Глау согласно кивнул и сцепил руки. Длинные красивые пальцы скрючились в свете полной луны, и Рия отстранено подумала, что именно так выглядят руки ведьм. Разве что кожа не настолько гладкая и приятная на ощупь.
— Проблема в том, – продолжил парень, – что не все смогут это сделать. К тому же некоторые работают слишком далеко от места действия.
— Например, Рия, – словно невзначай заметил гном.
— Да.
Девушка только тяжело вздохнула.
— Я могу отпроситься к Ракель, – несмело предложила она, стараясь в полусумраке разглядеть выражение лица эльфа. Мерцали только его глаза, ярко-синие, как вечернее небо.
— И что? Она тебя запрет в пещере, а оттуда точно выхода нет, – возразил Глау. – Тебе придется до нас добраться…
— Я не знаю, где вы работаете, – тихо ответила Рия, покачав головой. – Я вообще ту часть дома не знаю.
— Доберись до дворика, – вдруг предложил Рюн. – Помнишь ведь?..
— Помню.
— Тайный ход, который нашел Раух, недалеко, – развил мысль гном и соскочил на пол, принявшись расхаживать между кроватей. – Глау, ты заберешь ее.
Судя по вздоху, эльфу не особо хотелось за ней идти, и Рия почему-то хихикнула, хотя на мгновение захлестнуло волной страха. А если ее бросят?
— Заберу, – раздался приглушенный голос парня, и она затолкала свой страх куда подальше. Нет уж, если хочет верить Рюну и Глау, то верить нужно до конца. Потому что все равно больше никого нет в этом мире, кому можно желать довериться.
— Прекрасно, – Рюн даже прихлопнул в ладоши. – В таком случае договаривайся завтра, когда начнем. Чтобы быть готовыми.
Глау кивнул. Совет был окончен, можно ложиться спать.
Утром как всегда солдаты развели их по комнатам. Рия даже обрадовалась, увидев новое помещение, и не смогла скрыть улыбку – достаточно близко к их спальне, бежать будет недалеко. Конечно, если она не успеет за сегодня все прибрать, но растянуть уборку всегда можно. Солдаты, заметив странную радость рабыни, оскалились и подтолкнули ее вперед, словно рабам запрещено было улыбаться, словно эта улыбка вызывала у них гнев.
Рия вскрикнула, не ожидая этого, подвернула ногу на лестнице и упала вниз, больно ударившись правым плечом о не застеленный дощатый пол. Тут же раздался смех солдат, и Рия сжала зубы, чтобы не заплакать от боли. Этим гусарам можно было все, ей – ничего, но недолго осталось до побега.
Вдоволь насмеявшись над неуклюжими попытками девушки сесть, охрана все-таки вышла за дверь. Странно, что сегодня не было Детре, но, возможно, он слишком занят? Рия судорожно вздохнула и потерла болевшее плечо. Ныла нога, снова левая, и ступать было больно. Девушка вцепилась в ближайшую полку и постаралась спокойно выдохнуть.
"Тише, – велела она самой себе, чувствуя, как поднимается паника, – успокойся".
В таком состоянии бежать будет сложно. Есть надежда, что за день нога перестанет ныть, да и ничего страшного не случилась. Ну подвернула, подумаешь. Всякое бывает. Не вывихнула же.
Она прикрыла глаза, сделала несколько спокойных вдохов-выдохов и, едва ли не на ощупь, глядя под ноги сквозь ресницы, похромала к тряпкам и ведру с водой. Все будет хорошо. Потому что Глау так сказал, и Рюн с ним согласен. А значит… Нет, она повторяется.
Рия еще раз медленно выдохнула и осмотрела фронт работ. С удивлением поняла, что здесь пусто, а в ведре нет воды. Что?.. Девушка потрясла головой и еще раз огляделась. Полукруглая комната, заставленная шкафами с пустыми полками. Вдоль стен везде одни только шкафы. Дощатый пол с необструганными досками, где легко можно получить занозу. Рия переступила с ноги на ногу.
И факелы. Ни в одной комнате, где они убирались, не было окон, освещали покои только фонари, высоко подвешенные на стенах и потолке. А здесь были факелы – обычные просмоленные палки, огонь потрескивал, пожирая дерево. Почему?
"Спокойно".
Девушка прикусила палец, чтобы не закричать. Она часто заморгала, заоглядывалась, ожидая, что сейчас кто-то выскочит из-за шкафов. Она надоела? Жаба пожелал ее уничтожить? Но тогда вряд ли бы стал запирать здесь. Скорее засунул бы в клетку до вечера или еще куда-нибудь, но не в почти же соседнюю с рабской спальней комнату! Или что? Рия до боли сжала кулак, впившись обгрызенными ногтями в ладонь.
Думать. Нужно спокойно подумать, и главное здесь слово "спокойно". Что-то затевается, что-то нехорошее, и это явно касается только ее. Жаба? Детре? Или кто-то подслушал их разговоры о побеге? Кто-то предал их? Что, если с Глау и Рюном сейчас расправляются? От мысли, что она останется одна, у Рии потемнело в глазу. Она словно ослепла окончательно на какие-то несколько жалких минут, пошатнулась и просто осела на пол, не в силах справиться с нахлынувшим страхом.