- Ты про Мэтью Сноу? Жалкий образец. Он и половины не знает, что знали они. Или про его внука, слишком слабого, чтобы дерзнуть и взять то, что подарено ему высшими силами?
- А Свет? – вдруг подал голос Дил. – Легенда Льюиса. Свет был?
Тьма помнила эту битву. Последнюю в той жизни. Когда проиграла. Эту ненавистную солнечную улыбку. И отвратительные ясные глаза.
- Ты жалкая. Неужели ваши Жрецы не нашли лучшую защитницу?
- Нет, ты – единственный, кто здесь жалок.
- Меня все боятся.
- Правда? Ты еще и слеп. Посмотри на меня, и увидишь, что я – нет.
- Да. Свет была. Но она давно стала кормом червям. А я здесь.
Тьма щелкнула пальцами, и на ладони её вспыхнул маленький синий огонек. Точно такой же как тот, что пронзил её грудь, выпущенный магией Света. И как осколок снаряда часть этого огонька всегда будет в её сердце.
Ещё один щелчок – и огонь исчез. Тьма терпеливо перевела взгляд на лестницу. Она знала, что Оливер придет. Ветра нашептали ей, что он свободен. В конце концов, это она наколдовала шаги Филча так, чтобы Диаз со своим парнем свернули именно в тот коридор, где остался заколдованный Сноу. И сейчас осталось совсем немного, прежде чем он ворвется в подземелье. Потому что он умный. Умнее всех остальных. И он поймет, что что-то не так. Он придёт ради Джеймса. Он не сможет оставаться в стороне, пока Поттеру угрожает опасность. И ради Розы. Несмотря ни на что сердце его всё ещё безнадежно влюблен в Уизли. Он прибежит. Не зная, что здесь его ожидает Тьма.
***
«Ты должен это сделать, - стучало в голове. – Должен убить её. Остановить. Оглушить. Напасть. Хоть что-нибудь».
Джеймс знал это. Он это понимал. Но почему-то всё равно продолжал истуканом стоять на месте, не поднимая палочку. Словно его заколдовали. И его разум больше не контролировал тело.
Он не мог, не мог, не мог… И это было ужасно неправильно. И за это он себя ненавидел. Но не мог причинить Мие боль. Тьме. Теперь она Тьма. Но, глядя на девушку, он всё равно видел Мию. Только с черными глазами и непривычной, неприятной холодной улыбкой.
Но он помнил, как целовал её. Какими нежными были её редкие прикосновения. Помнил, каким особенным ощущал себя рядом с ней. Сильным. Взрослым. Защитником.
А самым отвратительным было то, что его по-прежнему тянуло к девушке. Даже зная правду, он все равно ощущал это рвущееся к ней чувство, необъяснимое, но сильное. Словно половина его души принадлежала ей. Подобное кроме Грейс он ощущал только к одной девушке, но это не имело смысла.
- Почему ты убила Стивена? – тихо спросил он, чтобы только не оставаться наедине со своими пугающими мыслями.
Он выпустил звезды. Он выпустил Тьму. Он один виновен в произошедшем. И все смерти, что случатся от рук Тьмы, будут на его совести. Какой же ты дурак, Джеймс Поттер. Хотел стать героем? И смотри, что получилось. Ты на другой стороне. Ты тот, кто навлек беду.
Мия взглянула на него своими черными-черными глазами, такими ледяными, насмешливыми, жестокими. От их взгляда хотелось кричать. Ну почему?! Почему она?
- Во время поездки во Францию он наткнулся на легенду о Великой Тьме. И вдруг понял, что это правда. А ещё он нашел следы пребывания там Нэйта Грейса. Умный мальчишка, он узнал, что мой отец изучал её. Что его убили. Узнал, что это сделал Мэтью Сноу. И собирался рассказать обо всем его внучку. Но не успел. Ветра нашептали мне о его происках. Пришлось отправить тень за его душой. Оливер бы поверил ему, я знаю. О, видел бы ты, как Сноу обожал Миргурда. Ты должен сказать мне «спасибо», ведь иначе ты бы с ним так и не подружился.
- Не дождешься, - фыркнул Джеймс. Он никогда не будет благодарить Тьму за убийство невиновного человека. Простого парня, оказавшегося слишком умным и храбрым, того, кто встал на её пути.
- Не будь так уверен, - ехидно улыбнулась Тьма. – Ты думаешь, что никогда не присоединишься ко мне, но пути судьбы сложны и извилисты.
