Прекрасно! Сотрясение мозга, ушибы. Чуть меньше трети суток почтенному Настасу придется приходить в себя. А до тех пор он устроит в службе безопасности небольшие перетасовки.
Любопытно, действительно ли Настас поверил ему? И сколько понадобится времени, чтобы он начал подозревать, что его обвели вокруг пальца.
Ладно. Палата госпиталя надежно охраняется ребятами из службы безопасности, которым он доверяет, и храмовниками. В палате установили камеру наблюдения, на телефон Настаса поставили следящее и прослушивающее устройство. Что за сообщение ему так срочно понадобилось передать в офис и кому – тоже выяснят.
Гляди-ка, аж глаза открыл от волнения – хоть ему явно было тяжело. Свет резал, да и сил было маловато.
Надо предупредить ребят, чтобы помогли Настасу передать сообщения всем, с кем он захочет связаться. А потом – проследить за всеми получателями.
*** ***
- Я? – человек смешно захлопал глазами.
Охитека задумчиво глядел на него. Сумрачный нелюдимый парень. До сих пор был рядовым охранником.
Не ошибся ли он с выбором? Да, именно тот, кто обнаружил тогда следящие устройства в вентиляции. И сообщил об этом во всеуслышание. Иными словами, сомнений в его верности у нэси не было. Но не маловато ли этого, чтобы ставить его во главе службы безопасности?
Да, помимо верности, у этого кандидата имелись и другие достоинства. Аккуратность, дотошность, профессионализм.
Вот только эта растерянная физиономия… хорошо, что его сейчас не видят будущие подчиненные!
- На посту исполняющего обязанности мне нужен такой человек, как вы, - хмуро сообщил он. – Собранный, хладнокровный. Сколько вы у меня работаете – лет пять-семь?
- Около восьми лет, - подтвердил тот.
Взгляд сделался сосредоточенным. Растерянная мина с лица сползла. Дошло, что работодатель не шутит. Неплохо. Охитка кивнул.
- Я видел вас в тире и на полигоне. Хорошая физическая подготовка, внимательны, расчетливы. Странно, что с вашим опытом – до сих пор на рядовых позициях.
- Ну, - тот замялся, явно не зная, что ответить.
Нет, понять-то его можно. Почти восемь лет проработать на рядовой позиции – и вдруг получить повышение на ровном месте!
Впрочем, у него имеются товарищи по несчастью. Парочку разинь, чей разговор подслушал, сидя в вентиляции, Охитека запомнил. Те еще растяпы, конечно. Но явно не из сообщников Настаса – и слишком уж откровенно опасались начальственного недовольства, и сам Настас не стал бы доверять таким.
Охитека усмехнулся сам себе. Настас доверять бы не стал – а вот он готов.
- Это временная мера, - сообщил он обескураженному охраннику. – Пока почтенный Настас не вернется к своим обязанностям. Вы сами знаете – он недавно занял свой пост, и заместители еще не назначены.
Лукавство, конечно. Единственной перестановкой до сих пор была замена прежнего начальника Настасом. Руководство осталось прежним. Но в качестве рабочей версии сойдет.
Тот кивнул. Растерянное выражение наконец-то окончательно исчезло с лица. Может, и выйдет толк? Нэси сдержал вздох. На какие меры приходится идти! Отец был бы в ужасе.
Отпустив получившего головокружительное повышение охранника, задумался. Не поторопился ли он? Хотя – время покажет.
А если ошибся – никогда не поздно переиграть.
Четырех минут не прошло – как секретарь сообщил о появлении посетителя. Кого еще принесло?! Нэси… не иначе – кто-то из сородичей решил воззвать к его разуму. Хотя Совет давно завершил собрание, и вот нынче должны были обнародовать итоги. Поздновато!
Что ж, сейчас он узнает, кто явился к нему и зачем.
*** ***
- Почтенная госпожа Кэтери? – изумился Охитека, увидев посетительницу.
- Я от почтенного господина Токэлы, - церемонно отозвалась Кэт, усаживаясь напротив него. – Не скажу, что я в восторге – мучаешь рабов вместо того, чтобы отправить бедолаг на заслуженный отдых!
Спящий. Он успел позабыть о проблеме кристаллической пыли! Столько всего навалилось.
- Потому я и удивился, - он вздохнул, припомнив оглушительную ссору, после которой они расстались. – Ты была бы первой, о ком я мог подумать – если бы не знал твоего отношения… к вопросу.
- Ты выучился выражаться обтекаемо, - она насмешливо фыркнула.
Повисло неловкое молчание. Кэтери прожигала его насмешливым взглядом по-птичьи желтоватых глаз. Однако за насмешкой ему виделась тщательно сдерживаемая ярость. От нее трудно было бы ожидать терпимости к его обращению с рабами.