В пятницу вечером библиотеку заполонили пятикурсники-пуффендуйцы, которым предстоял на следующее утро сложный контрольный тест по защите от Темных искусств, так что Оливер и Джеймс взяли по три книги, которые им разрешили вынести, и отправились искать спокойное место. В этот раз таковым оказалась лестница, ведущая в Астрономическую башню. Никто не ходил по ней, как правило, за исключением уроков по астрономии, но сейчас занятий ни у кого быть не могло, а значит, и возможность того, что кто-то будет топотать вверх-вниз, исключалась.
Оливер расположился на две ступеньки выше Джеймса. Между собой они сложили притащенные книги и принялись за чтение. На лестнице было довольно прохладно и хорошо слышно, как наверху завывал ветер. Буквально через полчаса Джеймс замерз и убежал переодеться. Когда он вернулся, то на нем красовался ярко-красный свитер, а в руках он держал большой пакет с мармеладными мишками.
- А ты не хочешь сходить утеплиться? – спросил он, усаживаясь обратно на свою ступеньку. Оливер взглянул на него сверху вниз и медленно покачал головой:
- Мне не холодно, Джеймс. А вот от твоих вкусняшек я бы не отказался.
Джеймс фыркнул и поставил открытый пакет рядом с книгами. Оливер тотчас по-хозяйски запустил туда руку, вытащил несколько мишек и запихнул в рот. Сладкие. Один со вкусом клубники, еще два – апельсина, и последний, кажется, лайма.
- Знаешь, я ведь не собираюсь их от тебя отбирать, - подметил Джеймс, с ухмылкой наблюдая, как Сноу пытается прожевать всё сразу. Оливер приподнял брови и отозвался:
- Кто тебя знает. Мы три месяца только общаемся. Так что я не уверен.
- В том, что я не жадный?
- И в этом тоже.
Разумеется, это была шутка. И больше всего Оливеру нравилось то, что Джеймс, в отличие от многих, всегда четко понимал, когда слизеринец говорил всерьез, а когда нет. Это было удивительно. Когда кто-то понимает даже твой самый идиотский юмор, и не обижается, потому что думает, что все слова правда, а не игра.
- Как думаешь, что значат остальные символы? – в тишину произнес Джеймс. Оливер лишь пожал плечами. Он не раз и не два задавался этим вопросом, но вариантов ответа на него было так много…
- В любом случае, я до сих пор уверен, что, отыскав их, мы поймем, как открыть двери.
- Почему ты не хочешь вновь туда спуститься?
Оливер все еще смотрел в книгу, но внезапно перестал видеть написанные в ней слова. Взгляд расплылся, словно размазанная водой акварель на листе бумаги.
- С чего ты взял, что не хочу? – вопросом на вопрос ответил он и поднял голову. Джеймс смотрел ему в глаза внимательным тихим взглядом. Таким проникновенным, что Оливеру сразу же захотелось отвернуться, скрыть то, что гриффиндорец мог увидеть в нем, прочитать. Но не сделал этого, лишь попытался придать лицу нейтральное равнодушное выражение.
- Ты всегда переводишь тему, стоит мне заговорить об этом, - просто сказал Джеймс.
- Потому что разговоры бессмысленны, - небрежно сказал Оливер. – Зачем спускаться и рисковать, когда у нас ничего нет? Это глупо.
Джеймс выразительно хмыкнул. Недоверчиво. Оливер буквально слышал так и не прозвучавшее «Ну, ну, считай, что я тебе поверил, но это не так». Но он в любом случае не собирался ничего объяснять другу. Ничего другого. Он просто не хотел спускаться, как-то иррационально. И меньше всего ему сейчас хотелось копаться в себе в поисках причин.
Вот и поговорили.
Но у Оливера был хороший способ отыграться.
- У Мии ведь завтра свидание, - натянув улыбку-маску произнес он. И почти с удовлетворением увидел, как недоверчивый прищур Поттера сменяется растерянностью, а глаза становятся круглыми, как у побитого щенка.
- Только не начинай опять, ладно? – сразу же ощетинился Джеймс. Оливер и не думал. Просто воспользовался своим любимым способом – отвести внимание от себя.
- И в мыслях не было, - фыркнул он. – Просто сказал.
- Угу.
