— Ты что-то скрываешь?
Вместо ответа он опять схватился за живот, басовито смеясь.
— Ну, Рюноульвюр, – Рия вцепилась в его плечо, – ну что ты знаешь о Глау?
Остальные гномы только непонимающе переглядывались.
— Нам уже тоже интересно, – сунулся поближе Эссюр. – Рассказывай, давай, что натворил этот молодой эльф.
Рюн только замотал головой и шумно выдохнул.
— Нет, – отказался он, продолжая улыбаться. – Если я прав, то эльф… то Рия с эльфом еще увидится.
— Почему? – изумилась девушка. – Да если я приближусь к их лесам, меня убьют. Быстро… или медленно, но убьют. Да и вроде как эльфы живут в другой стороне.
— В другой, – ухмыльнулся гном. – Но с молодыми эльфами всякое случается.
Больше от него ничего не удалось добиться. Наседали братья, наседал Эссюр и даже Йёрген с Ньердом, но Рюноульвюр молчал и все только ухмылялся,
— Вредный ты, – в итоге обиженно констатировала Рия и чуть ускорила шаг, почти поравнявшись с Греттиром. Ведущий только скосил глаза, но промолчал.
Лес продолжался. Он тянулся вглубь и вширь и почти не менялся. Все те треугольные листья, тонкие, как бумага, и такие же острые. Зато под ногами мягкая трава, и босиком идти было удобно, не боясь на что-то наколоться. Единственной проблемой стали корни, скрытые в траве, но Греттир, в первый раз запнувшись и упав, теперь тщательно выверял дорогу.
Они уходили на север. Где-то там жили тролли, но Рюн сказал, что гномы уйдут под землю раньше. Немного в сторону от северных гор – и просто куда ближе к человеческим поселениям – был один из входов под землю, о котором знали только гномы.
— Там, – указывал на восток Эссюр, тоже рассказывая, – человеческие города. На самом деле это просто чудо, что мы до сих пор не встречали охотников на рабов.
— Это вы не встречали, – ворчал Рюн и гладил себя по животу.
— Ты их ешь, что ли? – засмеялась как-то после такого жеста Рия, на что гном только хитро улыбнулся и снова похлопал живот.
— Ах да, – вспомнила тут же девушка, – гномы ведь самые великие гурманы в этом мире.
— И лучшие повара, – хмыкнул Йёрген. – Только людей мы не едим, не думай. Вы слишком костлявые.
Спустя две недели удача их ненадолго оставила, отлучившись по своим делам.
— Быстро, – шипел Греттир рассерженным ежом, – в траву!
Девушка послушно прижалась к земле, стараясь не обращать внимания на ноющий шрам. Гномом было легче, они просто меньше, но Рюн все равно казался выше из-за живота.
— Люди, – брезгливо процедил он, наблюдая вместе с девушкой, как беспечно по поляне проходят гусары, размахивая оружием. – Хуже Зверя.
Они пролежали так, почти не дыша, наверное, больше получаса. Рия бы при всем желании не сумела встать. Увидев знакомую форму, она снова испугалась, что окажется в плену. Сердце забилось птицей со сломанными крыльями, оно хотело на свободу и не могло взлететь.
Нет же, все в порядке.
Девушка прикрыла глаза, сжала зубы.
Все в порядке. Нужно успокоиться. Все хорошо. Она на свободе, и гномы рядом.
Нашарив руку Рюна, Рия сжала ее, стараясь почти не дышать. Гном промолчал, только в ответ тоже пожал ее пальцы, показывая, что боятся нечего.
— Нужно уходить вглубь, – заявил Греттир, когда они наконец выбрались из травы. – И чем дальше, тем лучше. Люди не должны сунуться за нами.
— Только вот там могут быть хищники, которых никакой каменный круг не остановит, – мрачно заметил Хадльтоур. – Как отбиваться будем?
Рия хотела сказать "огнем", но голос еще не слушался, а хрипеть не хотелось. Рюн стоял рядом и казался этакой скалой, чем-то незыблемым и вечным. Воплощение спокойствия и уверенности. Девушка вцепилась в его плечо, стараясь подавить страх. Она и правда на свободе, она не одна, гномы не бросили ее, беспомощную калеку.
Нет, даже не беспомощную. Ведь… ранила Детре. Смогла.
Мучительно хотелось увидеть Глау.
— Уходим, – решил наконец Греттир и хмуро взглянул на темнеющее небо. – Мы не можем остаться здесь, за этими охотниками пойдут другие.
— Или мы слишком приблизились к человеческим территориям, – бросил Фаннгейр. – Ладно, я согласен. Но быстрее, чтобы не в полной темноте собирать камни.
Гномы послушно кивнули и двинулись в путь, Рия поспешила за ними. Сумрак опускался быстро, вечер казался чем-то живым и словно преследовал беглецов. Естественно, вечер не отменить, но казалось, что, сколько бы они ни торопились, все равно почти не сдвинулись с места. И лишь когда Рия, в темноте наткнувшись на хвою, вскрикнула от неожиданности, Греттир скомандовал остановиться.
— Мертвый лес, – обеспокоенно проворчал он и отступил назад. – Малый круг, к деревьям не приближаться, не расходиться. Икать камни! Рия, сядь там, где стоишь.