Не подходи. Не подходи. Просто развернись и уйди отсюда. Сейчас же.
Но Джеймс не остановился. Это выглядело бы так, словно он испугался, как маленький мальчик. А он не такой. Если Мия не уходит, то и он тоже. Поэтому он продолжил маленькими медленными шагами приближаться к гробу. И вдруг услышал его. Биение сердца. Он оглянулся на Розу, пытаясь понять, слышит ли она, но лицо её оставалось прежним. Как и у Дила. Нет. Они ничего не слышали. Не могли.
Около гроба все четверо остановились. Стук стал таким громким, что заглушал собственное сердце Джеймса. Этот звук буквально разрывал его, будто с каждым ударом ему в легкие заколачивали гвозди. Один. Второй. Десятый. Больно дышать. Глотать. Думать. Просто пусть это прекратится.
- Что будем делать? – благоговейным шепотом спросил Дилан.
- Закопаем его обратно? – предложила Роза.
- Но если кто-то ещё знает, что оно здесь, за ним снова придут, - возразила Мия. Голос её дрогнул. – Здесь оно не в безопасности.
- Тогда закопаем в другом месте? – снова выдвинула идею Уизли.
Джеймс молчал. Его пальцы горели от почти непреодолимого желания открыть крышку, и он изо всех сил старался сосредоточиться не на этом, а на том, что делать дальше. Они никогда не продумывали так далеко. Всегда действовали по ситуации. И не обсуждали ни разу, что им делать с сердцем, если оно окажется в их власти. Если бы только был шанс уничтожить его. Стереть с лица Земли.
- Нужно удостовериться, что оно всё ещё внутри, - вдруг произнесла Мия. Джеймс с трудом оторвал взгляд от массивной крышки и посмотрел на неё.
- Оно там. Я слышу его, - полным убеждения голосом ответил он. Мия слегка нахмурилась.
- Ты уверен? Кут дурачил нас полгода, притворяясь другим человеком. Он изменил наши воспоминания, подставив Льюиса. И сейчас проиграл так легко… Ты точно можешь сказать, что это не ловушка? Потому что если он обманул нас, если мы закопаем гроб без сердца…
Джеймс застыл от подобной мысли. Если Мия права, если это игра, в которой капюшон всегда обходил их на пару шагов, где уверенность, что он не сделал этого и на сей раз. Может, сердце уже не здесь, а у его сообщника. Например, жены. Или скрыто в потаенном месте в ожидании своего часа. Но будь Тьма на свободе, они бы уже знали. Значит, Кут не освободил её. Но он вполне мог перепрятать сердце с помощью магии, не прикасаясь к нему. Лучше было бы проверить, это правда.
Но открыть гроб…
- Мы не будем к нему прикасаться, - заметила его волнение Мия. И, протянув руку, вдруг сжала его ладонь. Голос ее внезапно стал успокаивающе мягким, почти нежным. – Эй, Джеймс.
Она заглянула в его глаза, и Джеймс ощутил прилив уверенности и сил. Мия верила в него, когда это не он, а она спасла его пять минут назад. Но она все равно смотрела на него, как на кого-то особенного. Кто ещё мог смотреть на него так же?
- Мы только убедимся, что оно там, - тихо произнесла девушка. – Просто взглянем, и всё. Так будет лучше.
- Согласна, - внезапно присоединилась к Грейс Роза. – Мы должны быть уверены. Нельзя полагаться на слепую веру. Нужно увидеть самим, что оно внутри.
- Просто ты хочешь взглянуть на сердце из истории, признай, - пробурчал Дил. – Лично я против. Ни к чему вытаскивать всё это на поверхность. Мы и так едва отделались. Нужно просто связать Кута, зарыть гроб и валить отсюда. Сдадим чувака мракоборцам, а двери запечатаем. Книгу с ключами сожжем. И всё. Никто сюда больше не вернется.
Мия продолжала держать Джеймса за руку. Он посмотрел в глаза своей девушке, такие ярко-зелёные, полные решительного блеска и уверенности.
- Мы откроем его, - произнес он и увидел, как на губах Мии промелькнула быстрая легкая улыбка.
- Ты всё делаешь правильно, - выдохнула она, переплетая их пальцы. – Мы не можем позволить себе сомнения. Оливер будет тобой гордиться.
Перед глазами тотчас же возникло удивленное и восхищенное лицо Сноу. То, как будет гореть его взгляд, как он будет улыбаться. Для него это будет означать свободу. Ему больше никогда не придется прибегать к Древней магии и рисковать собой. Он будет свободен.
