И легкое разочарование, возникшее в груди, было совсем не ко времени.
Вместе они направились в совятню. Ученики, шагавшие им навстречу или обгонявшие их, весело болтали, смеялись, обсуждали уроки и даже не подозревали, что под стенами их любимой школы таится зло, готовое возродиться и обратить мир в хаос.
- Эй, Оливер, - позвал Джеймс. Слизеринец издал тихий звук, похожий на мычание, означающий, что он слушает. – Почему ты пришел после урока?
Теперь Оливер усмехнулся и потряс головой.
- Я был на травологии, когда вдруг порезался. И сразу после звонка побежал в замок, искать тебя.
- Ты пошел за мной, потому что порезался? – не совсем понял Джеймс.
Оливер слегка улыбнулся на выдохе:
- Я порезался, потому что в какой-то миг не мог дышать. И, не знаю, почему, но я был уверен, что это из-за тебя. Что с тобой что-то не так. Глупо, да?
- Нет, - возразил Джеймс. – Вовсе нет. Думаешь, это часть твоих способностей?
- Наверное, - пожал плечами Оливер. – Но после голосов в голове и многого другого это не самое странно, что со мной случалось.
Джеймс задумался в который раз о том, каково это, видеть и ощущать мир так, как делал это Оливер. Он мог слушать об этом целыми днями, пытаться представить, но никогда не сможет понять на самом деле. Никогда не почувствует то же. И это почему-то вызвало грусть. Как будто, что бы они ни делали, этот барьер всегда будет между ними, и нет способа его преодолеть.
Перебираясь по лестнице из одного крыла замка в другое, Джеймс мимолетно бросил взгляд вниз, туда, где переплетались множество лестниц, и остановился, вдруг заметив знакомую светлую макушку.
- Ты чего? – обернулся Оливер, когда понял, что друг не шагает рядом.
- Да, я… – Джеймс прочистил горло и кивком указал на блондинку внизу. – Увидел знакомую.
Оливер хмуро взглянул на девушку и скрестил на груди руки.
- Это кто?
- Лиз, - имя прозвучало с каким-то особенным чувством. И от него по груди разлилось тепло, противоположное тому холоду, что вызвала в кошмаре заточенная в гробу Тьма. – Лиз Бэйл. Работает под началом моего папы.
- М, - Оливер мрачно поджал губы. – И что она здесь делает?
- Наверное, пришла к Макгонагалл. Она занимается расследованием нападения на Кима Кейна.
Джеймсу хотелось поздороваться с девушкой. Он уже представил, как её личико озарится той ослепительной солнечной улыбкой, как она пошутит, что в этот раз они не столкнулись, как обычно. А он, скорее всего, снова поведет себя нелепо и начнет смущаться, как и всегда рядом с ней. Она действовала на него так, будто кружила голову.
- Пойдем, - позвал Оливер. – У нас нет времени.
Джеймс вынужден был согласиться. Поэтому вместо того, чтобы спускаться навстречу Лиз, поспешил за другом в противоположную сторону.
Около совятни они оба остановились, вытащили бумагу и перья и, расположившись на подоконнике, принялись писать свои письма. Как раз, когда всё было готово, подтянулись Дил, Мия и Роза.
Джеймс отметил, как напрягся при появлении Уизли Оливер. И сколько бы слизеринец не делал вид, что не переживает, он не мог обмануть Поттера. Оливеру было больно и тяжело. И он скучал по своему Огоньку.
- Плохие новости, - сразу начала Роза без паузы. – Макгонагал и Флитвика не будет в замке до конца недели.
- Что?
- У нас отменили урок заклинаний, потому что их обоих вызвали в Министерство на заседания по принятию какого-то нового законопроекта. Нужны голосования и правки, так что это до выходных.
- Вот почему это случится сегодня, - поддакнул Дил. – В школе нет никого, кто мог бы помешать Тьме и капюшону. Не удивлюсь, если это Льюис как-нибудь намутил все эти заседания.
- Вы написали письма? – спросила Мия.
Джеймс и Оливер кивнули. Все вместе друзья вошли в совятню. Выбрав двух птиц, они привязали к их лапкам письма и выпустили их в небо.
- Только бы дедушка прочитал его быстро, - вздохнул Оливер. – Но обычно это не так. Думаю, он как-то маскируется с помощью Древней магии, чтобы его было сложнее найти.
