Джеймс снова начал двигаться.
Последние ступеньки казались лестницей в ад. Воздух стал настолько холодным, что изо рта при дыхании вырывались белые облачка. Дил, шедший за спиной Розы, внезапно протянул руку и обхватил пальцами её кисть. Тепло его кожи обжигало, и девушка быстро вытянула руку назад. Сейчас ей не нужно было пламя. Она сама огонь. И ей нужен был лёд.
Едва они спустились, как увидели.
Комната внизу напоминала пещеру - черные стены, под ногами то ли отвердевшая земля, ставшая почти каменной со временем. По углам горели четыре факела, их свет казался слишком белым, холодным, пугающим. Сотканным магией.
И почти в центре высилась куча земли. А сразу за ней чернела глубокая яма. Но не это привлекало внимание. На краю лежало что-то. Присмотревшись в полумраке, Роза поняла, и сердце ее замерло.
Это был гроб. Настоящий, не тронутый временем. Массивный. Пугающий. Деревянная крышка, обитая старинным железом, узорами оплетающим её по периметру. Тяжелый замок, призванный удержать нечто. И из-под тоненькой полосы между крышкой и самим гробом пробивался неистовый красный свет. Исходящий от того, что лежало внутри.
Мия тихо вздохнула. И Розе показалось, что дыхание Грейс непривычно дрожит. Неужели и на эту девушку подобное зрелище произвело впечатление?
- Где он? – прошептал Дил. – Где Льюис? Мы опоздали?
- Нет, - Джеймс поднял палочку и шагнул на землю с последней ступеньки. – Оно там.
Голос его звучал без тени сомнений. Джеймс не угадывал. Он знал. Была у него какая-то своя, непонятная, особая связь с этим сердцем. Может, это та причина, по которой их со Сноу так примагничивало друг к другу – оба по уши в Древней магии. Потому что Роза не могла поверить, что её кузен добровольно и искренне выбрал Оливера вместо Дила.
- Но если так, то и он тоже должен быть здесь, - подметила тихо Роза.
Не достаточно тихо.
- Девчонка права. Пять баллов Гриффиндору, Уизли.
Искаженный магией голос заставил Джеймса, Дила и Розу вздрогнуть.
И из-за кучи земли с колен медленно поднялся человек в черной широкой мантии, скрывающей фигуру. Большой капюшон прятал лицо в своей тени.
Четыре волшебных палочки одновременно взлетели вверх. Из-под капюшона раздался небрежный холодный смех.
- Вы шутите? Дети, вы уже пытались меня победить. Напомнить, чем закончилось?
- Мы вспомнили сами, - огрызнулся Джеймс, делая шаг вперед и становясь перед друзьями, как щит. – И мы знаем кто вы. Профессор Льюис. Так что хватит играть. Откройте свое лицо, посмотрите мне в глаза и скажите, как вы могли так поступить?
Капюшон снова рассмеялся. Из рукава плавно, завораживающе, выскользнула палочка и замерла в его пальцах.
- О, Джеймс, - проклокотал голос, - думаешь, вы всё знаете? Это так по-детски наивно. Ты напоминаешь мне моего сына.
- Сына? – ахнула Роза. И понимание ошибки захлестнуло её. – Постой. Кто ты?
Капюшон на голове человека качнулся, будто тот посмотрел на девушку. И не ответил.
- Плевать! – Джеймс сделал еще два шага навстречу. – Ты никогда не откроешь этот гроб.
- И кто же мне помешает? – прошипел голос. – Ты? Мальчишка, не способный разобраться в собственных чувствах. Я всё о вас знаю.
- Правда? – резкий ледяной голос по своему тону мог бы посоперничать с голосом капюшона на звание самого зловещего в этой комнате. – И что же ты знаешь обо мне?
Капюшон повернул голову в сторону Грейс.
- Я знал твоего отца.
Роза тихо выдохнула и встревоженно взглянула на Мию. Но та не дрогнула, лишь горящими глазами продолжала прожигать капюшона.
- Ты убил его, да? – прорычал Джеймс. – Так же, как Миргурда.
- Не открывал бы ты рот, а то говоришь глупости. Я не убивал ни того, ни другого, - возразил голос. – Но довольно. Моему Господину пора на свободу. Запомните этот великий час, когда Тьма вернётся.
Джеймс повернул голову в бок и едва заметно кивнул. Сигнал. Четыре голоса выкрикнули одновременно:
- Инкарцеро!
- Остолбеней!