Все смотрели на Джеймса. Роза с нетерпением, она едва ли не подпрыгивала от ожидания. Дил с нотками страха и неуверенности. А глаза Мии излучали свет и радость, каких никогда не было в них прежде.
Джеймс выпустил руку девушки и аккуратно, неспешно опустился на одно колено перед гробом. Биение заточенного там сердца стало громче.
«Нет ничего плохого в том, что я открою его, - подумал Джеймс, словно оправдываясь. – Я только взгляну, чтобы убедиться, что оно там. Если не прикоснуться к нему, Тьма не освободится».
В нескольких дюймах от поверхности крышки пальцы замерли. Джеймс ощущал идущий от гроба холод. Чувствовал ли то же самое Кут, когда собирался открыть его ранее?
Он вдохнул, набрав полную грудь воздуха, и опустил ладони. Дерево было гладким, неприятным. И на мгновенье в голове зашевелились подозрительные сомнения. Почему Кут не открыл гроб? Чего он ждал? Зачем вступил с ними в разговор, когда так же стоял с руками над крышкой, и ему хватило бы секунды, чтобы открыть его?
Словно заметив его дискомфорт и колебания, Мия вдруг положила руку на его плечо. И это придавало сил и как по волшебству изгоняло прочь плохие мысли. Ухватившись за края, Джеймс подцепил крышку и распахнул её одним быстрым движением.
За спиной тихо вздохнула Роза. Дил, кажется, едва сдерживал рвоту.
А Джеймса будто заморозили.
За сотни лет ничего не осталось от тела. Но там, в темноте, лежали почерневшие от времени и земли останки. Кости. Ребра. Череп с пустыми глазницами и наполовину выпавшими зубами. Но не это привлекало внимание. В том месте, где когда-то была грудь человека, лежало его сердце. Настоящее. Оно имело форму обычного человеческого сердца, но только было абсолютно черного цвета. И лишь внутри него будто угли горел ослепительный мерцающий алый свет. Обжигающий. Яркий. Кровавый. И сердце билось. Оно стучало, отсчитывая удары. Было видно, как поднимались и опускались его стенки. И если взять его руки, можно почувствовать это пульсирующее движение в своей ладони. Жизнь. Поборовшая время и саму смерть.
- Оно здесь, - внезапно охрипшим голосом произнес Джеймс.
Никто не ответил ему.
И собственное сердце Джеймса вдруг льдом сковал страх. Эта тишина была такая неправильная.
Что-то случилось.
Непоправимое.
С замершим дыханием, он обернулся.
Никого не было.
Пустое подземелье. Голые стены. Землистый пол.
Все исчезли.
- Роза? – позвал Джеймс, дрогнув. – Дил? Мия?
Их не было. Пустота. Вне сомнений, он был один. Это не было похоже ни на злую шутку, ни на тупой розыгрыш. Это происходило на самом деле. И предвещало беду. Хотя нет. Это было бедой.
- Эй!
Джеймс вскочил на ноги и выхватил свою палочку. Всё это было очень, очень плохо. Сердце билось в горле, в ушах шумела кровь, а паника так и грозила вылиться наружу цунами и снести всё на своём пути.
Они пропали, он потерял их. Как такое возможно?
Кут так же неподвижно лежал на полу. Это не мог сделать он. Но что тогда произошло? Он лишь минуту не видел друзей, пока смотрел на сердце. Или нет?
Когда он увидел звёзды, то тоже заблудился во времени. Сколько минут прошло на самом деле сейчас?
Ему не хотелось думать «часов». Он не мог потерять их. Просто не мог.
Дыхание стало частым, неровным, дрожащим. Он задыхался. Он паниковал.
- Где вы?!
Секунду, тянувшуюся вечность, Джеймс слышал только биение двух сердец – своего и Тьмы. Прежде чем вдруг раздался другой голос, знакомый и чужой одновременно:
- Мы здесь.
Стремительно Джеймс оглянулся на звук, снова поворачиваясь к гробу. Красным светом в нём всё так же горело чёрное сердце.
Нет. Нет, нет, нет, пожалуйста, нет…
Дил и Роза стояли на коленях по разные стороны от ямы, скованные черными кнутами по рукам и ногам, с одинаковым ужасом в глазах. А между ними возвышалась Мия. И глаза её были чёрные.