- Нет такой реальности, где я был бы на твоей стороне! – выпалил Джеймс, сжимая кулаки. Тьма мелодично рассмеялась. У Мии был другой смех. И Джеймс скучал по нему. По своей девушке. Но понимал, что не может её вернуть. Потому что на самом деле её никогда не существовало. И весь её образ был только игрой. Маской. А он повелся. Господи, какой же он идиот!..
Мия плавно двинулась вокруг гроба, медленно проходя мимо каждого из своих пленников и прикасаясь к ним.
- Вы все уже мои, - елейным голосом протянула она. - Ты, Дилан, - Дил вздрогнул, когда её ладонь накрыла его плечо, - опустившийся так низко ради того, чтобы вернуть свою девушку. Твоё сердце поражено тьмой. Как и её. Мисс Роза Уизли, - пальцы Мии небрежно пробежались по рыжим волосам. - Правда думал, что она останется с собой, лишившись части себя? Той, что любила. Её душа навсегда искажена. Или Оливер. Недоделанный герой, пытающийся сбежать от судьбы. Но он, как и я, знает, что не сможет. В его сердце столько тьмы, что нужна лишь одна искра, чтобы вспыхнуло пламя, - взгляд скользнул к Поттеру. - Что насчет тебя, Джеймс, ты выпустил величайшее зло в этот мир, ты навек принадлежишь мне.
Джеймсу вдруг стало ужасно холодно. Ему хотелось спрятаться под одеяло, согреться чашкой горячего чая и забыть. Забыть обо всем этом ужасе, что происходил прямо сейчас. Но он не мог. От реальности не сбежать. Она здесь, она смотрит в его лицо. И у неё чёрные глаза. Глаза Тьмы.
Он подумал об Альбусе, тихом и искреннем. О малышке Лили, весёлой и дерзкой. Об отце, который побеждал даже в самых проигрышных, казалось бы, ситуациях. О Розе, впутавшейся во всю эту историю из-за него, храброй и верной. И, в итоге, потерявшей часть себя. О Диле, с которым еще пару месяцев назад они были лучшими друзьями, и тот шел за Джеймсом, веря в него. И об Оливере.
- Он не придет, - вслух произнес Джеймс, поднимая на Мию глаза. – Убей нас сейчас, потому что ты можешь ждать его сколько угодно, но он не придет.
Тьма облизнула губы и наклонила голову вбок, словно всё происходящее являлось для неё забавным зрелищем.
- Дурачок ты, Джеймс, - улыбнулась она, изящным движением поправляя волосы.
В тусклом свете на руке ее отчетливо выделились шрамы – те, старые, что она нанесла себе сама, и совсем свежие руны.
- Что случилось, когда Кут напал на нас?
- О, эта глупость, - Тьма усмехнулась, метнув взгляд на лежащего неподвижного в углу Кута. – Я изменила ему память. И тебе. Он считал, что это его рук дело, что он такой сильный и могущественный. А ты получил ложный образ капюшона. Я не думала, что Оливер рискнет использовать Древнюю магию, чтобы разрушить заклинание. Пришлось подкорректировать его магию.
Точно. Джеймс понял, о чем она. Когда Оливер разрушал барьер, блокирующий память, в его голове, Мия держала его за руку. Так вот почему. Это не была поддержка. Просто очередной просчитанный шаг. Мия ничего не делала просто так. Тьма. Пора привыкать называть её Тьмой.
Он всех подвел. Он выпустил Тьму. И теперь не может даже попытаться причинить ей боль. Это за гранью логики. Просто не может. Нечто, большее, чем он сам. Нечто, что сильнее его в тысячу раз. Быть может, Мия права, и часть его души принадлежит ей. Буквально. И теперь даже ловец снов его не спасет.
- Он так боится своих сил, - продолжила Тьма. – Но ради того, чтобы ты вспомнил, что случилось, рискнул собой. Знаешь, Джеймс, во времена, когда я жила, люди верили, что человек в своей жизни по-настоящему отчаянно и неистово может любить лишь одну душу. Не обязательно в романтическом смысле. Это может быть брат. Сестра. Отец. Тётя. Друг. И то, что ты будешь испытывать, это всепоглощающее чувство, которое всегда с тобой, и ты знаешь, что оно никогда не пройдет. И нет ничего, что смогло бы вырвать его из тебя, потому что оно – часть тебя. Когда ты бессознательно дышишь другим человек и умираешь, если умирает он. Когда ты готов разрушить мир, чтобы защитить его жизнь. Скажи, Джеймс, тебе знакомо это чувство?
«Да», - хотел прокричать Джеймс. Тысячу раз да. Он мог бы повторять это слово снова и снова. Оно обжигало язык, щекотало горло. Тьма наблюдала за ним с неподдельным интересом и живым блеском в черных глазах.