Зато Охитека, изучив биографию парня, решил с ним связаться.
Идея внести новизну в производство магических кристаллов показалась ему любопытной. А то, что предприятие разорилось, еще ни о чем не говорило: возможно, учредителям не хватило ресурсов, а возможно – упорства и организаторских способностей. Нэси решил повторить их попытку, внеся на основе их опыта коррективы.
И его начинание принесло успех!
Во всяком случае, обещало принести. Когда экспериментальная установка превратится в массовое производство.
*** ***
Магические кристаллы представляли собой некое подобие природных микрочипов, которые собирали и структурировали магическую энергию.
Напрямую работать с магическими потоками могли только прирожденные маги. Простым людям и техническим приборам эти силы не поддавались: их невозможно было увидеть, отследить и подчинить немагическими средствами. А учитывая, что маги на трех континентах в последние три-четыре столетия стали рождаться заметно реже, чем в былые времена, магические кристаллы становились едва ли не единственным доступным средством для того, чтобы заставить магические силы служить людям.
А от этих сил зависело многое: с тех пор, как магию подчинили и поставили на службу, к ней успели привыкнуть.
Без тех же флайеров никто уже не представлял себе вида городских улиц. А что такое – флайер, по сути? Летающее над мостовой авто. Без крыльев и реактивной тяги – как у самолетов, без винтов – как у вертолетов и дронов. И без недостатков, свойственных самолетам или винтовым машинам.
Да, они поднимались немногим выше крыш небоскребов – и это был потолок их возможностей. Но большего от них и не требовалось.
Задача флайера – та же, что и у наземного авто. Только благодаря способности оторваться от поверхности дороги они перемещались по городу куда быстрее.
Без магических кристаллов флайеры попросту не смогли бы существовать.
Именно магический кристалл давал возможность машине оторваться от поверхности земли. Все, что для этого требовалось – несколько дополнительных аккумуляторов, которые запитывали электричеством контур, создаваемый кристаллом. По сути, так называемые двигатели высоты флайера представляли собой турбины аккумуляторов, питание от которых подводилось к магическому контуру.
А ведь флайеры не единственные имели техномагическую природу!
Чем более сложным был кристалл, чем больше потоков энергии он соединял в себе, и чем более сложную структуру эти потоки образовывали, тем шире и мощнее оказывался контур, который кристалл создавал.
Как правило, искусственные образцы объединяли три-четыре, много – пять-шесть потоков, собранных в примитивную линейную структуру.
Для натуральных считался обыкновенным минимум – два-три десятка потоков. А чаще всего встречались кристаллы, в которых соединялось от сотни до полутора-двух сотен энергетических потоков. Они извивались, соединялись и закольцовывались, создавая неповторимые рисунки.
Незадачливый изобретатель разработал технологию, которая позволяла приблизить искусственный кристалл по свойствам к натуральному.
А главное – индивидуальный рисунок кристалла при этом получался не случайным, как в природных образцах. Его можно было задать заранее.
Единственный недостаток изобретения – незавершенность. Для создания одного лишь кристалла требовалась работа нескольких человек и не меньше полусуток времени. По сути, это была ручная работа, сложная и филигранная. На разработку и создание полностью автоматизированного реактора требовались средства, которые могли находиться в распоряжении крупной корпорации.
У Охитеки имелись такие средства.
Незадачливый изобретатель не поверил глазам, увидев на пороге своей квартирки в неблагополучном районе аристократа расы нэси.
Охитека опасался отказа, потому не стал вызывать парня в штаб-квартиру. Он приехал лично.
Переговоры длились едва не половину сонного оборота. Сначала незадачливый изобретатель не мог поверить, что его разработка кого-то заинтересовала после провала, и пытался отыскать в предложении Охитеки подвох. А потом, наконец-то поверив, принялся выторговывать себе условия.
Нэси послушал, как тот торгуется за оплату, условия работы и использование патента, постепенно поднимая ставки. И грохнул разом: должность директора лаборатории, научная степень и посуточная зарплата, превышавшая размер стартового капитала обанкротившейся конторы. Переплатить не опасался – если разработка окажется прибыльной, ему придется приложить все усилия, чтобы удержать сотрудника на ключевом посту.