Ворота разъехались, и я вгляделась вперед. Дом показался не сразу. Простая, но невероятно красивая хижина в стиле «А». Снег украсил бы ее до вида рождественской открытки.
— Красота, — прошептала я.
— Спасибо, — пробормотал он, притормозив.
Роан вышел и помог мне спуститься. Взял за руку, повел к двери. Один за другим открыл замки и впустил нас внутрь.
Пространство было простым, но стены украшали потрясающие фотографии природы и животных. Огромный каменный камин. А вся задняя стена — сплошное окно.
Я ахнула, подбегая к нему. Вид был ошеломляющим. Весь Сидар-Ридж как на ладони: город, озеро, величественные горы вокруг.
Роан открыл дверь и вывел меня на балкон.
Я подошла к перилам, не в силах оторвать взгляд.
— Это здесь я впервые тебя увидел.
Я подняла глаза на его голос и встретилась с прекрасными голубыми глазами.
— Сначала — только вспышка рыжих волос. — Его губы дрогнули. — Я был раздражен. Раньше я никогда не видел старика, что жил там до тебя. Казалось, у меня вся гора в полном распоряжении.
Я улыбнулась.
— Но потом я увидел твою доброту. Животных, которых ты приносила домой одного за другим. Как терпеливо ты обращалась с дочкой. Иногда мне казалось, что из тебя свет бьет.
Сердце рванулось в груди, дыхание сбилось.
— Ты была светом в темноте. Лучиком надежды, когда мне казалось, что моя давно погасла. Думаю, я любил тебя уже тогда.
Я ахнула:
— Ты любишь меня?
Роан обнял меня:
— Всем, что во мне есть. Никогда не думал, что способен на такое. Никогда не думал, что умею. Знаю, я не всегда делаю это правильно…
Я положила ладонь ему на грудь:
— Ты делаешь это идеально.
Его глаза засияли:
— Я люблю тебя, Нежное Сердце. И это никогда не изменится.
— Я тоже тебя люблю, — мой голос дрогнул. — Никогда не думала, что получу такое. Ты дал мне все. Безопасность. Принятие. Семью.
— А ты мне что-то дашь взамен? — спросил Роан.
— Все, что угодно.
Он кивнул на улицу, вниз, за перила. Я проследила взгляд и тут же разрыдалась. Все наши родные и близкие стояли в моем дворе, держа огромный самодельный баннер. Каждая буква раскрашена и украшена — наверняка Кэйди с Чарли приложили руку.
ВЫЙДЕШЬ ЗА МЕНЯ?
Я снова посмотрела на Роана, слезы катились по щекам:
— Ты хочешь на мне жениться?
— Хочу быть твоим во всем. Хочу быть твоим мужем. Отцом для Кэйди и всех детей, которых ты мне подаришь. Всем, кем ты позволишь.
— Да, — прошептала я. Одно слово, слишком маленькое для того, что я чувствовала, но единственное, которое смогла вымолвить.
Он надел мне кольцо — тонкий обруч с бриллиантами в виде сверкающих листьев, переплетенных друг с другом. Идеальное для меня. Не мешающее работать с животными или в кафе. Кольцо, напоминающее о мире, который мы нашли в природе. Символ нас двоих вместе.
Я поднялась на носочки, наши губы почти соприкоснулись.
— Ты уже все для меня.
53
РОАН
ОДИН МЕСЯЦ СПУСТЯ
— Ма-а-ама, — прошептал тоненький голосок с другой стороны кровати.
Кэйди старалась говорить тихо — за это я мог ее похвалить. Но получилось скорее шепотом-криком: в голосе звенело нетерпение.
— Ммм, — пробормотала Аспен, придвигаясь ближе и прижимая спину ко мне.
Я сдержал стон, прокатившийся по телу от этого движения, и принялся мысленно перечислять протоколы спасательных операций.
— Мне нужно тебе кое-что показать, — прошептала Кэйди еще громче.
Я прищурился от утреннего света, пробивающегося сквозь шторы:
— Что происходит? — проворчал я.
— Нам надо идти, — поторопила Кэйди.
— Свадьба только через несколько часов, Маленькая Танцовщица.
Она подпрыгнула на цыпочках, вся — воплощенная балерина:
— Не свадьба. Другое. Ты должна это увидеть.
— Можешь поспать еще, — сказала мне Аспен, садясь на кровати.
Я пару раз моргнул и откинулся на подушки:
— Нет, я уже проснулся.
Что-то мелькнуло в поле зрения, я попытался увернуться, но было поздно.
Пайрэт, эта чертова кошка, сиганула со своего места на комоде прямо мне на голову. Когти впились в волосы и кожу головы. Я выдал пару выражений, которые очень надеялся, Кэйди не запомнит.
— Демон в кошачьем обличье, — прорычал я, сдирая с себя это создание.
Она цапнула меня лапой по носу.
— Черт!
А потом боднула подбородок и начала мурчать.
Кэйди и Аспен тут же расхохотались.
— Видишь, она тебя любит, Мистер Гриз, — защебетала Кэйди.