Пират усмехнулся, но веселья больше не испытывал. Он вытянул руки вперед, смотря Айсулу в глаза:
— Если тебе будет от этого спокойней.
Айсулу хотелось добавить, что она успокоится, когда сдаст его страже. Главный визирь лучше нее знает, что следует делать с нарушителем закона и похитителем сердец. И все же, она с удивлением уставилась на веревку в его ладони, достаточно крепкой, чтобы удержать.
Без промедления, она принялась за дело, обвязывая запястья и делая странные узлы. Ориентируясь в полумраке, Айсулу могла надеяться только на ловкость пальцев.
— Знаешь, я все еще помню вкус твоих губ, — неожиданно, тихий голос коснулся её уха. Щеку обожгло горячим дыханием, контрастирующим с холодным воздухом улицы.
«Всего лишь трофей» — повторяла про себя Айсулу его слова, уже не гадая, сколь таких трофеев уже хранится на его полках. Хуже было в том, что она сама ощущала себя такой же вещью, что с легкостью заполучил пират. И это чувство убивало изнутри. Юная жрица отдавала себя в отчет, что мужчина перед ней не тот милый юнга, которого она полюбила. В кровожадных глазах, в которых она, по глупости своей, находила плавающие островки суши в виде золотых крапинок, не было месту чувствам.
— Советую забыть, — жрица затянула последний узел — руки оказались плотно прижаты друг к другу. Больше ему не удастся смутить её и сбить с пути, больше она не поведется на его речи.
Она развернулась молча, гордо удаляясь в собственную спальню, намереваясь не оборачиваться до самой двери. Сзади раздалось тихое покашливание.
— Прости, сладкая, но у пиратов хорошая память на украденные вещи.
Обернувшись против воли, Айсулу бросила уничтожающий взгляд на Касьяна, останавливаясь на выпрямившейся фигуре. Пират потянулся, а веревка легко заскользила по его руке, пока не рухнула на пол.
Подавив внутренний крик, она помчалась в комнату, обещая себе не выходить из нее до рассвета.
Глава 29
— Нужно было пригласить Айсулу к нам в гости, — Веледара обеспокоенно прижимала руки к груди. По раскрасневшимся щекам едва не капали слезы. — Вы видели, как она вскочила? Наверняка обиделась!
— У неё сейчас непростое время, — чувствуя вину, подтвердила Зара. — Ей нужно привести в порядок себя и храм. После похищения, сомневаюсь, что наставница отпустит её куда-нибудь дальше порога.
Каз, начинавший засыпать, встрепенулся:
— В этом есть смысл. Думаю, каждый из нас получит своё наказание от семьи и наставников. Но я не жалею, что отправился сюда.
— Мы спасли Айсулу. Ради такого можно и месяц подежурить в Красных скалах.
Влад отпил вина за своеобразный тост. Мысли о доме приносили странную боль и неуверенность, думать об этом не хотелось. Власов зевнул, глубже кутаясь в плед и находя теплую руку Веледары. В груди потеплело.
— Согласна. Равновесие восстановлено, разве можно нас за это наказывать? — воскликнула Зарина, но тут же нахмурилась от внезапной головной боли. Виски сдавило, а в глазах слегка помутнело. Девушка покосилась на пустой стакан, молча обвиняя его в своих бедах. Но тот молчал, а ей самостоятельно пришлось бороться с болью — она медленно начала распускать волосы.
— Скажи это моему деду. Святогор будет попрекать нас до самой смерти, еще сделает выговор на собрании при всех.
Зара посмотрела на него исподлобья, замирая от того, как ярко сияют синевой глаза. Как теплый свет ложится на его лицо, выделяя красивый профиль. Она открыла рот, чтобы добавить, но тихое сопение перебило её. Удивившись, они оба посмотрели на Веледару, уснувшую на коленях у Влада. Власов, опираясь спиной о стену, тихо посапывал, приоткрыв рот.
— Кажется, пора расходиться, — догадался Каз, вставая на ноги. Он еще раз посмотрел на спящих друзей и укрыл Веледару своим одеялом. Обернувшись к Заре, он подал ей руку, помогая встать. — Сама сможешь дойти до комнаты?
Ноги предательски зашатались, когда Зара попыталась встать. Она четко осознавала, что ей нужно дойти до ближайшей кровати и прилечь. Это не было трудным заданием, но, треклятое вино путало мысли, не то, что ноги.
— Да, я дойду одна.
Ей удалось самостоятельно выйти из комнаты, задев плечом косяк двери. Боль прояснила разум, но алкоголь тут же его затушил. Кажется, она еще и порвала рукав, но с этим разобраться можно утром, а сейчас хотелось спать.
Коридоры привлекали темнотой и тишиной. Холодная ночь неприветливо впустила Зару в свои удушливые объятья. Совсем скоро они вернутся домой, в родной край с хорошей новостью — жрица найдена и равновесию ничего не угрожает. Зарина представляла, как снова увидит родные лица в колдовской деревне, обнимет Ольгу Петровну и Василия Ивановича? Посмотрит в глаза Дмитрию, своей первой любви, уже не детским взглядом, без прежних чувств. Зайдет в гости к Петру Васильевичу и его козе Марте.