— Зачем это Вам, илбан? — вырвалось у Алека.
Но терпение хозяина подошло к концу.
— Довольно, Алек. Это уже не твоего ума дело.
Алек вернулся к себе совершенно потрясенный всем происшедшим, и во рту его все ещё не растаял вкус тех печений. Для того, чтобы рекаро, что бы оно из себя ни представляло, могло жить, нужен был Алек. А это в свою очередь, сильно ограничивало его собственные перспективы, если только он не сможет найти какой-то выход.
А если мне удастся сбежать, оно погибнет с голоду. Он и сам поразился, что его это так волнует. Кроме того, его беспокоила пропажа. Может ли быть, что их все-таки забрал не Кенир, а кто-то другой? Но тогда кто же и зачем?
Глава 28. Серегил следует собственным советам
ИЛАР КАЖЕТСЯ, БЫЛ ГОТОВ воспользоваться словом, данным Серегилом.
Избиения прекратились, и в течение нескольких дней Серегил был предоставлен сам себе, если не считать кратких визитов Зориель, ухаживавшей за ним. Ему теперь даже выдали несколько книг, и большую часть дня он проводил возле окна, читая и следя, не появится ли Алек. Но сад оставался пустым, и лишь изредка прибегали ребятишки, чтобы покормить рыб.
Когда ему уже начало казаться, что ещё немного, и он сойдет с ума, наконец, появился Илар. Был вечер. Илар был одет наряднее, чем обычно и принес с собой кувшин вина и кубок.
— Итак, ты готов сдержать данное слово, хаба? — спросил он, усаживаясь на стул возле окна: — Давай-ка попробуем проверить это: представим, что ты моя наложница, которую я решил навестить, и тебе следует поднести мне вина.
— Как пожелаете, илбан, — сказал Серегил, опускаясь возле кровати на колени и очень стараясь говорить как можно покорнее. Наложница, как же! Смелое заявление для того, у кого не хватает кое-чего между ног.
Дверь оставалась приоткрытой, и было видно, что несколько охранников находятся там, в пределах слышимости, чтобы Серегилу вдруг не пришли в голову никакие глупости. Будь он один, вряд ли это остановило бы его от того, чтобы без всякого промедления рвануть на свободу. Но он был должен думать об Алеке, а потому, призвав на помощь всё свое самообладание, он заставил себя изящным жестом взять кубок, налить вина и поднести Илару, несмотря на то, что всё его существо жаждало крови. Но он играл свою роль, и играл безупречно.
Илар выпил, затем протянул руку и погладил по щеке Серегила, опустившегося на колени возле его ног.
— Хмм, и в самом деле очаровательно. Что ж, неплохо. Давай посмотрим, насколько тебя хватит изображать послушного мальчика.
Серегил заставил себя улыбнуться:
— Ещё немного вина, илбан?
К счастью, и в течение последующих вечеров Илар не требовал от него ничего большего. Уорвка Серегила, похоже, начала приносить свои плоды. Илар, конечно, не доверял ему, и вероятно это изменить было уже невозможно. Но Серегил мог быть очень очарователен, когда ему это было нужно, и особенно с тем, кого так легко было прельстить. Постепенно Илар ослабил бдительность. Теперь он разговаривал более свободно, рассказывая чуть больше и об Алеке, и обо всём, что происходило с ним. Похоже, что создали нового рекаро, но Илар казался странно обеспокоенным чем-то. Как бы ни было, дверь оставалась открытой, и охранники всегда были в поле их зрения, а Серегил был вынужден изображать раба, отбывающего наказание, и безропотно выполнять всё, что от него требовалось, не переставая, однако, за всем внимательно наблюдать и слушать, дожидаясь нужного часа.
Однажды вечером, через неделю или около того после их перемирия, Илар вошел, двигаясь слегка неуклюже, и как-то слишком осторожно опустился на стул.
— Вы не ранены, господин? — спросил Серегил, стараясь не выдать голосом своей радости. Илар нахмурился и покачал головой:
— Ерунда.
— Кажется, у Вас что-то болит. Что случилось?
Илар осторожно поднял край одежды, и сердито показал Серегилу с десяток красных полосок на своих бедрах. Серегил подавил усмешку: то были явно следы кнута. Надевая на себя личину беспокойства, он коснулся пальцем одной из ран, отчего Илар зашипел и подпрыгнул.
— Это господин Ихакобин сотворил такое с Вами?
— Это по милости твоей шлюхи! — прорычал тот, оттолкнув от себя Серегила:- Его кровь настолько испоганена тирфейской грязью, что с рекаро снова что-то не так. Первый был бесполезен, а второй… непонятно вообще что такое.
— Возможно Ваш хозяин что-то не совсем правильно сделал? — вырвалось у Серегила.
Илар тут же отвесил ему звонкую оплеуху.
— Ты забываешься, хаба. У меня скверное настроение. Видишь это? — Он протянул руку с рабским клеймом: — Это клеймо уже должно было исчезнуть. Мне должны были дать статус вольноотпущенника сразу же, в тот же день, как здесь появился мальчишка. Не я виноват, что он полукровка! Илбан знал это, когда давал мне свое обещание. И тем не менее, я всё ещё жду, и именно на меня сыплются все шишки, когда он чем-то расстроен. Сколько ещё потребуется сделать несчастных тварей, пока он удосужится сдержать слово, а?