Вскочив на ноги, Оливер отряхнулся и посмотрел на Ками. Ему хотелось что есть сил бежать в тайное подземелье, но при Диаз он не мог.
- Спасибо, Камила, - улыбнулся он благодарно. – Оказывается, твоё сердце не такое каменное, как говорят.
- Ты что, всё слухи, - развела руки в стороны девушка. - Это у простых смертных оно может быть из камня, а у меня из настоящего алмаза.
- Алмаз тоже камень.
- Заметь, самый крепкий. Ничто его не разобьет.
- Тогда тебе повезло.
Ками изящно выгнула одну бровь и скрестила руки на груди.
- А тебе нет. Итак, мистер ледяная скульптура, кто сделал это с тобой?
Оливер бы предпочел пропустить эту часть с вопросами и сразу перейти к той, где они прощаются, желают друг другу добрых снов, девушка уходит в закат, а он бежит в потайное подземелье под лестницей.
- Никто, - сдержанно ответил он, призывая всё своё спокойствие, чтобы не бросить девушку и не умчаться прямо сейчас.
Ками разочарованно фыркнула.
- Ну да, - недоверие в её голосе смешивалось с язвительностью, - а я и забыла, что ты у нас любитель экстремального отдыха. Сам на себя накладываешь чары, а потом валяешься на полу в позе фараона в гробнице. Совсем из головы вылетело.
- Ками, серьезно, это ерунда. Пойдем спать… – протараторил Оливер, но девушка его оборвала:
- Во-первых, даже не пытайся уложить меня в постель, Оливер, а во-вторых, не смей уходить от ответа.
- Ладно, но пойдем в гостиную, - примирился с неизбежным Оливер. Пока они идут, он успеет придумать историю. Проще и быстрее объясниться с Камилой, чем пытаться её переспорить. В этом умении она уступала, наверное, только Джеймсу.
В гостиной Слизерина почти никого не было. Только самые безумные семи-и пятикурсники вздыхали по углам над своими книгами. Ками и Оливер остановились около камина, и девушка уставилась на Сноу пронзительными глазами.
- Я слушаю.
- Я не… – Оливер так и не придумал историю. Единственное, что занимало его мысли всю дорогу, так это то, что его друзья сейчас внизу, а он не с ними.
- Давай я облегчу тебе задачу – это гриффиндорцы? – предположила Камила суровым голосом. Оливер растерялся и этим себя выдал. Девушка скривила лицо.
- Упрощу ещё – это Поттер?
И вот как она сумела попасть в цель с закрытыми глазами в темной комнате с первого раза?
Девушка закатила глаза. А у Оливера закончилось терпение.
- Ками, пожалуйста, завтра – всё, что угодно. Но сейчас мне надо…
- Что?
К Джеймсу.
И к дедушке.
Вот те двое, в ком он сейчас нуждался.
Но первый оттолкнул его, ссылаясь на второго. И, может, не был так уж не прав. Личная вендетта Оливера не стоит возможного риска. Так?
Камила ждала ответа.
- Поговорить с дедушкой, - прошептал Оливер, решив, что это важнее. Джеймс не один сейчас. Он с Мией и Розой, двумя сильнейшими волшебницами их возраста. Ну, и с Джексоном в качестве бесплатного бонуса. А вот разговор с дедом реально мог бы помочь. Он мог знать что-то ещё о Тьме или Льюисе, он собирался найти что-нибудь в заметках своего учителя.
- Так в чем проблема? Напиши ему.
- Нет. Сейчас.
Голос его прозвучал отчаянно. Не справился с эмоциями. Оливер так запутался. Большая его часть хотела бежать за Джеймсом и остальными, но какой-то отдел мозга, вероятно, отвечающий за здравомыслие, говорил, что делать этого не стоит. Своим появлением он подвергнет всех еще большей угрозе, чем есть сейчас. Потому что всегда будет существовать шанс, что они проиграют капюшону, и Тьма будет освобождена.
Ками вздернула подбородок и прищурила глаза, всматриваясь в Оливера. Потом вдруг кивнула чему-то своему и внезапно улыбнулась.
- Что ж, ты по адресу. У меня есть летучий порох.
- Правда?
У него тоже был летучий порох в начале года, но потом он куда-то исчез. Оливер даже не удивился, он привык, что всё, что лежало не достаточно хорошо, могло привлечь чьё-то внимание, и это было практически нормой.
