Запомни это».
Оливер не заметил, как пальцы прорвали тонкую бумагу. И, по правде говоря, он не был действительно удивлен. Наверное, он ждал этого.
«Он сказал, у этой Тьмы имя одного из нас», - прозвучал в памяти тихий голос Джеймса. И впервые с того разговора Оливер подумал, что, быть может, эти слова были правдой, и Вандерссон на самом деле что-то знал.
***
Роза догнала Оливера после ужина. На самом деле впереди её ждало много дел, один реферат о восстании гоблинов чего стоил, и это не считая работы по трансфигурации, астрономии и отработки чар для Флитвика. Но ей хотелось хотя бы пару минут побыть со своим парнем.
- Привет, Огонёк, - улыбнулся ей Оливер той самой улыбкой, которая отражалась на губах, но не затрагивала глаз, оставляя их холодными. Роза присмотрелась внимательнее и заметила, как скован и напряжен юноша. Это отражалось в его поднятых плечах, сжатых губах и застывшем прямом взгляде. И что бы там ни произошло, Роза хотела быть той, кто поможет. Она нежно обняла Оливера, прижавшись сбоку к его плечу, и взяла его за руку, переплетая пальцы. Даже через одежду она чувствовала идущее от парня тепло. И сердце ее таяло от этого ощущения. И рядом с этим юношей её порожденные разгаданной тайной страхи вдруг исчезли. С ним она была в безопасности.
- Как прошел твой день? – поинтересовался Оливер, когда они, не сговариваясь, медленно побрели в сторону гостиной Гриффиндора.
- Хорошо, - ответила Роза, наслаждаясь моментом. И поймала себя на мысли, что на самом деле хорошо всё стало только сейчас, когда она была с Оливером. Правда, разговор с Дилом тоже принес ей облегчение, но об этом она не хотела упоминать, так как знала, что неприязнь Джексона к слизеринцу взаимна.
- Хотя, знаешь, сегодня на зельеварении я не могла перестать смотреть на Льюиса и думать о том, что капюшон – это он, - поделилась девушка, когда Оливер ничего не ответил.
- И ты уверена, что это он? – спросил Оливер. И даже боковым зрением Роза смогла заметить, как он еще больше напрягся на этих словах. Будто ответ был важен для него, по-настоящему. Словно от этого зависело что-то особенное.
- Ведь Мия и Джеймс это вспомнили, - честно ответила Роза. – К тому же, всё сходится. Мы видели капюшона прежде, он такого же роста, как и Льюис. И если прибавить к этому его знания, опыт, магию… Это не умения школьника. И сказка, которую он рассказал Дилу, только всё подтверждает. Всё это время он был рядом с нами, наблюдал за нами, а мы ничего не знали. Так что да, я уверена.
Она повернула голову как раз вовремя, чтобы увидеть, как сжались челюсти Оливера.
- Ладно, - кивнул он таким тоном, который буквально кричал о том, насколько это не «ладно» на самом деле. Роза с любопытством прищурила глаза, пытаясь разгадать, что же не так. Но не смогла. И поэтому просто спросила:
- Всё хорошо? В смысле, у тебя всё хорошо?
Оливер повернул голову, чтобы посмотреть на неё, и в этот раз улыбнулся по-настоящему.
- Просто устал, - ответил он. – Тяжелый день. А впереди еще работа по трансфигурации.
- И у тебя тоже, - не смогла сдержать улыбки Роза. Возможно, это и было глупо, потому что в их школе в принципе не слишком много предметов, так что такие совпадения не являлись чем-то неожиданным, но девушке показался милым тот факт, что, даже не будучи вместе, они будут заниматься одним и тем же.
- Слушай, Оливер, ты не хочешь завтра сходить на пикник? – предложила Роза, когда они поднимались по очередной лестнице. Оливер изящно изогнул бровь в немом вопросе. И девушка торопливо разъяснила:
- Да, знаю, погода не лучшая, но мы могли бы укрыться с той стороны замка, где нет ветра. Я принесу еду с кухни. И захвачу плед.
- А что делать мне, если всё организуешь ты? – с любопытством спросил Оливер.
- Ну… ты можешь придумать, чем мы займемся.
- Я думал, мы будем есть.
Оливер с полной серьезностью посмотрел на Розу, но она видела танцующие в его глазах смешинки.
- Надеюсь, что не только, - она подмигнула юноше, и он расцвел улыбкой. У Розы даже дыхание перехватило. Это словно держать в руках нераспустившийся цветок, но когда он открылся, вдруг вместо чего-то обычного увидеть сверкающую ослепительную звезду, поражающую своим белым светом.
- Тогда я буду очень ждать завтрашний вечер, - произнес Оливер. И Роза внезапно осипшим от восторга голосом ответила:
- Я тоже.
Около портрета, скрывающего вход в гриффиндорскую гостиную, они остановились. Нехотя Роза отстранилась от теплого плеча, но руку юноши не выпустила. Ей нравилось ощущать его кожу, его прикосновения.
- Жаль, что ты не можешь пойти со мной, - со вздохом произнесла она. И лишь заметив мелькнувшее в глазах секундное сожаление, поняла, что сказала. Какой это имело смысл. Будто она упрекала Оливера за то, что он со Слизерина. Словно это было важно, а ведь это не так. Не для неё. И если понадобится, она будет повторять это каждый день. Хотя, что скрывать, будь он гриффиндорцем, всё было бы куда проще.
Но спустя миг Оливер уже нахально улыбался, глядя в ответ. Так, словно не было ничего, что могло бы его нечаянно задеть.
- Прости, Огонёк, но меня ждёт другая. И имя ей Эджком.
- Это фамилия, - не сумела удержаться от того, чтобы поправить его, Роза. И наигранно вздохнула. – Да уж, против этой дамы у меня нет шансов.
- Ни единого, - подмигнул Оливер.
- Придется страдать в одиночестве и заедать свою грусть конфетами. С клубничной начинкой.
- Что ж, - Оливер весело улыбался, и напряжение из его фигуры медленно исчезало, - я слышал, сладкое вырабатывает гормоны радости. Вот и проверишь.
- Правда? – Роза протянула вторую руку и взяла ладонь юноши в свою. – А я слышала, что поцелуи тоже помогают. Не хочешь проверить это?
- Не возражаю.
Роза была так счастлива, что удивлялась, как еще не начала летать. И, глядя в любимые серые глаза, она знала, что ни за что на свете не хочет потерять их. И, что бы ни заставляло Оливера грустить и тревожиться, что бы ни разрывало его сердце, она сделает всё, чтобы ему помочь. И в первую очередь будет целовать.
***
Лист, лежащий на столе, оставался пустым уже почти двадцать минут, когда Оливер, наконец, понял это. Он и не заметил, как провалился в яму собственных мыслей, совершенно позабыв о трансфигурации. Но учеба была последним, что лезло ему в голову. Мысли рассыпались, словно песок, и по крупинкам уносились ветром в неизвестном направлении.
На одно-единственное мгновенье, когда он был с Розой, ему показалось, что тяжесть, давящая изнутри, исчезла. Но это был короткий ослепляющий обман. Что-то незримое по-прежнему сжимало легкие, сдавливало горло, пытаясь задушить. Невозможно сделать настоящий ни вдох, ни выдох. Оливеру даже начало казаться, что еще немного, и от недостатка кислорода у него закружится голова. Или, может, он просто задохнется прежде, чем это случится?