Она кивнула и сделала первый шаг в магический круг. В этот момент энергия Башни словно обняла её, свет переплелся с силой её крови, вызывая лёгкую дрожь по всему телу. Саймон осторожно провёл её через первые упражнения: контролируемые вспышки света, защита от воображаемых атак, ощущение силы, которая подчиняется воле.
— Отлично, — сказал он после нескольких минут. — Теперь ты готова к настоящему.
В этот момент раздался звон снаружи — металлический, резкий. Рафаэль, молодой вампир с алыми глазами, вбежал в зал:
— Саймон! Кланы нашли нас. Они идут!
Эвелин почувствовала, как кровь внутри неё закипает, а свет вырывается наружу, отблескивая на стенах и старинных гобеленах. Саймон мгновенно схватил её за руку:
— Дыши. Ты готова использовать свет в бою?
— Да, — ответила она, ощущая, как сила внутри неё уже не пугает, а вдохновляет.
Двери зала разлетелись, и внутрь ворвались охотники клана, быстрые и смертоносные. Эвелин впервые в реальном бою использовала свет: серебристые вспышки отражались от стен, отбрасывали противников к мраморным колоннам, ломали оружие. Саймон двигался рядом, каждый его жест был грациозным и точным, отражая удары и направляя её движения.
Рафаэль появился с фланга, ловко отбрасывая врагов, но внимание Эвелин было сосредоточено на Саймоне. Их движения переплетались: шаг, взмах руки, оборот — словно танец, где каждый удар и каждый световой всплеск были частью единого ритма.
Внезапно один из охотников прорвался к ней. Сердце Эвелин замерло. Она ощутила поток энергии, подняла руки и направила свет в противника — вспышка ослепила его, и он рухнул на пол, дрожа и застыв.
Саймон подошёл, взял её за лицо, их глаза встретились: в них — страх, тревога, но и растущее притяжение.
— Ты сильнее, чем думаешь, — сказал он почти шепотом.
И снова их губы встретились. Поцелуй был долгим, глубоким, наполненным страстью, опасностью и магией. Эвелин ощутила, как свет её крови переплетается с силой Саймона, а сердца бьются в унисон.
После боя они присели на край каменного подиума у Башни. Зал дрожал от ушедшей магии, но внутри было тихо, почти безопасно.
— Мы должны быть готовы к следующему, — сказал Рафаэль, указывая на туман за окнами. — Совет не остановится, пока не добьётся того, что хочет.
Саймон взял Эвелин за руку, их пальцы сплелись.
— Война только начинается, — сказал он. — Но пока мы вместе, мы сможем справиться с любой угрозой.
Эвелин прижалась к нему, чувствуя его тепло, а свет её крови окутывал их обоих, создавая защитный купол. В этот момент свет Башни вновь вспыхнул, показывая новые сцены: мать Эвелин, сражения кланов, будущие испытания.
Снаружи, за стенами особняка, раздался новый шум — темные силуэты, шаги, шёпоты. На другой стороне реки появился загадочный силуэт, скрытый туманом, откуда исходила угроза и тайна будущих сражений.
Эвелин вздохнула и посмотрела на Саймона:
— Мы справимся.
— Да, — ответил он, наклонившись и коснувшись её виска. — Вместе.
В этот момент они поняли, что связь между ними — не просто союз в бою. Это клятва, обещание, судьба, сплетённая из света, крови и страсти. И впереди их ждала война, которой ещё не было конца.
Глава 9. Битва на рассвете
Серое утро опустилось на Лондон, но туманы над рекой казались плотнее обычного, словно сам воздух сгущался под тяжестью ожидания. Эвелин стояла у окна укрытого особняка, следя за слабым движением силуетов на другом берегу. Дрожь в теле не от холода — это была смесь предчувствия и возбуждения. Сердце колотилось в унисон с дыханием Саймона, стоящего за её спиной.
— Они наступают, — произнёс он низким, уверенным голосом. — И на этот раз они не оставят ни одного шанса на ошибку.
Эвелин кивнула, ощущая, как энергия её крови переплетается с магией Башни. С каждым днём её сила росла, но и ответственность за её применение тоже.
Карета с оружием, магическими артефактами и союзниками была готова, но Саймон и Рафаэль решили, что первая волна кланов встретит их прямо у ворот особняка, чтобы испытать Эвелин в бою.
— Ты готова? — спросил Саймон, внимательно глядя в её глаза.
— Да, — ответила она, и в этот момент свет её крови вспыхнул серебристым сиянием.
Двери особняка дрожали от ударов. Первые воины клана прорвались в ворота, их движения были быстры, но слаженные, как отточенные часы. Эвелин встала рядом с Саймоном: вместе они ощущали себя единым целым.