— Да уж, даже не верится, что когда-то наши земли были союзниками…
Молчавшая до этого Айсулу серьёзно посмотрела на парня:
— За столько лет многое могло измениться. Даже до Великого раскола все народы различались, но находили точки соприкосновения. Так было, пока народ севера не нарушил союз.
В воздухе повисло осуждение. Каз и Влад одинаково сжали бокалы, ни чем другим не выдавая напряжение. Это вина их предков, живших столетия назад. Единственное пятно на безупречной репутации. Можно простить любую ошибку, но только не предательства содружественной страны, погубившей миллионы жизней.
Триста лет упреков служили хорошим наказанием.
— Второй воин Круга совершил непростительный поступок. Север помнит об этом, как будут помнить и наши потомки. Не в моей власти изменить прошлое, но я сделаю все, чтобы не допустить повторения.
Вызов и обещание в каждом слове. Айсулу хотела что-то добавить, но Зара тут же подняла наполненный до краев бокал:
— За это следует выпить. Сейчас мы малый Круг, но через время в наших руках будет бремя равновесия, и мы недопустим ошибок прошлого.
Раздался приглушенный звон кружек. Каз с благодарностью кивнул Колдунье, сдерживая улыбку. Ему еще предстоит изучить искусство убеждения, но к счастью, с ней этого не требовалось. После бессонной ночи ему меньше всего хотелось участвовать в спорах.
Горькое вино грело нутро. Напряжение отступало с каждым глотком. Временами Айсулу вскакивала и бросалась к окну, наблюдая за огнем. Она была уверена, что жители Кафрана видят его из своих окон. Даже из дворца султана должен быть виден крошечный огонек в пустыне. Пусть каждый из них, кто плевал в сторону несчастных женщин и сыпал бранью, знает, что сегодня их души отправятся на покой, а тела сольются с песком.
— Что вы сделаете, когда вернетесь в Черногорье? — спросила Веледара, наливая себе добавки. Влад задержал взгляд на пушистых светлых волосах, напоминающих блики золота. Он осторожно коснулся ладони Вельды под одеялом и накрыл своей.
На душе стало тяжко.
— Первым делом, — начал Каз, прочищая горло. — Мы разберемся с беспорядками после нашего ухода, если вкратце, то объяснимся с советом. После…
После ему требовалось решить вопрос с женитьбой, навязанной семьёй и Зимним советом. Если Волковы неуважения не прощают, то Черногорье не прощает предательства. Это могло послужить новым конфликтом. Но Каз найдет слова, чтобы убедить главу семейства в невыгодности данного союза и заодно разберется, кто именно напал на них в Подгорье. Дед будет на его стороне, а вот семья может воспринять в штыки. Каз вспомнил взгляд матери, а после прямую спину отца с родовой символикой ворона. Может, они не поддержат его решения, но не станут препятствовать, как делали это восемнадцать лет.
— … после мы заглянем на огонек к вам, — подсказал Влад, потягиваясь. Он уже успел укрыть себя и Вельду одеялом. — Если лед не растает к этому времени, то я принесу коньки из дома. Научим вас кататься.
Веледара захлопала в ладоши, радостно поглядывая на Зарину, та тоже не скрывала улыбки, хоть и понятия не имела, что такое коньки. Айсулу тихо встала и побрела к выходу. Разговоры о веселье и будущем не помогали заживить раны, а только наносили новые. Она не винила никого из ребят, но и разделять с ними остаток ночи не хотела. Лучше, если она побудет наедине со своим храмом, наполненным тишиной и мрачными тенями. Пройдет много времени, прежде, чем заполнится образовавшаяся пустота, но как раз времени у неё было предостаточно.
Она заметила Касьяна, стоящего у окна, смотрящего на полыхающий костёр. Мужчина обернулся на звук её шагов, напрягаясь всем телом, стоило Айсулу выйти из тени. На его руках не было веревок, видимо, Каз забыл их связать.
Возвращаться и напоминать об этом, было бы глупостью, но разве может она доверять ему? Касьян может сбежать или сделать что-нибудь ужасное, когда они заснут. В голове мелькали возможные варианты, пока пират не разрушил тишину громким смешком:
— Что, все так же неотразим?
Ладони сжались в кулаки. Будь они на корабле, она бы скормила его акулам или оставила на необитаемом острове без воды и пищи. Хотя, зная возможности капитана Змееносца, он бы выкарабкался даже, будучи прикованным к пальме.
— Думаю, как тебя связать, — честно ответила Айсулу. Веревка осталась где-то на улице, искать её в темноте не имело смысла, как и искать новую. Возможно, что-то будет в кладовых, но за время поисков он может сбежать.