Я поспешила к нему и схватила Пайрэт на руки:
— Она еще котенок. Еще только учится хорошим манерам.
Роан смерил взглядом зверушку у меня в руках:
— Больше похоже, что оно вышло из десяти раундов с Майком Тайсоном.
— Она не «оно». Она уникально красивая, — возразила я.
Он приподнял бровь, будто говоря: «Серьезно? Это твой аргумент?»
Я знала, что Пайрэт выглядела странновато — с одним глазом, половиной уха и клочковатой шерстью. Но ее любили.
— Мама говорит, что внешность не важна. Главное — что внутри, — важно произнесла Кэйди, жуя хлопья.
— А внутри демон. Я чуть не остался без пальца, — пробурчал Роан.
— Пайрэт просто увлеклась. Ей жаль. Правда ведь, девочка? — спросила я.
Пайрэт ткнулась мне в подбородок.
— Я не рискую. Где мои ботинки?
Он скинул одеяло, и я замерла: под ним он был без рубашки. Горло пересохло, когда я окинула взглядом его широкие плечи и мускулистую грудь. Легкая дорожка волос тянулась вниз от груди по прессу и ниже.
Роан поднялся, и мы оказались лицом к лицу, всего в дыхании друг от друга. Все вокруг будто стихло, остались только он и я. Настолько близко, что стоило сделать малейшее движение и я узнала бы вкус его губ.
Пайрэт взмахнула лапой и отвесила Роану пощечину.
— Да что за… — рявкнул он.
Она вырвалась из моих рук, прыгнула на диван и унеслась по коридору.
— Ты ее напугал, — укорила я.
— Она могла выбить мне глаз, — огрызнулся он.
— Вам нужно хлопьев, мистер Гриз, — сказала Кэйди, прожевывая. — Вы злой от голода.
Я сжала губы, чтобы не расхохотаться:
— Как думаешь, мистер Гриз, хлопья помогут?
Роан нахмурился, но потом в глазах мелькнул интерес:
— А какие есть?
— Cheerios и Cap'n Crunch.
— Я не ел Cap'n Crunch с детства.
Я улыбнулась:
— Значит, Cap'n Crunch. Пираты к тебе неравнодушны.
Нахмуренность снова вернулась на его лицо:
— Пойду приведу себя в порядок.
Он ушел по коридору. Я тихо хихикнула и вернулась на кухню, чтобы наложить ему хлопьев.
— Мистер Гриз смешной, — сказала Кэйди, продолжая жевать.
— Еще какой.
Через несколько минут Роан появился снова — в свежей форме службы охраны дикой природы, подчеркивающей его плечи и грудь. Я тут же уставилась в свою миску.
Стул между мной и Кэйди заскрипел по полу, когда он его отодвинул.
— Ты сегодня будешь помогать животным? — спросила Кэйди.
— Пока не знаю. Может быть, — ответил Роан, зачерпывая хлопья.
Я украдкой посмотрела на него. Его светло-каштановые волосы были чуть взъерошены и мягко спадали на лоб. Пальцы зачесались — так хотелось запустить их в эти волнистые пряди.
Кэйди засыпала Роана вопросами один за другим. Он ни разу не потерял терпение и не раздражался. Напротив, спрашивал, какие животные ей нравятся больше всего и кого бы она хотела, но пока не имеет.
Боль осела в груди, когда я наблюдала за ними. Я хотела этого для Кэйди. Но не была уверена, что когда-нибудь смогу ей это дать.
— Все, — весело объявила она.
Ее голос вырвал меня из вихря мыслей:
— Пора чистить зубы и одеваться. Тебе помочь?
Кэйди покачала головой:
— Я сама. Можно мне сегодня надеть блестящие сапоги?
В ее голосе звучала такая надежда.
— Думаю, стоит подождать еще день. Там все еще много грязи. — Или, по крайней мере, было утром, когда я выходила покормить животных. Раны Дори уже начали заживать — чувствую, через несколько дней она будет в порядке.
Кэйди надула губы:
— Ненавижу грязь. Она все портит.
— Зато завтра ты будешь радоваться своим блестящим сапогам еще больше.
Кэйди соскользнула со стула и, напевая Tomorrow из «Энни», побежала по коридору.
— У нее точно есть склонность к драме, — заметил Роан.
Я засмеялась:
— Предсказываю театральные постановки в нашем будущем.
Его взгляд скользнул по мне, обжигая каждое место, к которому прикасался:
— Что у вас с этими блестками? Все вокруг вас двоих в них утопает.
Щеки вспыхнули:
— Кэйди их всегда обожала.
— А ты?
— Она любит, когда у меня тоже есть мои блёстки.
Роан замолчал, просто глядя на меня:
— А ты даешь ей то, что она хочет.
Я пожала плечами:
— Если что-то такое простое делает ее счастливой — почему бы и нет? Это заставляет ее чувствовать, что между нами есть связь.
Он провел большим пальцем по щетине под нижней губой:
— Она знает, что ты ей не родная мама.
Это не был вопрос. И я не удивилась, что Роан сложил все кусочки в общую картину. Он всегда видел чуть больше других.