Пока она пересказывала Лоусону каждую деталь произошедшего, мое тело напрягалось все сильнее. Орэн Рэндал явно был не в себе и одержимо следил за Аспен. Это была готовая катастрофа.
Лоусон подошел к задней двери и подозвал криминалиста:
— Сфотографируй это и попробуй снять отпечатки. Кто-то возился с замком.
Я злобно уставился на дверь:
— Мы поставим тебе новые замки и систему сигнализации.
— Роан…
— Нет, — рявкнул я. — Я изо всех сил стараюсь сейчас не сорваться. Пожалуйста, позволь мне сделать хоть что-то, чтобы ты была в безопасности.
Аспен прижала ладонь к моей груди и поднялась на цыпочки. Ее губы накрыли мои в долгом, медленном поцелуе.
— Ладно. Только пообещай, что не заблудишься в своих лесах. Что останешься со мной.
Леса моего сознания могли быть опасным местом. Там легко было сорваться в бездну. Но у меня были Аспен и Кэйди — ради них я всегда находил дорогу обратно.
— Никуда не денусь, — пообещал я.
— Хорошо, — сказала она и мягко похлопала меня по груди.
Лоусон прочистил горло:
— Нужно будет сделать несколько фотографий твоего лица сейчас, а потом еще раз, когда появятся синяки.
— Не сейчас, — выдавил я сквозь зубы.
Аспен сжала мою руку:
— Все нормально. Я справлюсь.
Но я не пропустил дрожь, пробежавшую по ее пальцам, когда она убрала руку. Скорее всего, ее саму фотографировали после нападения Джона, и теперь она сражалась с нахлынувшими воспоминаниями.
Криминалист — ему, на вид, было не больше двадцати одного — поднял камеру:
— Просто смотрите в объектив.
Вспышка ослепила нас, и Аспен вздрогнула.
Я выругался.
Лоусон сжал мое плечо сильнее:
— Держи себя в руках.
Парень посмотрел на меня с опаской:
— Посмотрите налево.
Еще вспышка и новый вздрагивающий рывок.
— Теперь направо.
Яркий свет. Опять дерганое движение.
— Хватит, — рявкнул я. — Я отвожу ее домой.
— Мне больше ничего и не нужно, — тихо сказал криминалист.
Аспен повернулась ко мне лицом, тревога четко читалась в ее чертах:
— Худшее позади.
— Тебе не нужно меня утешать, — прорычал я. — Это я должен заботиться о тебе.
Ее губы дрогнули:
— Сейчас ты немного похож на гризли с занозой в лапе.
Лоусон фыркнул и вытащил телефон, который зазвонил:
— Не поспоришь, — бросил он и ответил: — Хартли.
Его выражение изменилось в одно мгновение, пока он слушал. Потом взгляд метнулся ко мне:
— Нашли еще одно тело.
43
РОАН
— Прекрати рычать, — сказал Лоусон, сворачивая на проселочную дорогу.
— Я не рычу, — огрызнулся я.
Он бросил на меня выразительный взгляд:
— Ты буквально шипишь и бормочешь себе под нос.
Я отвернулся к окну:
— Я не хотел ее оставлять.
Лоусон помолчал пару секунд:
— Понимаю, брат. Но с ней все будет в порядке. Мама сейчас кудахчет над ней, как наседка, а отец следит за порядком, хотя это и не нужно, потому что Орэн сидит под замком.
— Не называй его имя, — прорычал я. Лицо ублюдка всплыло перед глазами, поднимая новую волну ярости. Я знал, что он не останется там навсегда. Выйдет под залог и сможет снова прийти за Аспен.
— Я уже попросил Клинта заняться запретительным ордером. Орэну его вручат еще до того, как он выйдет. Если он приблизится, мы его возьмем.
Я лишь промычал. Этого было недостаточно. Ничего не будет достаточно.
— Если ты не можешь сосредоточиться, лучше останься дома, — тихо сказал Лоусон.
Я метнул в него тяжелый взгляд:
— Назови хоть один раз, когда я не был сосредоточен. Мы еще даже не на месте. Отстань.
Лоусон захлопнул рот, пальцы его сильнее вцепились в руль:
— Я никогда не видел тебя таким.
— Потому что я никогда не заботился о ком-то так сильно, — пробормотал я.
Он посмотрел на меня, потом снова перевел взгляд на дорогу:
— Тебе придется разобраться со всем, что на тебя наваливается. Не знаю, связано ли это с той перестрелкой или…
— Не надо, — тихо сказал я. — Я в порядке.
— Ты не в порядке, — возразил Лоусон. — Я вижу, как ты все сильнее натягиваешь струну. Знаю, что эти чувства для тебя в новинку, но я не хочу, чтобы они отбросили тебя назад.
— А ты бы как себя чувствовал, окажись на моем месте? Твоя женщина подверглась нападению. Люди разносят о ней мерзкие лживые слухи, которые могут подтолкнуть кого-то на поступки. Ты бы просто пожал плечами и выключил эмоции?
Убивало то, что раньше они действительно видели, как я так делал. Когда дерьмо сыпалось на головы моих братьев и сестер, я просто продолжал идти дальше. Но Аспен будто открыла внутри меня что-то, и теперь запихнуть это обратно не получалось.