Кровь. Повсюду. Ее так много, что я еле разбираю нарисованные символы на стенах. Я оборачиваюсь вокруг себя пытаясь найти хоть что-то, что поможет мне выйти из этого ужаса. Я хочу перестать смотреть, но меня будто заставляют это делать.
Вытянутое лицо с острыми скулами, впалые, круглые глаза без зрачков и зловеще возвышающиеся оленьи рога. Прямо перед глазами, которые невозможно закрыть.
Боль и ужас. Импульс взять что-то острое и покончить с этим, я готова убить себя прямо сейчас, потому что больше не в силах смотреть.
Тысячи пальцев, которые тянутся ко мне, пытаясь коснуться. Тело медленно сжигает острое ощущение страха.
- месть, месть, месть - сотни злобных, искореженных, рваных голосов.
Они твердят одно и тоже. Месть.
Как будто, я в центре огромного спектакля, где играю главную роль и ощущаю на себе тысячи взглядов. Они смотрят не моргая и не переводя свой мертвенный взгляд. Давит. Как-будто они выжигают каждую частицу моего тела адским огнем. Их все больше и больше.
Громче.
Их зов заполняет ушные перепонки, заползает внутрь, словно личинки тараканов, которые разрастаются внутри и проникают в каждую частицу сознания.
Убейте меня. Молю.
Хватит!
Месть. Месть. Месть. Месть. Месть. Месть.
Новая вспышка. Резкая оглушающая тишина громким звоном обрушилась, словно гром.
Я вижу его. Маленького мальчика.
Белая маечка, растрепанные, густые волосы и взгляд, в котором уничтожающая, острая и ностальгическая боль.
Я вглядываюсь в его глаза, которые захватили все мое внимание. Они все глубже и глубже уводят меня в лабиринт всепоглощающей боли.
Кроваво-красная, ноющая и бесперерывная боль. Все мое тело сжимается под натиском этих ощущений. Все пылает, но больно не только телу, как-будто весь мир приложил свою руку к причинению вреда этому мальчику.
Кто он? Как ему помочь? Прекратить эту боль?
Я готова отдать все на свете, лишь бы облегчить его боль. Никто не заслужил такого ужаса. Это самая ужасная пытка из всех, что я когда-либо слышала.
В этом мальчике нет никого, кроме боли. Никаких других чувств. Ни голода, ни желаний, ни тоски, предвкушения и уж точно радости. Как самый глубокий в мире колодец, до краев заполненный невыносимым ужасом.
Толчок. Еще один.
Меня тянет куда-то, тело непроизвольно плывет в сторону чего-то теплого и привычного. Уже давно отпустив контроль я просто отдаюсь этому потоку - передо мной все смешивается в один водоворот цветов, бликов и отголосков. Словно стремительная воронка, которая пропуская через себя избавляет от всего, что я ощутила.
Все немеет на фоне острого кошмара, который мне удалось познать - будто сняли удушающие, раскаленные, тяжелые оковы, сжимающее все тело.
Облегчение, которое делает всю мою жизнь абсолютно бессмысленной, даже не просто мою жизнь, а мироздание в целом. Зачем все это, если на свете существует такая боль? Если человечество может познать бездну оглушительных страданий, после которых, кажется, ничего нет?
Медленно подкравшиеся голоса где-то вдали кажутся сгустками чего-то привычного мне, родного. Я не могу разобрать, что они говорят, просто мягкий гул, в котором хочется понежиться.
Я так хочу остаться здесь, с ними. Я чувствую свет и так хочу быть его частью. Я пытаюсь держаться, всем существом прибиться к этому месту, не испариться в бескрайней тьме. Хватаюсь из последних сил, жадно и грубо. Держу сознание на услышанных голосах.
Это моя семья, я дома, я должна проснуться, должна! Открывай глаза! Я ощущаю себя в своем теле, я на грани вернуться в реальность, я чувствуют, что почти сделала это, почти проснулась.
Рок судьбы
Луна! Луна, ты в порядке?
Приятный, мужской голос. Но совсем не тот, который я хотела бы услышать.
Слезы стремительно наполняют мои глаза и катятся вниз, в каждой заложено столько разочарования, злости и отчаяния, что я готова кричать на человека, который их спровоцировал.
Меня выкидывает обратно. Беспристрастно и жестко, как будто я футбольный мяч в разгаре соревнований. Никто не думает о моих чувствах, я просто безвольная вещь, которую можно пинать, куда заблагорассудится.
Как бы я ни пыталась ухватиться за реальность, за голоса моих родных, я не могу. Ни малейшего шанса. Безвольная вещь.
Открываю глаза и ощущаю полное опустошение. Вижу, как он обеспокоено смотрит на меня, как нахмурены его тёмные брови и надуты губы.