Оливер не ответил. Лишь прошелестела переворачиваемая страница.
***
Сладко зевнув, Дил подпер голову левой рукой и уставился на профессора Флитвика, который сейчас создал у себя над головой красивое белое облачко, и то, покачиваясь на невидимых воздушных волнах, парило под потолком.
«Интересно, - промелькнуло в голове, - зачем нам уметь создавать облака? Какой в этом вообще смысл? Вот кто захочет, чтобы у него по дому гоняло облако, готовое вот-вот облить тебя дождем?»
- Хэй, Дил, - шепот справа принадлежал Джеймсу. Дилан лениво повернул голову и посмотрел на друга. Тот выглядел помятым и не менее сонным, чем он сам. Вчера полночи они делали домашние задания, потому что вечером Джеймс как всегда искал дурацкие символы в библиотеке, а Дил в одиночестве едва ли был способен сосредоточиться и сделать что-то как следует. Поэтому он в основном крутился вокруг Розы – но девушка и так едва не плакала над домашней работой по нумерологии, так что он ушел к Ньюту и Чарли. В последнее время у них не было ни одного настоящего свидания – лишь короткие поцелуи между делами. И Дил раздумывал, как бы устроить Розе полноценный отдых, где были бы только он и она, вдвоем, вдали от проблем, учебы и загадок.
- Ммм? – медленно отреагировал он на оклик друга.
- Я тут подумал о своих видениях, ну, тех, первых, помнишь?
Разговор не предвещал ничего хорошего. Дила уже порядком достала эта мистика и тупое расследование, которое за два с половиной месяца не сдвинулось ни на дюйм. Если бы не весь этот дурдом, никогда бы Сноу не возник в их жизнях. А теперь из-за этого слизеринца всё летело к чертям. Дил чувствовал, как земля уходит из-под ног, разрушая его привычный мир. Роза, Джеймс… Они ускользали, он пытался удержать их, но не мог. Ему даже стало сниться это – как он пытался схватить Розу за руку, но она неизменно падала в пропасть, каждый раз, и он распахивал глаза в темноте спальни прежде, чем ее силуэт исчезла во тьме.
- Угу, - невнятно промычал Дил, сопроводив это утвердительным кивком. Джеймс воспринял это как сигнал продолжать и зашептал:
- Там был кто-то со Слизерина, кто падал на камни. Тогда мы не знали, но что, если это Оливер? Стоит его предупредить. Ведь видение с птицами и с Мией сбылось. И капюшон на лестнице тоже.
Опять проклятый Сноу! Да хоть бы это был и он, Дилу плевать. Пусть упадет на чертовы камни, пусть навсегда заберет с собой свою мерзкую ухмылку. Дил придвинулся к другу и горячо выдохнул:
- Ты достал меня! От тебя только и слышно в последнее время, что «Оливер, Оливер, Оливер». Тошнит уже.
Джеймс пораженно моргнул. Глаза его округлились от искреннего недоумения.
- Эй, Дил, в чем дело?
- В Сноу, вот в чем! Он флиртует с Розой, он тащит тебя за собой, а вы оба введетесь, как дети, на его обаяние. Но я ему не доверяю.
Джеймс вдруг улыбнулся, и это почему-то заставило Дила разочарованно выдохнуть. Он надеялся, что друг внезапно прозреет, поймет весь ужас и пообещает тотчас же выкинуть слизеринца из их жизни. Но этого не произошло. Мечты Дила никогда не оправдывались. С тех пор, как умерла мама.
Он помнил ее улыбку. И круглый живот. Все остальное о ней было смутно, ведь он был совсем крохой, когда ее не стало. Когда она навсегда оставила этот мир, подарив его маленькому вопящему младенцу. Тогда Дил был еще слишком маленьким, чтобы что-то понимать. Но сейчас он знал, что если бы не Микки, его мама бы не умерла. И теперь, когда и отец его оставил, Дил лишь убедился, что от жизни нельзя ждать хорошего. Все, кто ему дорог, его покидают.
- Так вот в чем проблема - голос Джеймса звучал с теплотой и вырвал Дилана из грустных мыслей. Он внимательно посмотрел в лицо другу, пытаясь его прочесть, но не смог, как и всегда. – Роза с тобой, Дил. Она тебя не оставит. Не переживай из-за этого. Ты ведь знаешь ее, и знаешь, что она тебя не бросит.
