- Что?!
- Оливер, это разумно, - выступила вперед Роза. – Джеймс рассказал нам о письме твоего дедушки и о Древней магии.
- Вот как, - фыркнул Оливер, не сдержав желчи в голосе. Джеймс встретился с его взглядом и не отвернулся, лишь упрямо выдвинул вперед подбородок и продолжил:
- Тебе не стоит идти. Твой дедушка предупреждал, как это опасно для тебя.
- И всех нас, - вставил своё слово Джексон. Ни Джеймс, ни Оливер не обратили на это внимание.
- Ты не можешь быть внизу, когда есть шанс, что Тьма вырвется. Ведь тогда она захочет вселиться в тебя.
- Или в любого из вас, - возразил Оливер, зная, что друг прав. Но он не хотел оставаться в безопасности, пока остальные рискуют.
- Только если не будет тебя, - вздохнул Джеймс, делая шаг вперед. Голос его звучал спокойно и так по-взрослому, что это удивляло. – Ты знаешь, что я прав, Оливер. Если Тьма завладеет любым из нас, её ещё можно будет остановить. Но если она получит твоё сердце, то в её руках окажется Древняя магия, с которой не справится никто. Она вырвется на свободу, и всё вокруг погрузится в хаос. Начнется война. Смерти. Ты ведь понимаешь это.
- Но Джеймс… – Оливер всё и сам знал. Но не мог, не мог. – Ты будешь в опасности, а мне что, сидеть в спальне, гадая, справились ли вы?
- Ты серьезно готов рискнуть всем миром ради меня? – воскликнул Джеймс прежде, чем любой из них сумел избежать этой мысли. И тотчас замолчал, не в силах ровно дышать. И Оливер тоже ничего не говорил. Да и что тут скажешь?
- Неловко, - пробормотал Дил, переглянувшись с Розой. Мия, прищурившись, наблюдала.
- Я пойду с вами, - решительно произнёс Оливер. – Мы не допустим того, чтобы Тьму освободили и победим Льюиса. Вместе. Или никак.
Джеймс прикусил губу и переглянулся с Мией.
- Прости, - расстроено пробормотал он. И прежде, чем Оливер успел спросить за что, Джеймс взмахнул палочкой, посылая в грудь друга заклинание.
- Петрификус Тоталус!
Оливера иголками пронзил мимолетный холод и, обездвиженный, он упал на пол.
- Это для общего блага, - наклонившись над ним, произнесла Роза.
- Увидимся утром, - Джеймс подарил ему последнюю улыбку. – И ты сможешь кричать на меня или называть болваном. Обещаю.
Внутренне Оливер кричал.
Он слышал, как удалялись шаги друзей – нервного Дилана, напряженной Мии, уверенной Розы и виноватого Джеймса, и не мог ничего поделать. Только лежать и медленно убивать себя собственными тревожными мыслями. Впереди его ждала бесконечная одинокая ночь ожидания и незнания того, что происходит внизу.
И когда взойдет солнце, кто выйдет из подземелья?
========== 55. Первая дверь. ==========
Джеймс знал, что поступил правильно. Но, несмотря на это, у него было тяжело на душе.
- Мы ещё можем вернуться за ним, - заметила это Мия.
- Нет, - сразу же возразила Роза непреклонным тоном. – Это опасно для всех нас. Если бы он хотя бы контролировал свои силы, мы могли бы использовать это как козырь и выставить его на битву с Льюисом. Но он не может, так что нет смысла возвращаться.
Джеймс сдержанно хмыкнул. Он всё пытался понять, что изменилось в Розе, и не мог. Но порой бывали моменты, как сейчас, когда ему казалось, что она стала другой.
До подземелья они добрались почти без приключений. Лишь едва не столкнулись с парочкой семикурсников с Когтеврана, но вовремя успели спрятаться в открытом кабинете. Внизу никого не было. Роза первой шагнула под лестницу, чтобы наложить на дверь открывающие чары. Мия настороженно озиралась по сторонам, подняв палочку на уровень груди, будто ожидала, что на них нападут в любой момент. Джеймс глубоко вдохнул. Сейчас тот самый момент, когда он должен собраться и стать тем лидером, которого в нем видят всегда. Каким был и является его отец. И когда всё закончится, из этого подземелья они выйдут победителями. Не произойдет ничего плохого. Потому что герои всегда побеждают злодеев. И в конце им достается слава и красавица. У Джеймса уже есть Мия. Есть, пусть и ужасно злой на него, Оливер. Семья. Любимая игра. О большем разве можно мечтать? И за это всё Джеймс не перестанет сражаться.