- Вердимилиус!
- Экспеллиармус!
Но человек в мантии беззвучно взмахнул своей палочкой, и возникший мгновенно щит заставил все заклинания рикошетом рассыпаться в стороны. Роза едва успела отскочить сама и оттолкнуть Дилана, чтобы не попасть под них. Больно ударившись локтем о землю, она сразу же вскочила, снова посылая в капюшона заклинание. Куча земли рядом с ним взорвалась, но он умело превратил её в стаю бабочек, тут же поднявшихся к потолку и начавших кружить там.
Фиолетовый луч Джеймса разбился об очередной щит. Мия превратила бабочек в птиц, которые бросились на противника в атаку, но тот взмахнул палочкой, и каждая из них взорвалась точно так же, как те две совы.
- Никто не помешает нашему Богу вернуться, - прошипел капюшон.
- Тьма – не Бог! – выкрикнул Джеймс. – Это чудовище, чьё место в аду!
- И ты согласна со своим парнем, Мия? – капюшон отбил очередные два заклинания, на этот раз от Дилана и Джеймса. – Твой отец думал иначе.
Роза едва успела поставить щитовые чары, когда капюшон отправил в неё неизвестный золотой луч. То, что он колдовал, не произнося слов вслух, усложняло борьбу с ним.
Мия рыкнула, как самый настоящий дикий волк, и выстрелила во врага новым заклинанием:
- Лаиус!
И он пошатнулся. Впервые.
Роза с восхищением посмотрела на Грейс. Та тяжело дышала, волосы разлохматились, но сейчас, в битве, она казалась такой живой, какой Уизли никогда прежде её не видела. Словно всё это время Мия не могла дышать по-настоящему, а сейчас обрела свободу. Себя.
- Ты и правда дочь Нэйта, - усмехнулся капюшон. – Только выбрала не ту сторону.
Взмах его палочки был так стремителен, что Роза даже не увидела его – лишь голубую вспышку – и Мия отлетела к стене.
Капюшон закружился на месте. Его палочка в руках буквально полыхала. И Роза не поняла, как так случилось, что спустя несколько минут все они были побеждены.
Мия лежала у стены, глаза были открыты, но она не шевелилась. Палочка валялась в нескольких дюймах от её левой руки. Джеймс находился ближе всех к капюшону, скованный тяжелыми цепями с крупными звеньями. Дил был прижат к стене фиолетовыми лучами света, обвивающими его кольцами. А сама Роза стояла на коленях и знала, что не может пошевелиться, так как невидимая магическая сила удерживает её в таком положении.
Человек в мантии возвышался над ними. Сразу за ним лежал гроб.
- Было неплохо, но быстро, - усмехнулся голос. – Вы станете первыми, чьи сердца заберёт Тьма.
Палочка исчезла обратно в рукаве. Человек поднял руки и медленно величественно снял капюшон с головы.
Роза подавилась воздухом. Это был не Льюис.
- Время пришло, - Джон Кут улыбнулся и опустился перед гробом на колени.
========== 56. Пять минут до полуночи. Часть 1. ==========
- Дедушка! – голос Оливера, наверное, никогда ещё не звучал так надломленно и отчаянно. Так близко к панике. Он вертел головой, пытаясь разглядеть что-то помимо ножек мебели, но не мог. Хотелось просто вылезти из камина целиком и пойти искать своего деда. Но вместо этого он еще раз громко позвал:
- Дедушка! Ты дома?
Пожалуйста, пожалуйста, услышь меня. Ты мне так нужен.
Раздались шаги. И спустя миг прозвучал знакомый голос:
- Оливер?
От облегчения хотелось смеяться. В поле зрения очутились ноги в черных ботинках. Прихрамывая, Мэтью Сноу подошел к камину и опустился на колени.
- Привет, - выдохнул Оливер. Ему даже дышать стало легче. Он не один. Дедушка смотрел на него с неподдельной тревогой в серебристых январских глазах.
- Что случилось?
Всё.
Всё и сразу.
- Тьму выпустят сегодня, - без предисловий выпалил юноша и затараторил, судорожно глотая воздух и каминную пыль. – Мы хотели написать тебе и папе Джеймса, но что-то убило наших сов прямо в воздухе. И теперь все там, внизу, они сказали, мне нельзя, это опасно, но они с капюшоном, и он откроет гроб, он откроет, он выпустит Тьму, я знаю, я нужен им, они не победят, он сильнее, он обхитрит их, снова, и тогда…