— Мы — легкая мишень!
— Черта с два.
Фургон внезапно просел на четыре дюйма, а на стекла опустились металлические пластины. Внезапно шум выстрелов приглушился до тихого стука.
Рейдж оглянулся на него в относительной тишине.
— Ты гений!
— Скорее Харольд Рамис.
— Чего?
— Смотрел хоть раз «Добровольцев поневоле»? Мой самый любимый фильм. В основу этой крошки я положил тачку Билла Мюррея.
— Всегда знал, что ты мне понравишься. — Рейдж быстро глянул на телефон. Братьев по близости не было, и это хорошо, судя по шквальному огню. — Одна проблема. Мы не можем просто отсидеться здесь. Человеческая полиция скоро заполонит…
Светодиодный экран поднялся из приборной панели, закрывая почти все перекрытое металлом лобовое стекло. И на плоской поверхности располагался зеленый обзор улицы впереди в высоком качестве… поэтому они хорошенько рассмотрели стрелков, когда парочка с пусковыми курками пробежала в свете их фар. У обоих были пушки с длинными стволами, калаши, по его мнению, с каждым выстрелом у дула раздавалась яркая вспышка.
Они не остановились, минуя машину Мэнни.
— Это лессеры, — пробормотал Рейдж. — Слишком шустрые для людей. К тому же, только убийцам хватит ума устроить такую перестрелку. Выпусти меня отсюда.
— Ты за ними не пой…
Протянув руку, Рейдж схватил мужчину за перед рубашки, подтаскивая его к пролету между сидениями.
— Выпусти. Меня. Отсюда.
Мэнни встретил его взгляд. Выругался.
— Ты загонишь себя в могилу.
— Нет. Не загоню.
— Откуда столько уверенности?
— У меня есть одна забавная игрушка, с которой никому не справиться. — Он кивнул на окно. — Приоткрой его, и я проскочу сквозь щели между армированными пластинами. Если только здесь нет стальной решетки.
Мэнни трехэтажно выругался, потянувшись к нужной кнопке и открывая Рейджу лазейку примерно в два дюйма.
— Дави на газ, как только я исчезну, — приказал Рейдж. — Ты должен следовать за Трэзом. Без шуток.
Закрывая глаза, он сконцентрировался и…
… дематериализовался из салона, появляясь за фургоном, а потом постучал по двери. Стрелявшие пробежали мимо них, преследую свою жертву, что обеспечило ему идеальное положение. Когда взревел двигатель за металлической пластиной, и небольшая портативная клиника Мэнни отъехала, он побежал. Запахи в воздухе подсказали ему, что он прав, это действительно была пара убийц с весьма дорогими игрушками… сколько они не видели ничего подобного?
С тех самых пор как Старшим лессером был Лэш, тот ублюдок.
Ноги несли его, оружие было наготове, и он сокращал дистанцию, когда позади раздались сирены. Внезапно сзади на него направили свет… в плохом смысле. С двумя пистолетами в руках, они могли решить, что он был источником проблем, вместо того, чтобы попытаться догнать его врага.
И да, мужской голос донесся из рупора:
— Полиция! Стоять! Стоять или мы будем стрелять!
Черт бы их побрал.
Людишки. Возмездие за хорошо проведенное время.
Глава 36
В это время в дворцовой темнице, айЭм был очень занят, вытаптывая тропинку на полированном мраморном полу между своей новой койкой и книжной полкой.
Чем дольше он оставался в одиночестве, тем сильнее убеждался, что майкен предложила провести его к текстам целителей только от переизбытка бессильного сострадания. Но, черт, если она говорила серьезно и вернется сюда с каким-нибудь планом, он откажется от ее помощи. В этом дерьме уже столько людей замешано, и айЭм сомневался, что женщина понимала, на что подписывалась: он был пленником палача, это значило, что его могли навестить многие, но только у одного сукина сына были ключи к его свободе.
Не у этой женщины из низкого сословия.
Но если она проведет его? Даже не к парадным дверям, но в библиотеку? Системы слежения сразу доложат о них… и тогда мгновенная смерть — лучшее, на что она может надеяться.
Скорее всего, ее ждут долгие пытки, во время которых она будет молить о…
Когда панель открылась снова, айЭм проверил, что член прикрыт, и повернулся.
Это была служанка, и в руках она держала стопку одежды. Когда дверь снова закрылась, она подоткнула что-то, мешая панели затвориться целиком, и подбежала к нему.
— Надень это. У нас нет времени…
— Стой, что…
— Надевай! Караул меняет смену, и они обязаны помолиться в горе и в память младенца. Нам сейчас же нужно провести тебя по коридору…
— Я не могу позволить тебе …
— Ты же хотел помощи, так? Ради любимой брата, ведь так?