— Ха! Меня приставили к повышению.
— А то ты недостаточно высока для гномьего департамента, — я хихикнула.
Кадия снисходительно посмотрела на меня сверху вниз:
— И на кого ты потратила удачные каламбуры, раз мне достался этот шлак?
— На себя. Утешалась юмором, увидев новый кабинет. Ты ведь понимаешь, что обтягивающее платье вкупе с тонной печенья — это взаимоисключающие подарки? Ты палач в душе, Кадия из Дома Мчащихся, я всегда это знала. Но чем же я тебя обидела, мстительная моя?
— Тем, что слова не даёшь мне вставить про повышение. Я возвращаюсь в стражу. Но уже на позицию заместителя главы департамента.
— Да ладно?!
Кадия со значением покивала.
Я нахмурилась:
— А как же гномы-чрезвычайники? Командор Груби Даби и компания не расстроятся, что их ты покидаешь?
Подруга неожиданно замялась и отвела взгляд. Но после секундного колебания она мотнула головой:
— Какие могут быть сантименты, когда речь идёт о мечте?! Это назначение — прямой путь к великому политическому будущему, которое я запланировала еще в детстве. Уж я своего не упущу!
— И когда у тебя первый день на новой должности?
— Пока не знаю. Надо пройти ряд собеседований. Сейчас это так… Устная договоренность. Но достаточно прочная для того, чтобы я рассказала о ней тебе. И, как бы, ждала поздравлений. И всё еще жду, — подружка нарочито подняла светло-пшеничные бровки.
Я рассмеялась и крепко обняла её:
— Поздравляю! Просто ты такая крутая по жизни, что твоим достижениям уже не удивляешься.
Мы вышли к блестящим ступеням Дворца. Кадия оценила толпу у входа и со вздохом сожаления прицепила шлейф платья на мизинец.
— Не могу же я тут сеять инфаркты и хаос… — посетовала подруга. А потом, взбодрившись, снова затрещала:
— Короче! Лично меня на балу ждёт настоящий квест. Надо найти шишек из департамента и охмурить их. Чтобы, когда придёт время ставить подпись под моим назначением, они не сомневались: я — то, что надо.
— То есть у нас снова бал и ты снова бросаешь меня одну?
— А что, Полынь не пришел?
— Издеваешься? А то ему в обычные дни дворца мало, — я понизила голос.
— Ну мы же не знаем, насколько энергично Ее Величество топала ножкой на сей раз… — еще тише сказала Кадия. Ругать Ищущих во дворце Ищущих — не только низковато, но и опасно.
Потом подруга пожала плечами под белоснежной меховой накидкой:
— Тогда и я бы на твоем месте не приходила. Соваться в этот гадюшник в одиночку, чисто чтобы соблюсти приличия — себе дороже!
— Но я хочу лично поздравить Лиссая в его день.
— Тогда поздравь — и беги. Местный воздух тебе не подходит. К такому яду надо с детства привыкать, — Кадия тяжко вздохнула, а затем, спохватившись, разулыбалась широко-широко, как оперная звезда.
Ясное дело: она сама не в восторге от бала и предстоящих "смотрин" у начальства. Но, как всегда, бодрится и всё скрывает. Хорошая мина в круглосуточном режиме — главное оружие Кад.
Раскланиваясь направо и налево, мы поднялись во Дворец.
Анфиладу залов заливал мерцающий свет тысяч аквариумов с травой осомой. Стеклянные шары были вразнобой подвешены на тонкие лески под уходящими ввысь сводами дворца. Казалось, мириады переливающихся зеленых планет слетелись на праздник. В этом изумрудном свете гости выглядели таинственно и чуждо.
Сильно пахло лилиями. Выращенные в оранжереях Лесного ведомства, цветы шибали в нос ароматом далёкого лета. Сладкая иллюзия! Впрочем, уже минут через двадцать этот душно-сахарный запах стал утомлять… Слуги по требованию мастера Дайена специальными крючьями подцепили форточки высоких окон Зеркального зала.
Играла музыка. Звенели сплетни и бокалы. Разряженные тени дорогих гостей сбивались в шепчущие кучки, отражающиеся тут и там, множащие грани смыслов.
Вон Её Величество Аутурни благосклонно улыбается в окружении фрейлин и фаворитов — все, как один, темноволосы, темноглазы и бледны. Вон господа Советники — главы девяти Ведомств — снисходительными кивками отвечают на поползновения желающих подольститься. Вон сам лесной король, Сайнор, напряженно переговаривается с чужеземными послами.
Лиссая пока нет. Он всегда приходит впритык, уже за гранью этикета.
Меж тем, мастер Дайен из Дома Пляшущих вскарабкался на приступочку рядом с троном и настойчиво зазвенел в серебряный колокольчик.
— Ужин накрыт. Просим вас занять ваши места! — медоточиво пропел он, такой прилизанный и удушенный камзолом, что мне стало его жаль.
Гости послушно двинулись к столам, которые непрерывной лентой длились вдоль зеркальных стен. Усадить всех гостей за один стол-переросток — значит отдать дань некоей семейственности. Все-таки «домашний» праздник, для «своих»…