Она не успела даже обернуться, как тупая боль пронзила затылок, лишь внезапно поняла, что находится не возле двери, как было в начале, а лежит у ножек кровати, чудом не потеряв сознание от боли. Алайла плакала и кричала, пытаясь спрятаться обратно в шкаф, но огромная рука отшвырнула её на кровать с такой легкостью, будто бросила тряпичную куклу.
— Нет! — закричала Айсулу, и боль снова прошлась по телу. Тот удар нанес урон сильнее, чем ей показалось. Массивная фигура в порванной одежде повернулась к ней.
Сердце застыло от ужаса происходящего.
Пират наступал. Она не видела его лица, скрытого в сумерках, но чувствовала чудовищную силу и ненависть в нем. Где те Боги, которым она молилась с рождения? Почему они оставили их на растерзание пиратам?
— Ты умрешь быстро, — сказал пират, замахнувшись ножом, но оскал застыл на его лице, а потом сменился непониманием. Темный зрачок поймал блик луны. В ту секунду девушка прочитала страх на лице того, кто обещал ей смерть.
Пират упал на колени, а потом со стоном повалился боком. Позади стояла крошечная фигура бабушки Назиг, сжимающей окровавленный изогнутый нож.
Боги не отвернулись от неё, они нашли своё воплощение в теле старой женщины.
— Бабушка! — воскликнула Айсулу, почти бросаясь к ней в объятья, как тишину прорезал тонкий звук рассекающей воздух стрелы.
Бабушка даже не удивилась, лишь слегка нахмурилась, когда нащупала железный наконечник, продырявивший её красный кафтанчик. Казалась, этому она расстроилась больше, чем осознанию грядущей смерти. Блеклые глаза оторвались от стрелы и посмотрели на Айсулу.
— Спасайся.
Она успела поймать тело старой женщины, аккуратно укладывая её на пол, стараясь не навредить еще больше, но алая кровь уже начала безмятежным потоком скользить вниз, а хрипы из горла накалывать ситуацию.
— Бабушка Назиг, нет, нет, пожалуйста! — рыдала девушка, пытаясь остановить кровь. Морщинистые руки легли на её ладони:
— Найди их, слышишь? — шептала женщина, сжимая пальцы. — Ты должна выжить, встать в Круг. Найди их, и вместе вы сможете все изменить. Фреска, она…
Кровь остановилась, а последний вздох оборвался с последней надеждой на спасение. Айсулу своими глазами видела, как жизнь покивает тело пожилой женщины.
— Пора заканчивать представление, — из тени вышел второй пират, а за ним третий, державший арбалет на прицеле. Айсулу остановила взгляд на стреле, копия которой торчала из груди её самой старшей сестры. Второй пират вальяжно прошелся по комнате, останавливаясь возле упавшего тела собрата. Пнув его сапогом и убедившись, что громила жив, он присел на корточки возле девушки. — Прости, красавица, но у меня приказ.
Пират сунул руку в мешочек, завязанный на поясе. На его руке блестела золотая пыль. Айсулу лишь крепче вцепилась в кафтан бабушки Назиг, когда мужчина поднес ладонь к губам и выдохнул пыль прямо ей в лицо.
Золотые искры поднялись в воздух. Через секунду Айсулу поняла, что теряет сознание
Глава 12
Южные степи.
Жестоким и самым почитаемым из богов было Солнце. В сказках матери оно являлось мудрым советчиком и справедливым судьёй в любых спорах, а так же жестоким карателем глупцов. Солнце даровало тепло и жизнь, а после отнимало ее, испаряя влагу. Южные степи являлись любимцами солнцеликого божества, иначе, как объяснить, что оно поселилось именно здесь?
Солнце, пришедшее с Восточного края, выжгло поля и иссушило реки. После этого, когда годы неурожая уничтожили половину населения, а годы войны ослабили край, бывшим деревням, почти не общавшихся друг с другом, пришлось объединиться. Поначалу это был мудрый ход, чтобы отбиваться от набегов завоевателей с севера. После, когда мир воцарился на четырехземелье, разгромленные деревни возглавила та, кто сражался на войне, не хуже любого мужчины.
Настасья Миклушина возродила остатки былой мощи Лукоморья, перенеся центр общины на остатки плодородной земли. Им пришлось покинуть свои дома, но достоинства и силу никто не потерял из лесного народа. За несколько лет основалось целое поселение.
Мирослава помнила старые легенды. В них её предок была отважной богатыршей.
Сама же она считала себя слишком слабой для богатырши, слишком пугливой для воина. Её род с основания считался показательным. Мужчины были сильнее, женщины выносливей и краше. Её род поклялся защищать Лукоморье от врагов извне, закрываясь от всего мира на клочке земли. Пока три князя вели между собой войны за столицу, строя правление на крови и жестокости, Миклушины создали обособленное поселение, поклявшись не учувствовать в войнах.