Он пытался, но не мог сейчас представить, что уже завтра утром они все будут свободны. От расследования, тайн и опасностей. Они смогут пойти на завтрак, не думая о притаившихся в углах тенях с красными глазами. И больше никто, ни один человек не пострадает так, как малыш Кейн, безумный Вандерссон или Стивен Миргурд, с которого всё началось.
- Эй, Джеймс, - Дил застыл рядом, напряженный. Он не повернул голову, наблюдая за Розой, но лицо его приняло раскаивающееся выражение.
- Что? – негромко отреагировал Джеймс, потому что нужно было что-то сказать.
- Может, не сейчас, но когда-нибудь ты простишь меня? – спросил Дилан с искренней печалью.
Джеймс не знал ответа. Роза была его сестрой. И то, что Джексон сделал с ней, как поступил, это ужасно и немыслимо. Недопустимо. Это до сих пор не укладывалось в голове.
- Я знаю, почему ты так поступил, - вздохнул Джеймс. – Но этого не достаточно. Я не думаю, что смогу.
Он не хотел кричать. Он устал. И сейчас их всех ждало нечто куда более важное, чем отношения. Ссориться накануне решающей битвы было бы неразумно.
Дил переступил с ноги на ногу и, наконец, посмотрел на Джеймса. Глаза его слезились.
- Но она влюблена в меня на самом деле. Это не ложь.
Джеймс посмотрел на бывшего лучшего друга в ответ твердым немигающим взглядом.
- Если ты так уверен в её чувствах, зачем было всё это? Тебе стоило просто подождать, пока она сама вернётся. Выходит, ты всё-таки сомневаешься. А раз так, то всё, что у вас сейчас, это ложь.
- Готово! – воскликнула Роза прежде, чем Дил успел сформулировать ответный аргумент. Не глядя на него больше, Джеймс шагнул под лестницу, оттеснил сестру и первым вошел в коридор.
И то, что он мгновенно увидел, сразу же заставило его остановиться. Первая дверь, та самая, ключа к которой они так и не подобрали, не сумев разгадать символ, была открыта.
Роза за его спиной шумно втянула носом воздух. Ощутила ли она ту же дрожь, что и Джеймс? Будто оказаться внезапно на краю высочайшей скалы посреди бушующего океана. Шаг вперед – и останется только свободное падение в никуда.
- Он здесь, - тихо озвучила общую мысль Мия. Её голос был ровным, без единой эмоции, почти стальным.
Они опоздали. Или близки к тому, чтобы опоздать. Но пока будет оставаться хоть какой-то шанс, они не прекратят бороться.
Нужно спускаться. Сейчас.
Джеймс оглянулся, чтобы в последний раз посмотреть на своих друзей. Синие глаза Розы оставались сдержанно холодными, в голубых глазах Дила дрожали огоньки страха, а зеленые глаза Мии отражали решительность и какое-то необъяснимое пламя, определение которому Джеймс не мог подобрать.
Сжав губы, он кивнул. Пора. И вступил за дверь, сразу же оказавшись на лестнице, ведущей вниз.
Джеймс узнал это место. Он уже был на этих каменных черных ступенях, уходящих вниз, в пасть ада, скользил по ним бестелесным ветром. Его кошмары. Его видения. Все они были об этом. И вот, наконец, он очутился тут наяву. Все дороги с самого начала вели сюда. И не было ни одного варианта будущего, где он избегал бы этой лестницы и того, что ждало их внизу.
Камень глухо звучал под ногами. Воздух с каждым шагом становился холодней. Это напоминало то, как медленно заходишь в ледяную, ещё не прогретую солнцем воду, когда у тебя на миг перехватывает дыхание, тело покрывается мурашками, а сердце начинает стучать чаще.
Шероховатые серые стены по бокам будто сжимались, сдавливали, вызывая чувство клаустрофобии. Хотелось просто развернуться и сбежать. Но Джеймс не мог. Там, наверху, готовились ко сну Альбус и Лили. Если не ради себя или друзей, то для своей семьи Джеймс должен быть храбрым. Если сегодня ночью у них ничего не получится, это затронет каждого. И как старший брат он привык оберегать и защищать своего младшего брата и сестренку. Всегда.
Лестница повернула. И дыхание Джеймса замерло в воздухе колючими льдинками. Он знал, помнил, что будет там, за поворотом. Комната, в которой их ждёт Льюис.