- А она может быть практичной, да? – подметила Роза, держась за руку с Дилом. Оливер бросил на неё печальный взгляд.
- Да, - согласился он тихо. – Да, Роза.
Он больше не называл её «Огонёк». И не будет. Джеймсу вдруг стало грустно от того, что наблюдал за осколками тех чувств, что были у его сестры и по-прежнему оставались у его друга. Это никогда не перестанет по-настоящему болеть, правда?
Застывшие, на краю мира, перед решающим событием, они стояли плечом к плечу, все пятеро, и смотрели на двух улетающих в облачное небо птиц. Такие разные. Вместе они прошли длинный и сложный путь. Но все их поступки и действия вели сюда, в эту точку и к этому событию. Сегодня ночью всё закончится, так или иначе. Победа или поражение, но так, как было, уже не будет. Всё изменится. И они стояли, наслаждаясь последними мгновеньями своего мира.
Джеймс дышал ровно, полной грудью. Он был готов к тому, что его ожидало. Что бы ни было. Потому что встретит это не в одиночку. Слева стоял Оливер. Удивительно, как из ненавистного слизеринца он превратился в того самого особенного человека, что помогал Джеймсу удерживать на плечах мир. По сути, он и стал миром. Подумать только, если бы не та случайная встреча сентябрьской ночью и не совместная неделя наказаний, ничего бы не было. Они бы так и не узнали друг друга. Но, может, правда, что случайности не случайны. И во всех мирах всех Вселенных им суждено шагать рядом.
Справа от Джеймса стояла Мия. Девушка, изменившая его жизнь. Это чудо, что они оказались рядом. Невероятное совпадение, что они повстречались в лесу. И именно она стала первой, в кого Джеймс влюбился. Она притягивала его своей необычностью, будто магией. И она, так же как и Оливер, будет с ним до конца. Даже если с самого начала это был не её бой. Но она не испугалась. И это Джеймсу в ней безумно нравилось – её пылающий сильный характер, её уверенность и её храбрость.
А сразу за спиной замерли, не отпуская друг друга, Роза и Дил. Кузина, внезапно оказавшаяся самой родной и близкой из семьи. Открывшаяся с новой стороны – не просто заучка и зануда, но верный друг. Она готова была рисковать и бороться, но при этом не теряла сострадания и нежности. И она та, кто потеряла больше их всех за эти месяцы – часть себя. Джеймс никогда не перестанет думать об этом. И страдать за неё, потому что она даже этого не может. По вине его лучшего друга. Бывшего лучшего друга. Сейчас, когда первая злость прошла, Джеймс понял и принял тот факт, что лучшими друзьями он и Дил перестали быть задолго до того, что натворил Джексон. Наверное, это была вина Джеймса. Теперь он понимал, как Дилану было одиноко. Поэтому он и поступил так с Розой, пытаясь удержать хотя бы её. Джеймс не простил Дила. Но вдруг осознал, что по-прежнему беспокоится о нём, что их дружба, даже сломанная и покачнувшаяся, не уничтожена до конца.
И вдруг раздался взрыв. Один. Моментально следом второй.
Джеймс вздрогнул. Роза и Дил одновременно вскрикнули.
- Господи!
Обе совы, летящие с письмами, одна за другой словно врезались в какой-то невидимый заслон, спаливший их дотла. Только вспыхнули огни, оставив в воздухе черный дым и осыпающиеся вниз обуглившиеся перья.
- Мерлиновы чулки…- пробормотал Дил не своим голосом.
Все они знали, что это означает – теперь они сами по себе. В ловушке. Помощи ждать неоткуда. Капюшон хорошо подготовился к возрождению Тьмы. И противостоять ему им придется в одиночку.
***
Они договорились встретиться на втором этаже в десять вечера. Оливер пришел первым. Гриффиндорцы явились через четыре минуты. И по их лицам ясно читалось – было что-то ещё. Что-то, что Оливеру не понравится.
- В чем дело? – сразу спросил он, требовательно глядя на Джеймса. Тот выглядел непривычно серьезно и сдержанно. Сосредоточенная Мия шагала рядом с ним, не выпуская из рук палочку. Глаза её странно горели. Роза вела за руку Дила, выглядевшего действительно перепуганным.
- Мы поговорили, - издалека начал Поттер, останавливаясь. Однако взгляд не отвел. – Ты не пойдешь с нами.