— Красавица, ответь честно, ты бы согласилась убежать со мной?
— Что? — глупо переспросила Айсулу, не веря своим ушам. Сердце застучало быстрее. Вторая лямка съехала с плеча, вместе с кофтой. Она даже не заметила, как та оказалась расстёгнута.
— Убежать. Ты. Я. Море. Звезды. Сможем уплыть куда угодно, нам все дороги открыты.
— Но, как же… твой капитан, команда. Они тебя отпустят?
Парень усмехнулся и притянул девушку ближе к себе, обжигая её губы горячим дыханием, наклоняясь так близко, что воздух стал общим.
— Разве пирату стоит спрашивать разрешение, чтобы что-то украсть?
Айсулу закрыла глаза, в тот момент, когда губы Рунара накрыли её. До этого она никогда не целовалась, но если бы её попросили описать те чувства, то она бы привела в пример запуск фейерверков и сладкий фруктовый сок. Он таял на солнце, как и она таяла в руках Рунара.
Сладко и трепетно.
Её тело трепетало, словно черный флаг во время шторма. Глубокий вдох выбрался из груди. Его руки обхватили девичье личико, останавливаясь.
— Ты согласна?
Разве она могла ответить «нет»? Айсулу готова была отправиться куда угодно, если рядом будет он. Они смогут жить в храме Зари, когда она станет полноправной жрицей. Рунар устроится на нормальную работу в городе, она будет ждать его дома, готовить его любимую еду, радовать его своей красотой и танцами. У них будет большой огород с овощами и фруктами, которые она будет выращивать. И их можно будет даже продавать в городе. А вечерами они будут гулять по побережью Багрового моря, собирать ракушки и красивые камни.
— Согласна.
Ночь была теплая, а поцелуи долгими. Айсулу чувствовала себя самой счастливой, даже в самом центре города пиратов. Очень скоро она оставит это место, забудет, как страшный сон. Очень скоро она встретится со своей наставницей и познакомит её с Рунаром, Инга полюбит его, когда узнает, что он сделал для её преемницы.
— Нам пора возвращаться, — прошептал она пирату на ухо, согреваемая в его объятьях. Айсулу почти уснула, на этот раз ей не мешал шум с таверны.
— Разве нас будут искать?
— Не знаю…
Рунар потянул уставшие мышцы. Алкоголь слишком быстро покинул его тело. Это огорчало.
— Хорошо, не будем давать им повода для беспокойства. Тем более, что скоро нам предстоит сделать кое-что очень страшное и безрассудное.
Побег. При мысли об этом её душа трепетала. Ей хотелось прямо сейчас бросить все и уплыть, но пират думал совершенно иначе:
— Завтра вечером, когда все будут продолжать празднование, мы проберемся на улицу и добежим до пристани. А там уж, проберемся на корабль и отчалим к Кафрану или любому другому городу.
— Замечательно.
Юная жрица позволила себе еще немного понежиться в объятьях любимого, теша себя мыслями, что скоро их никто не разлучит. Рунар проводил её до комнаты, а потом еще долго целовал прямо на пороге, не желая отпускать.
На кровать Айсулу опустилась уставшая и совершенно счастливая. На этот раз ей не снилось морское чудовище, преследующее её между бушующих волн. На этот раз стоял штиль. И когда на утро, она открыла глаза, то не увидела напротив Дассию. Её кровать оказалась заправлена, а это значит, что пиратка не ночевала дома.
Потянувшись, девушка приметила, что уснула прямо во вчерашней одежде. И теперь та выглядела помятой. Айсулу надеялась, что её соседка не будет ругаться, если та одолжит что-то из её нарядов.
В шкафу у несостоявшейся пиратки она нашла длинную юбку и тонкую льняную рубаху зеленого цвета. Вещи были хорошие, но не похоже, чтобы Дассия их носила — слишком обыденные для яркой красавицы. Но, все же, Айсулу чувствовала вину перед ней — если вечером все пройдет гладко, то она так и не сможет их вернуть хозяйке, а она была добра к ней все это время.
Смирившись, жрица спустилась на первый этаж, улыбаясь так сильно, что болели щеки. Ничего не может испортить этот день, даже грубые посетители, если решат отпустить едкие комментарии или распустить руки. Работницы странно на неё посматривали весь день, не спрашивая причину хорошего настроения, чему Айсулу радовалась — не придется придумывать ложь. Пусть лучше думают, что она свыклась со своим положением.
С подавленной волей далеко не уйдешь, ведь, так?
Во второй половине дня в таверну завалилась Дассия, шатаясь после ночной пьянки. От нее несло выпивкой, а волосы лежали в страшном беспорядке, но девушка выглядела довольной. Лале глядела в её сторону с плохо скрываемой завистью.
— Не свалил тебя ночью жеребец, а?
— Такого жеребца грех не оседлать, — продолжая улыбаться, сказала Дассия. Когда перед ней поставили кружку пива, глаза девушки загорелись от предвкушения и благодарности.