По дороге Како пыталась разговориться с доктором, надеясь на понимание и помощь. Она рассказала, что санитарка плюнула ей в тарелку, и умоляла врача поверить ей. Доктор, однако, был непреклонен, его лицо оставалось безразличным, а глаза холодными.
— Доктор, прошу вас, поверьте мне! — воскликнула Како, её голос дрожал от отчаяния. — Санитарка плюнула мне в еду, это правда!
Врач лишь молча кивнул мед братьям, и они завели женщину в палату. Он внимательно смотрел на неё, его взгляд был пронизывающим, словно он пытался разглядеть что-то скрытое внутри её сознания.
— Что ж, — задумчиво сказал доктор, остановившись у её кровати, — похоже, на тебя не действуют ни ремни, ни смирительные рубашки, ни успокоительное. Значит, нужно что-то сильнее.
Сердце Како сжалось от страха. Она наблюдала, как врач вытащил из своей медицинской сумки шприц. В его глазах был какой-то странный, зловещий блеск.
— Пожалуйста, не надо, — прошептала она, чувствуя, как ужас охватывает всё её существо. — Что вы собираетесь со мной сделать?
— Успокойся, Како, — усмехнулся врач, не обращая внимания на её мольбы. — Это всего лишь эксперимент.
С этими словами он ловко ввел иглу шприца в её вену и нажал на поршень. Женщина едва успела вскрикнуть, как её тело стало мягким и послушным, будто она потеряла контроль над своими мышцами.
Комната вокруг неё начала плыть, и всё заиграло яркими, неестественными красками. Медбратья и врачи начали преображаться в странные, вытянутые существа с искаженными чертами лиц. Како почувствовала, что вот-вот потеряет сознание, но её ум оставался ясным, лишь глаза играли с ней жестокую шутку.
— Что... вы мне... вкололи? — еле выдавила она, каждое слово давалось ей с трудом, словно рот был наполнен свинцом.
Врач и мед братья рассмеялись, их смех эхом разнесся по комнате, ещё больше усиливая её страх. Они снова взяли её под руки и повели куда-то, на этот раз быстрее. Како не успевала за ними, её ноги не слушались, и они просто волокли её по коридору, холодный пол бил её босые ноги.
— Куда... вы... меня... ведёте? — попыталась она спросить, но её голос был слабым и еле слышным.
Врач обернулся и, улыбаясь, ответил:
— Туда, где ты наконец-то найдешь покой, Како. Мы просто хотим помочь тебе.
Её сердце билось как сумасшедшее, она чувствовала, что что-то ужасное вот-вот произойдёт. Её мысли были спутанными, но одно было ясно — ей нужно было вырваться отсюда, пока не стало слишком поздно.
Врач и мед братья заволокли женщину в душевую, их сильные руки не давали ей ни малейшего шанса на сопротивление. Ее тело было слабым, а разум затуманен от введенного препарата. Они начали развязывать смирительную рубашку, и ощущение облегчения, которое испытала Како, когда затекшие руки, наконец, освободились, быстро сменилось невыносимым стыдом — она оказалась полностью голой перед тремя мужчинами.
Она попыталась прикрыться руками, но её движения были медленными и неуклюжими. Руки словно не принадлежали ей, они не слушались, как будто были наполнены свинцом. Это вызвало громкий смех у мужчин, стоявших перед ней.
— Кажется, тебе нужно охладить свой пыл и характер, — сказал психиатр, его голос был холодным и лишенным всякого сочувствия.
Один из мед братьев нагнулся и поднял шланг, который лежал на полу. Включив воду, он направил сильный поток на Како. Вода была ледяная, холодные капли били по коже, вызывая острые, пронизывающие ощущения.
Како вскрикнула от боли, её тело содрогалось в конвульсиях, каждое прикосновение воды было подобно уколу тысячи игл, словно ей на кожу сыпали битое стекло. Она кричала, плакала и умоляла их прекратить:
— Пожалуйста, остановитесь! — её голос был едва слышен среди шума воды и смеха мужчин. — Это больно, прошу вас, прекратите!
Но её слова и действия были настолько замедлены из-за введённого лекарства, что только усиливали веселье санитаров и врача. Они смеялись, наблюдая за её мучениями, их лица искажались в злорадных улыбках.
— Видишь, Како, — сказал врач, подойдя ближе и заглянув ей прямо в глаза. — Это то, что происходит, когда ты не подчиняешься. Нам не нравятся непокорные пациенты.
Женщина пыталась двинуться, её тело дрожало, зубы стучали от холода. Она чувствовала себя униженной и беспомощной, её крики и мольбы тонули в ледяном потоке воды. Она упала на колени, больше не в силах стоять, и сжалась в комок, стараясь хоть как-то уменьшить боль и стыд.