Он хлопнул меня по плечу:
— Я достану комплектующие по себестоимости и помогу установить.
— Спасибо. — Я переминался с ноги на ногу. — Только держи это между нами, пока я не поговорю с Аспен.
Холт расхохотался:
— Ты даже не спросил, согласна ли она?
Я сжал челюсти:
— Она не выглядела слишком расположенной к этой идее.
— Тогда мне стоит начать готовиться к твоим похоронам.
Я нахмурился:
— Все будет нормально.
Он только усмехнулся:
— Как скажешь.
— Мне нужно встретиться с Лоусоном, — буркнул я.
— Надеюсь, увидимся позже живым, — крикнул Холт, когда я направился к машине.
Я его проигнорировал.
Потом он снова крикнул:
— Обожаю твои розовые блестящие ногти!
Моя семья — сплошь придурки. Милые, но все равно придурки.
Я забрался за руль и выехал на гравийную дорогу. Всего несколько минут и я уже был в городе. Так как было рано, удалось занять место прямо перед полицейским участком.
Молодой офицер за стойкой поднял глаза и судорожно сглотнул, когда я вошел:
— Доброе утро, мистер Хартли.
Я коротко кивнул и направился в зал с рабочими местами. Рен стояла у диспетчерского пульта, потирая спину и беременный живот. Меня охватило беспокойство.
— Ты в порядке? — спросил я вполголоса.
Она обернулась с улыбкой:
— Все хорошо. Если не считать того, что эта малышка считает своим долгом пинать мне почки каждые пять минут. Похоже, будет футбольная звезда.
Краешком губ я улыбнулся:
— Настоящая звезда, без сомнений.
Рен рассмеялась:
— Что ты здесь делаешь?
— Встречаюсь с Лоусоном. Он уже пришел?
Она кивнула:
— В кабинете. — На ее лице мелькнула тревога. — Я волнуюсь за него. Кажется, он почти не спит. Ему нужна помощь.
Я думал то же самое. На фоне череды сложных дел и того, что он один тянет троих детей, на него свалилось больше, чем можно вынести.
— Попробую с ним поговорить.
Рен фыркнула:
— Удачи. Каждый раз, как я пытаюсь, он отмахивается.
Я сжал ее плечо:
— Ты хорошая невестка.
Ее взгляд смягчился:
— Пока нет, но скоро буду.
Я хмыкнул:
— Справедливо.
Отвернувшись от диспетчерской, я прошел между рядами столов к кабинету Лоусона. Нэш поднял голову от коробки с пончиками:
— Что ты здесь делаешь? — спросил он с набитым ртом.
Я поморщился:
— Не говори с полным ртом, черт тебя дери.
Нэш закатил глаза и проглотил:
— Приоритеты.
А у него приоритет всегда один — еда. Я потянулся взять пончик, и он шлепнул меня по руке.
— У меня всего полдюжины, — огрызнулся он.
— В сорок лет ты заработаешь сердечный приступ.
Нэш откинулся на спинку кресла и похлопал себя по животу:
— Никогда. Я в форме.
Я только покачал головой:
— Мне надо поговорить с Лоусоном по делу.
— Скажи, если тебе там понадобится настоящий шеф. Я все решу в два счета.
Я фыркнул и направился к кабинету шефа, постучав в закрытую дверь.
— Войдите, — откликнулся Лоусон.
Я вошел и закрыл дверь за собой.
— Привет. Я просматриваю отчет криминалистов по убитому оленю. Пока ничего особенного, кроме того, что порезы точно нанесены ножом.
Я опустился в кресло напротив его стола:
— Я передал в «Охрану дикой природы» и в лесную службу, чтобы они присматривались к подозрительному поведению.
Лоусон кивнул, и свет выхватил круги под его глазами, которые стали темнее, чем пару дней назад.
— Ты в порядке? — спросил я.
На его лице мелькнуло удивление:
— Конечно. А что?
— Без обид, но выглядишь ты хреново.
Лоусон поморщился:
— Просто сейчас слишком много всего.
— Оно и было слишком много весь последний год.
Он вздохнул:
— Знаю. Я собираюсь попросить о помощи.
— О помощи?
Лоусон не из тех, кто полагается на других. Он будто считал просьбу о помощи обузой, хотя сам всегда был готов ее оказать.
— Я начал искать няню.
Я вскинул брови:
— Серьезно?
Он пожал плечами:
— У детей теперь куча занятий, и я не могу поручить Люку присматривать за младшими.
В его голосе прозвучала боль. Похоже, подростковые гормоны Люка доставляли отцу немало хлопот.
— Это неплохая идея. Просто я удивлен, что ты решился, — сказал я.
Лоусон пожал плечами:
— Отчаянные времена требуют отчаянных мер.
— Скажи, если я могу чем-то помочь.
— Скажу.