- Раскол среди стражей мира?!
Охитека недоверчиво воззрился на друга. То, что он произнес, даже звучало дико. Раскол среди тех, кто должен охранять закон и порядок – это последняя стадия разложения общества. Та черта, после которой возврат к прежней жизни невозможен.
- Нет-нет, я не то сказал, - поспешно открестился Лэнса. – Разумеется, я не собирался доводить до такого.
- Уверен в этом?
- Ну, признаться, у меня мелькали такие мысли, когда я увидел результат голосования, - сознался тот. – Следует признать: я ощутимо просчитался в прогнозах! Не учел мелких дельцов, пролезших в Совет из последних сил. Мелюзга всегда скверно поддавалась прогнозированию, - посетовал он. – Об этом еще отец предупреждал. Но я лишь сейчас в полной мере понял, что это означает.
- А ведь это лишь начало, - Охитека кивнул на окно.
- Кое-кто из наших банкиров решил основать фонд помощи обывателям, не участвующим в протестах.
- Разумный ход! Я представляю, как сейчас трясется беднота по своим квартирам. Имею в виду тех, кому не упали эти демонстрации.
- Не вздумай присоединиться, - усмехнулся Лэнса.
- Объяснись!
- Не только твоему тестю протаскивать на центральные каналы сомнительные предположения. Я собираюсь выкатить гипотезу, что свертку картелей инициировали как раз те, кто проголосовал против. Тем более, что частично-то это правда, - он ехидно хмыкнул. – Что мелкую сошку в составе Совета подкупили… ну, мало ли, что им могли пообещать? А настоящие виновники творящегося бедлама теперь запоздалыми мерами пытаются загладить то, что натворили.
- Хорошая жвачка для обывателей, - вздохнул Охитека.
- Отличная! И заглотят ее – только в путь.
- Снова – через подставных лиц?
- Угум. Через тех же самых, которые помогли почтенному Ширики протащить на канал его версию происходящего.
- Если эти махинации отследил ты – их отследит и еще кто-нибудь.
- Еще кто угодно, ты хотел сказать? – Лэнса нахмурился.
- Именно это я и хотел сказать! Лично я запасаюсь наливкой из погребов общины Великого столпа и наблюдаю за новостными выпусками. Буду угадывать – кому какая кляуза принадлежит. Уверен, это будет увлекательная игра!
Лэнса открыл было рот, чтобы ответить резкостью – и захлопнул его. Помолчал несколько мгновений и рассмеялся, качая головой.
- Понимаю. Смешно, - пробормотал Охитека.
И что его так развеселило, хотелось бы знать? В первый миг услышанное Лэнсу разозлило, и не на шутку. Он даже не счел нужным это скрывать. И собирался уже высказать все, что думает. Но внезапно передумал.
- Поделишься запасами наливки?
- Да запросто! – фыркнул Охитека. – Заезжай в офис, вместе будем смотреть новостные выпуски.
Лэнса фыркнул. Видимо, представил картину – втроем с Охитекой и его тестем пить наливку под очередное сообщение от аналитиков.
Н-да. Ловелла точно будет в восторге.
- Значит, ждем, когда ситуация накалится, - он решил вернуться в русло серьезного обсуждения. – А что после – поставишь вопрос о смене председателя Совета? Хотя о чем я – ты-то точно так топорно не сработаешь! Снова – через подставных лиц, или рассчитываешь, что все произойдет самотеком?
- До смены председателя еще пройдет несколько этапов. Сначала возьмутся за народных наблюдателей. Это ведь они прохлопали такую инициативу у них под носом!
- Почему они промолчали? В нынешнем сезоне они вообще не воспользовались правом вето!
- А им скинули инсайдерскую инфу, что напоследок мы собираемся протащить закон о свертке социальной поддержки наших ближайших родственников – генетических инвалидов, - Лэнса ощерился.
- Атавинантов? – не поверил Охитека. – И кто-то счел, что такой вопрос мог прозвучать?
- Ну, покусились ведь мы на святое – картели? Почему бы олигархам не оборзеть в край и не покуситься еще и на права самых бесправных и обездоленных граждан?
Н-да. В сравнении с таким даже сверка картелей представала детской забавой.
Расу нэси роднила с атавинантами общая генетическая модификация, полученная их далекими общими предками три сотни лет назад.
И те, и другие получили в геном птичьи гены. Вот только предки нэси использовали полученную компенсацию на то, чтобы вывести ген, частично блокирующий проявления птичьей наследственности. В итоге во внешности нэси она проявлялась слабо: перьевой покров вдоль кромки волос, на лбу и ушах, тонкие перышки там, где у обычных людей находился волосяной покров.
Блокирующий ген прижился у всех, кто подвергся эксперименту по добавлению птичьих генов. Беда в том, что он был рецессивным. То есть работал лишь, если был получен младенцем-нэси от обоих родителей.