Он двигался очень медленно — никаких резких движений, ничего пугающего. Лишь понемногу направлял ее к выходу.
Дори перевела взгляд с него на открытую дверь и обратно. Понюхала воздух, сделала шаг, потом еще один. Высунула голову из стойла, и Кэйди крепко сжала мою руку.
Дори остановилась, будто не была уверена, хочет ли покидать свое убежище. Здесь все было ей знакомо. А что там, снаружи, — она не знала.
Роан просто ждал, давая ей время привыкнуть к самой мысли об этом.
Она снова подняла голову, и на шее показалось белое пятнышко. Уши дернулись, и она вышла в проход. Потом замерла, уставившись на нас с Кэйди.
Я посылала ей все добрые и ласковые мысли, какие только могла. Безмолвные послания: все будет хорошо. Ты исцелилась. Ты в безопасности. Ты можешь быть свободной.
Мне показалось, что что-то промелькнуло в глазах оленя. А потом она развернулась и рысью побежала по проходу наружу — в утреннее солнечное сияние.
Мы вышли следом и наблюдали, как она пересекает нашу подъездную дорожку и скрывается в поле за дорогой. Глаза защипало от слез, когда Кэйди прошла чуть дальше, чтобы получше разглядеть.
Роан остановился рядом, бросил взгляд вниз и заметил мои слезы. Он поднял руку и большим пальцем стер влагу с моих щек:
— Это что за слезы?
— Я просто хочу, чтобы с ней все было хорошо, — прошептала я.
Его ладонь скользнула ниже, крепко сжимая затылок:
— Мое Нежное Сердце.
Дыхание сбилось. От самого прозвища. От этого намека на… принадлежность.
Он наклонился и коснулся губами моего лба:
— У нее есть шанс выжить — благодаря тебе.
— Мам! — крикнула Кэйди. — Она нашла своих друзей!
Роан отпустил меня и пошел к ней. А я не сразу смогла заставить себя двинуться. Будто прикосновение его губ закоротило все внутри. Наконец, я заставила себя шагнуть вперед.
Кэйди прижалась к боку Роана:
— Видишь их?
— Вижу, — ответил он хрипло.
В поле за дорогой стояла стайка из шести косуль. Одна из них ткнулась мордой в Дори, приветствуя ее, — и меня снова накрыла волна слез.
— Мам, почему ты плачешь?
— Я счастлива, Жучок. Мы вернули Дори к ее семье.
— Мы это сделали, да? — пробормотала она.
— Неплохое занятие для детсада, — сказала я.
Кэйди застонала:
— А мне обязательно идти в школу?
Я удивленно подняла брови:
— Ты же любишь школу. И Чарли будет очень расстроен, если тебя там не будет.
— Знаю, но там не будет ничего настолько крутого, как это.
Роан усмехнулся:
— Кто знает, может, ты найдешь себе нового зверя-друга на перемене.
Надежда вспыхнула в глазах Кэйди:
— Мы однажды нашли лягушку.
— Вот видишь — впереди еще много приключений. А сейчас нам пора, а то опоздаем, — сказала я.
Роан помог мне усадить Кэйди в универсал и пристегнуть ремни. Когда я закрыла дверцу, подняла взгляд на него:
— Спасибо. За помощь и за…
— Тебе не нужно все время меня благодарить, — проворчал он.
Я едва сдержала улыбку:
— Может, мне нравится тебя благодарить.
Роан только хмыкнул:
— Напиши мне. Сообщи, как прошла высадка.
Я уловила подтекст. Он хотел знать, не устроила ли мне сцену Кэйтлин.
— Напишу. Увидимся вечером?
Он коротко кивнул:
— Езжай аккуратно.
Я села за руль и выехала с подъездной дорожки. В груди бушевала настоящая война — надежда и страх сошлись в эпической схватке. Пальцы крепче сжали руль, когда я повернула к городу.
Мне хотелось просто раствориться в тепле, которое приносило присутствие Роана в моей жизни. Не задаваться вопросами, что это значит и чем закончится. Но это было невозможно после всего, через что я прошла. После того, как человек, которого я любила больше всего на свете, был у меня отнят. Это заставляло сомневаться, что хорошие вещи способны остаться.