Джеймс опустил взгляд в книгу, которая лежала у него на коленях, и принялся читать. Оливер тоже вернулся к открытым страницам своего учебника. Он знал, что, быть может, дедушка мог бы дать ему ответы, но ждать до каникул не мог. Лучше что-то делать, не получая результата, но имея на него шанс, чем сидеть ровно в ожидании. Неужели дедушка на самом деле думал, что он отступит? Тогда не только Оливер не знал его все эти годы, но и он не имел понятия о том, каков его внук.
- А кто эти люди на фото, дедушка?
- Мои друзья. Дэвид. Бенджи. Марлин. Робби. Эдгар…
- Почему тебе грустно?
- Потому что они все мертвы.
Великие друзья Мэтью Сноу. Он так ими гордился. Героями. Никто из них не выжил. Оливер помнил их лица, их улыбки на той колдографии, шестнадцати и семнадцатилетние мальчишки и девушки. Еще не знающие, что совсем скоро они умрут, едва дожив до двадцати. И лишь один останется на этом свете с искореженной душой и телом. Оливер всегда верил, что его дедушка уцелел, потому что был сильным волшебником, героем, как и его друзья. Но что, если он выжил потому, что обернулся во тьму?
- Хэй, Оливер, - голос Джеймса вытянул Оливера из воспоминаний, как спасательный круг из темного омута.
- Нашел что-то?
- Эм… Нет. Нет, показалось. Тут линия в другую сторону.
- Ладно.
Оливер опустил голову. Снизу раздался громкий шелест переворачивающихся страниц. Затем не менее громкий театральный вздох. А затем, спустя всего пару минут, тихий смешок.
Оливер сразу же бросил взгляд в сторону Джеймса и, поймав ответный, в немом вопросе поднял брови. Заметив это, Поттер тут же начал:
- Я тут подумал…
- Не к добру это, - не удержал комментария Оливер, но Джеймс продолжил, не заметив этого.
- …ты толкаешь меня к Мие, но у самого-то девушки нет.
Оливер лишь нахмурился. К чему это? Он не очень-то хотел начинать этот разговор, так как не имел ни малейшего понятия, куда тот приведет в итоге.
- И? Мне казалось, ты не хочешь говорить о Мие, - пожал плечами он, поджимая губы.
Джеймс отложил книгу и развернулся, обхватив руками колено.
- Мы и не будем говорить о Мие, - уверенно заявил он. И так посмотрел на Оливера, что тому сразу стало всё ясно.
- Нет, - пожалуй, чересчур резко отмахнулся он. – Обо мне тоже не будем.
Но Джеймс Поттер не был бы Джеймсом Поттером, если бы на него подействовал грозный взгляд и суровый тон. Кажется, от этого он заводился еще больше и начинал упрямиться. Вот и сейчас на его лице моментально возникло это выражение неуступчивости, немного детское, но решительное.
- Я знаю, что ты влюблён, - ухмыльнулся Джеймс.
Вот это заявление! Оливер не сдержался и громко фыркнул:
- С чего ты взял?
И на секунду в глазах Джеймса промелькнула неуверенность и смущение.
- Ну… – слегка замялся он. И всё же не отступил. - Я подслушал твой разговор. Случайно.
Брови Сноу невольно поползли вверх. Вот как. Он, конечно, сразу понял, о каком разговоре идет речь. Сегодня утром на перемене он шел в компании однокурсников со своего факультета, речь зашла о девушках, и ему хватило неосторожности и глупости в ответ на насмешливую реплику Гомеса: «А что сердце нашего ледяного принца, занято?» ляпнуть «может быть». Идиот. Никто из его компании не обратил на этот момент внимания. Но, разумеется, Джеймс, который вообще чисто случайно оказался неподалеку, всё запомнил и понял.
- Вот как, - Оливер скривил губы. Ему не нравился этот разговор. И то, как Джеймс смотрел на него. И то, чего пытался добиться. - А ты не слышал, случайно, как я сказал, что Джеймс Поттер – невыносимая липучка?
- Мне показалось, ты сказал что-то типа «Обожаю Джеймса Поттера, он такой классный», - незамедлительно ответил Джеймс. Губы его дрогнули, готовые озариться улыбкой. Но он удерживал ее, ожидая того, какой будет реакция Оливера.
- А ты нахал, - усмехнулся слизеринец и провел рукой по волосам. Джеймс, наконец, позволил своей хитрой улыбочке вырваться на свободу. И подметил:
- До тебя мне еще далеко.
- Что верно, то верно.
- Это не комплимент.