Она больше не плакала. Представляла, как они выглядят со стороны, даже придумала, что скажет Веледаре, если та случайно войдет в комнату. Но сейчас, она чувствовала себя… дома. Подняв глаза, случайно проведя носом по его шее, губами чувствуя, исходивший от Каза жар, она покраснела. Он будто чего-то ждал от неё, продолжая держать в объятьях, прижимая так сильно, что можно уловить стук сердца.
Зара выдохнула, потягиваясь к нему губами, вставая на носочки.
— Смотри, костер почти прогорел, — прошептал Каз, глядя в окно.
Вернувшись к реальности, она опустилась на твердую стопу, больше не заглядывая в глаза морозного неба. Горы и болота несовместимы, глупо полагать, что что-то могла измениться. Колдунья выбралась из объятий, отворачиваясь от Каза. Морозов удивленно на неё посмотрел.
— Уже поздно.
Кровать, принадлежащая другой девушке, оказалась невероятно мягкой, словно сотканной из кроличьего пуха. Тяжелое одеяло, в цвет уходящего солнца, было почти повалено на пол, как и разноцветные подушки, валяющиеся по углам комнаты. Нагнувшись за одной из упавших, Зара вернула её обратно на кровать. Обернувшись, девушка поняла, что Каза больше не было в комнате. Он все-таки ушел.
В полдень, когда громкие колокола оповещали рабочих об обеде, храм Зари потихоньку просыпался после трудной ночи. Айсулу, проснувшаяся одной из первых, побежала к погасшему костру, рассматривая старания огня. Против этой стихии человек бессилен. Ей удалось различить уцелевшие кости сестер. Утешая себя тем, что бродячие животные не обратят на них внимания до захоронения, юная жрица вернулась в храм.
После, пока один за другим ребята приходили в себя, девушка приготовила скромный завтрак из остатков ужина. Выходить в город она не решалась.
— У меня во рту восьмая пустыня, — прохрипел входящий Влад. Его глаза наткнулись на наполненный кувшин с водой. — Слава Кузнецу, кто-то додумался его наполнить!
— В храме был колодец. Нам не повезло — его не засыпало песком, — пробормотала Айсулу, но парень её уже не слушал. Выпив половину, он поставил кувшин на место.
— Спасибо. А остальные уже проснулись?
На кухню вошла сонная Зарина, а вслед за ней Веледара. Увидев ребят, девушка густо покраснела и поспешила налить себе воды.
— Я все не могу привыкнуть к такой жаре, — отговорилась та.
Зара плюхнулась на стул, подкладывая руки под голову. Этой ночью ей было совсем не до сна, стыд одолевал её до самого утра, а после, когда лучи солнца проникли в комнату, пришло смирение. Ей просто хотелось выговориться, а Морозов оказался рядом. Так поступают друзья, а злокляое вино лишь затуманило разум.
— Вы видели Касьяна? — спросил Влад. Про пирата он не вспоминал до самого утра, да и утром было не до него. Ребята завертели головой, а Айсулу стремительно побелела. Ногти воткнулись в ладони, а предательское сердце забилось о ребра. Видя растерянные лица друзей, Власов тяжело вздохнул. — Ладно, я пойду, поищу его. Не хватало проблем еще от него…
Проводили его молчаливым беспокойством. Приступать к завтраку никто не решался, дожидаясь, когда проснется Каз и вернется Влад. Зара нетерпеливо заерзала на стуле, в глубине души боясь этого момента. Как она вообще будет смотреть в глаза Морозову после такого?
Но её волнения оказались напрасны — Каз спустился на кухню вместе с Владом, и это уже был не тот парень, с кем она делилась переживаниями под светом звезд. Лицо наследника рода Морозовых перекосилось от злости.
— Этот трус сбежал! — воскликнул он, почти бросая веревку на стол. Все уставились на неё, пораженные услышанным. Каз нервно заходил по комнате.
— Я обыскал храм, его нигде нет. — Влад посмотрел на Айсулу. — Ты перепрятала Чашу?
Ей пришлось впиться ногтями в ладони, чтобы не издать ни звука. Её взволнованный взгляд перехватил Каз и стрелой ринулся к ней в комнату, где в сундуке, на самом дне под вещами, лежала Чаша Жизни. Его не было не больше пяти минут. На покрасневшем от бега лице заиграли желваки.
Говорить ничего не требовалось, Айсулу стыдливо опустила голову. Это её вина. Именно она дала пирату сбежать, и теперь только Боги знают, что будет дальше. Взгляд уткнулся в длинную веревку — на ней не было следов пореза. Наверняка пират оставил её там же, в коридоре, а после дождался, пока все уснут.
— Нам нужно найти его, — задыхаясь от злости, сказал Морозов. Он раздраженно ходил по комнате, в голове образовалось пылающее поле мрачных мыслей.
— Прошло больше шести часов. Нам не найти его, — спустя время, уверенно сказала Зара. Эти слова были первыми, что она произнесла за утро. — Мы сами виноваты, что упустили его.