Поворачивая на парковку, я поняла, что Кэйди болтала всю дорогу. Я поморщилась. Мать года, нечего сказать.
Остановившись, я заметила Чарли — он стоял рядом с одной из учительниц.
— Похоже, тебя уже ждут, — сказала я.
Кэйди улыбнулась, отстегнула ремни и выскочила наружу раньше, чем я успела обойти машину. Чарли помахал мне рукой и взял ее за руку, ведя к школе, оставив меня позади.
Учительница улыбнулась:
— Эти двое — настоящая история любви в зародыше.
Я рассмеялась:
— Похоже на то.
Оставалось только надеяться, что у этой истории будет счастливый финал.
Я снова села в машину и направилась к The Brew. Машин перед кафе стояло больше обычного, и я чертыхнулась. Зик не обрадуется, если ему придется одному справляться с таким наплывом клиентов.
Наверное, в городе тургруппа. Иногда они проезжают мимо — гиды устраивают туристов либо в B&B, либо в семейном отеле Кейдена, Peaks, если поездка поважнее.
Я поспешно вышла из машины и направилась к двери. Колокольчик зазвенел, когда я вошла.
В тот же миг, как дверь захлопнулась за мной, люди вскочили с мест. Сработали вспышки, и микрофоны ткнулись мне в лицо.
— Тара, вы по-прежнему считаете, что Джон виновен?
— Жалеете ли вы о своих показаниях?
— Где Люси?
Дыхание сбилось, и я начала хватать воздух короткими глотками, пока толпа смыкалась вокруг меня. Перед глазами заплясали черные пятна.
Меня нашли.
27
РОАН
Я барабанил пальцами по рулю, сидя в машине чуть в стороне от начала тропы. Мы с ребятами дежурили в местах, которые могли привлечь нашего неизвестного, но мои мысли были далеко отсюда.
Я в который раз посмотрел на телефон. Ничего от Аспен. Совсем ничего. Это было на нее не похоже — сказать, что напишет, и не выполнить. Она уже давно должна была отвезти Кэйди и приехать на работу.
Тревога жгла изнутри. Я потянулся к телефону, чтобы набрать ее, но он зазвонил раньше, чем я успел его разблокировать. На экране высветилось имя Лоусона — я тут же ответил.
— Эй, — сказал я.
— У нас проблема.
Тревога в животе переросла в панику:
— Что? — прорычал я.
— Эти ублюдки выложили подкаст. Аспен приехала на работу, и ее там уже ждали дюжина репортеров. Похоже, они отправили запись в прессу еще вчера днем, чтобы привлечь внимание.
Я выругался так, как не ругался давно, одновременно заводя двигатель.
— Где она?
— В моем кабинете. Она в порядке, но потрясена. Я отправил Грей за Кэйди, на всякий случай. Она устроит ей и Чарли веселый день прогула.
В груди снова заскребло, будто по грудине провели наждаком. Я знал, что Грей о ней позаботится, но, черт, как же сильно мне хотелось выпотрошить этих подкастеров собственными руками.
— Я еду.
Я отключился, чтобы сосредоточиться на дороге. На том, чтобы добраться до Аспен.
Гравий взметнулся из-под колес, когда я вошел в поворот и вдавил педаль газа. Поездка, которая обычно занимает десять минут, заняла пять. Шины взвизгнули, когда я влетел на парковку перед участком.
Я выдернул ключи из замка зажигания и рванул к двери. Она со стуком ударилась о стену, и офицер за стойкой подскочил:
— М-м-р. Хартли…
Я даже не посмотрел на него, только пронесся мимо к общему залу. Полицейские, увидев выражение моего лица, поспешно расступались, пока я шел к кабинету Лоусона.
Дверь была закрыта, но я не стал стучать — распахнул ее и замер. Аспен сидела на диване, обхватив себя руками и глядя в пол. Она казалась такой маленькой. Такой беззащитной.
Лоусон подошел ближе:
— Вдохни. Не пугай ее еще больше.
Я изо всех сил пытался взять себя в руки, пересек комнату и подошел к дивану. Аспен даже не подняла головы, когда я сел рядом.
— Нежное Сердце, — прошептал я, запуская руку под ее огненные волосы.
От прикосновения она повернулась и устроилась у меня на коленях, спрятав лицо в моей шее.