Дил не был бы в этом так уверен. Он еще тогда, в самом начале их отношений, боялся поверить, что такая девушка, как Роза, выбрала его, а теперь боялся ее потерять. Он просто не сможет пережить, если она оставит его ради Сноу. Еще одна потеря сломает его. А ведь ему только шестнадцать. И так быть не должно. Он всего лишь подросток. Он еще даже не видел жизни, но уже так сильно ей побит.
Он склонил голову, не отводя глаз от Джеймса. Ведь тот как никто знал свою сестру, он бы не стал лгать. И его голос был таким добрым, знакомым. Этот голос был рядом последние пять лет, вот уже шестой год. Неизменно. И Дил ощутил, что ему немного стало легче. Он кривовато улыбнулся лучшему другу и кивнул:
- Да, пожалуй, тебе стоит предупредить Сноу.
***
От предупреждения Оливер отмахнулся. Если этому суждено случиться, то оно случится, без разницы, в курсе он сам или нет. Джеймс, похоже, так не считал, потому что всю дорогу сверлил его взглядом.
Они медленно брели вокруг озера, наслаждаясь свежим холодным воздухом, казавшимся спасением после пыльной библиотеки. Тихий медленный снег кружился, оседал на плечи и головы, касался холодными льдинками носов и щек. И Оливер слышал его негромкую песню. Он хотел поделиться этим с Джеймсом, но не успел – тот завел речь о видениях и теперь так смотрел, будто Оливер прямо сейчас, немедленно, должен был предпринять что-то, чтобы изменить свое будущее.
- Ладно, Джимми, торжественно обещаю бегать по камням всех видов осторожнее, - выпалил Оливер, не вытерпев. – Только перестань пялиться так, будто я в любой миг упаду замертво.
Джеймс недовольно поморщился – то ли от тона, которым было дано обещание, то ли от небрежности формулировки, то ли от собственного уменьшительного варианта имени. И Оливер вдруг вспомнил, о чем давно хотел спросить гриффиндорца:
- Так что там у тебя за проблема?
Джеймс, все еще немного сердитый, повернул голову:
- В смысле?
- С именем Джимми, - объяснил Оливер, радуясь возможности уйти от неприятной темы и заодно удовлетворить собственное любопытство. - Роза как-то сказала, что это семейное.
Видимо, такой переход для Поттера оказался внезапным. Он, конечно, не остановился в ступоре, но явно пребывал в недоумении пару секунд. И, наконец, медленно, не совсем уверенно ответил:
- Ну… вроде того.
И замолчал, будто сказал все, что стоило. Но Оливер не собирался отступать. Он как-то рассказал Джеймсу свой величайший секрет – о своих странных способностях, только потому, что тот хотел знать. Что ж, его очередь. Потому что Оливер хочет знать.
- И? – поторопил он, видя, что Джеймс не собирается продолжать.
- И? Что «и»?
С легким нетерпением Оливер фыркнул:
- Мне по слову из тебя вытягивать?
Джеймс лишь закатил глаза. Он шагал, глядя только вперед, а вот Оливер повернул голову и смотрел на его профиль.
- Это все Фред и Доминик, - наконец, произнес Джеймс медленно. - Они меня так дразнили. Лет до девяти, кажется. Или восьми.
Оливер внимательно смотрел на друга. И Джеймс вдруг повернулся и поймал его взгляд. Не сговариваясь, они оба одновременно остановились. Оливер видел, что есть что-то еще и ждал продолжения, вскинув брови, чтобы продемонстрировать это. Джеймс тяжело вздохнул и продолжил:
- Знаешь, в детстве я был маленьким.
- Какая неожиданность.
- В смысле, совсем маленьким. Почти не рос. Даже Рози была выше меня. И… немного… ну…
Джеймс замолчал, жуя губу и, очевидно, испытывая муки в поисках подходящего слова. Но Оливер уже догадался. Глаза его загорелись нетерпением – так хотелось услышать, как Поттер выкрутится из этой ситуации, что подберет. Ему доставляло удовольствие наблюдать за мыслительным процессом Джеймса, отражавшимся на его лице так открыто.
- Плотным… – выдохнул, наконец, гриффиндорец. И опустил голову. Но взгляд из-под бровей все равно устремил на Сноу.
- Плотным? – повторил Оливер, откровенно веселясь. Джеймс насупился еще сильнее и неохотно кивнул:
- Угу.
- То есть толстым? – вскинул брови Оливер, не в силах больше сдерживать улыбку. В его воображении тотчас возник маленький Джеймс, похожий на того, которого Сноу помнил с первого курса, но только пухлый и невысокий, в милой детской футболке с единорогом в балетной пачке.