Резко войдя в меня, он прошипел:
- Почему ты такая сухая?! Я тебе настолько неприятен, Алиса?
- Будь проклят тот день, когда я спасла тебя, ублюдок.
Мне уже было не страшно. Я же не чувствовала боли.
Каждый его толчок сопровождался ударом скакалки.
Кажется от этого он становился только твёрже.
Больной придурок.
Не знаю сколько прошло времени. Рука распухла, а дышать по прежнему было больно.
Неужели вот так мне придется сдохнуть? Как грязной, использованной шлюхе?
Моя история зациклилась. Как же выбраться из этого ада? Сознание то приходило, то убегало от меня.
Он был на мне, рядом, с боку. Это все, что я успевала осознать, вновь погружаясь в пустоту.
Сколько раз он меня поимел? Наверное, около 4, по крайней мере, их я помню.
Дамир мстил мне за прошлое , и за настоящее, которое проходило без него. Он вымещал свою злость через удары и необузданную похоть.
Остался ли хоть сантиметр здорового тела?
Если сейчас он не остановится, то я вряд ли в следующий раз смогу открыть глаза.
Последний вздох и долгожданная темнота.
Сквозь пелену я слышу какие-то звуки. А потом мое тело несут куда-то.
Какой-то незнакомый парень.
Он мое спасение или очередная погибель?
26. Глава от Яна
-Мира, иди спаси свою подругу. Походу на нее напали туалетные монстры,- ржал Саня.
И сразу же получил кулаком в бок.
И как этот клоун смог стать моим другом?
- Я пойду проверю, вдруг что-то случилось, – обеспокоенно посмотрев на нас, быстро встала Мира.
- Да ладно вам, перестаньте так ее опекать. Она уже взрослая девочка,- вскинув руки, проговорил друг.
- Да, она блядь очень даже взрослая. Но пока этот мудила крутится рядом, ее нельзя остав…
Мира резко перебила меня.
- Ян, ее нигде нет! Я все проверила, как сквозь землю провалилась.
- Вещи ее где?
- У меня. И телефон и сумка. Она без телефона жить не может.
- Пошли по камерам проверим,– предложил друг.
К просмотру камер наблюдения нас не допустили, поэтому безрезультатно обыскав весь клуб, мы отправились ко мне.
Не хотят показывать, значит взломаем.
Было что-то странное в поведении работников клуба и нехорошая догадка так и крутилась в мозгу.
Неужели этот уебок добрался до нее?
Он же долбанный псих, и может сделать с ней все что угодно, сука.
- Твою мать, почти пол часа стёрты. Как раз, когда пропала Лис,- растерянно произнес Саня.
- Боже,- испуганно посмотрела на нас Милка,- а если он ее обидит? Или сделает больно?
- Значит ему придет конец,- мрачно заключив, я начал просматривать камеры в округе.
Где-то же должна быть зацепка. Но нам определенно не везло. Никаких следов.
Вывод был лишь один- этот придурок был серьезным противником.
В 4 часа утра мы всё ещё сидели, пытаясь найти хоть какую-то подсказку. Глаза слипались, а мозги уже плыли. Но мы упорно сражались за нее.
Внезапно, на номер Миры позвонили.
- Мира, просыпайся,- начал расталкивать ее Саша.
- Ты знаешь этот номер?
Внутри все взрывалось об беспокойства.
Сонно открыв глаза, она пробубнила:
- Нет. Сейчас узнаем, кто это.
Чем дольше она разговаривала, тем больше бледнела и дрожала. Похоже я синхронизировался с ней.
Хоть бы все обошлось. Я не хочу, чтобы та история повторилась и с ней. Только не Лиса. Кто угодно, но она не должна пострадать. Просто не имеет права, черт побери!
Закончив разговаривать, ее губы дрожали, а глаза расширились от страха.
- Она в больнице. В тяжёлом состоянии,- глядя в пустоту, тихо произнесла Милка, начиная оседать на пол и плакать.
Он подписал себе приговор, сукин сын.
Я уже не помнил, как начал вколачивать кулаки в стены. Похер на все, боль за нее глушит собственную.
- Так, успокоились все!- рявкнул друг.- Мира, хватит рыдать, Ян, прекрати себя калечить! Все уже произошло, завтра с утра поедем в больницу, а сейчас всем спать.
Он прав. Эмоции искажают действительность, топят любой анализ. Нужно сохранить хладнокровность, только так я смогу все принять.
Уже все случилось, произошло. Слишком поздно для нее.
Но сука, почему же так больно? Ведь не хотел после нее больше ни к кому привязываться, и вот опять.
Никто из нас той ночью так и не заснул.
- Кстати, а кто тебе звонил и откуда у него твой номер?- спросил Саня.
Действительно, из-за эмоций и усталости, голова совсем перестала соображать.