- Конечно, - ухмыльнулась девушка. – Все предпочитают сов, хотя даже в правилах не сказано, что нам запрещено пользоваться летучим порохом для связи с близкими. Хотя, что разрешено, тоже, но это уже не важно. Не то, чтобы я такое делала, но всегда полезно иметь в запасе то, чего нет у других, чтобы потом внезапно стать их спасителем. Так можно завести полезных должников.
Оливер не знал, что сказать, а такое с ним случалось не часто. Ками улыбнулась, довольная таким эффектом.
- Я принесу тебе щепотку и разберусь с этими, - она кивком указала на присутствующих в гостиной учеников. – Если знаешь, где он, и он там будет, можете поболтать.
Оливер по-новому взглянул на слизеринку. Это была та же Диаз, опасная, язвительная, гордая и привлекательная. Та, кто не помогала никому и никогда.
- Почему ты это делаешь? – спросил он. Улыбка на лице девушки из самодовольной вдруг превратилась в иную. Словно углы сгладились, и она стала мягче.
- Потому что, что бы ни говорили тебе гриффиндорцы, ты всегда будешь одним из нас, - ответила она ровным тоном. – Мы не герои, как они, и никогда не будем. Но мы вместе. Мы на одной стороне.
- Боже, Ками, сколько пафоса, - Оливер верил и одновременно сомневался в её словах. – Что я буду тебе должен за это?
Уголки губ девушки подпрыгнули выше, убрав ту непривычную мягкость.
- Тебя не проведешь, - со смешком она покачала головой. – Помоги мне отомстить Джеймсу за то, что он бросил тебя в том коридоре.
Оливер с силой стиснул зубы.
- Нет.
Если это единственный способ, то он пас. Обойдется и без разговора с дедушкой. Просто развернется и пойдет вниз, как должен был сделать сразу же после того, как Ками его освободила.
- Ладно, - протянула Камила. – Есть другой вариант. Хочу знать, что происходит. Потому что что-то происходит, и если ты сейчас скажешь «ничего», я заколдую тебя обратно прежде, чем ты досчитаешь до одного.
- Хорошо,- слишком резко ответил Оливер. Он устал от разговоров. Он спешил. И притихшая паника медленно начинала просыпаться в голове. – В двух словах: под школой скрыто древнее зло, которое хотят возродить, а мой дед единственный, кто во всём этом хоть что-то понимает. Хочешь подробностей – помоги мне.
***
Джеймс резко остановился. Роза могла почувствовать исходящее от него волнение. Должно быть, это место напомнило ему о его ночных видениях, приходящих в кошмарах. Она прищурилась, вглядываясь в спину брата, словно силой мысли пыталась заставить его двигаться дальше. Но Джеймсу нужна была минутка, чтобы собраться с духом. Кто бы и что ни говорил, никому из них не понять в полной мере того, что испытывает Поттер.
Он обернулся, чтобы посмотреть на друзей, и даже его глаза, мерцающие в слабом свете, казались больше. Роза отправила ему в ответ маленькую ободряющую улыбку. Он её брат, пусть и не родной, а двоюродный, это не имеет значение. Они – семья. И Роза будет поддерживать его до конца. Да, порой Джеймс совершенно, абсолютно невыносим, но, общаясь с ним больше, девушка узнавала его лучше, те его стороны, о которых даже не подозревала. Он менялся. Взрослел. И на него огромное влияние оказала дружба с Оливером Сноу.
Этот слизеринец казался Розе странным. Порой она замечала на себе его взгляд, но стоило ей посмотреть в ответ, как он тут же отводил глаза. Лишь однажды он запоздал, и она успела увидеть его боль, такую большую, что казалось невероятным, как он скрывал это чувство изо дня в день. Наверное, всё дело в природной сентиментальности Розы, потому что в тот миг всего на секундочку она ощутила в груди странный укол печали, не имеющий никаких действительных оснований.
К тому же, Роза никогда не была идиоткой. Она заметила, как разговаривали с ней первый раз после новости о её примирении с Дилом Джеймс, сам Сноу и Саманта. Так, будто их удивлял тот факт, что она сошлась с Джексоном. Словно они ждали, что она выберет слизеринца, что абсолютно и совершенно глупо. Роза бы покопалась в этом более основательно, но загрузка по учебе и вся незавершенность этой истории с Тьмой и Льюисом заставляли её снова и снова откладывать это на потом. В конце концов, это же всё равно окажется какая-нибудь неважная мелочь. Будь это что-то серьёзное, Роза бы точно знала.