Это был не сон! Теодор поднялся, доставая палочку. В небольшом отдалении кричали какие-то люди, кто-то с визгом бежал, спасаясь от неведомой напасти, а навстречу спешили мужчины с палочками в руках.
Выглянув из-за угла соседнего шатра, Тео ужаснулся увиденному. Кто-то поджёг шатры шотландских болельщиков и разбрасывался заклинаниями в воздух, где левитация магией удерживала несколько человеческих фигурок. Нетрезвое сознание тут же подсказало, что это могла бы быть Джинни, но он волей отринул такую мысль — его… его девушка? Была вместе с отцом и семью братьями, матерью, Поттером и Грейнджер, и ей точно не могла угрожать такая участь. И всё же злость ободрила Теодора. Он попытался сделать шаг, и чуть не упал, запнувшись о налакавшегося Дина.
— Томас! — рявкнул он. — Боевая тревога! Гэмп, сука, вставайте!
Перешагнув через зашевелившихся друзей, Тео, окончательно ощущая себя трезвым, пошёл вперёд, к огням, пропустив убегающую даму в ночнушке, уносившую на руках какую-то собачку с криками на ирландском.
— Авгури! — взмахнул Теодор палочкой, из которой тут же вырвался сноп красных искр. Удивительно, но никто до сих пор не сделал этого, хотя, очевидно, какой-то бой впереди завязался. — Экспекто Патронум! Тётушка, в лагере квиддичных болельщиков кто-то устроил беспорядки!
Филин, вызванный воспоминаниями о квиддичном матче в начале лета, упорхнул в небеса — и мгновением позже купол антиаппарационных чар, что сковывал небесную твердь, лопнул, в магическом взоре разлетевшись тысячью осколков, осевших на землю. Где-то вдалеке послышался хлопок — видимо, взорвался перегруженный артефакт, питавший эти чары.
Тут же рядом с Теодором с хлопком появилось несколько людей в красных мантиях с хмурыми лицами, ведомых темнокожим аврором. Мгновенно сориентировавшись, он начал отдавать приказы.
— Эдди, лови магглов! Гестия, на тебе поддержка по правому флангу! Диксон, организовать эвакуацию пьяных рыл!
Авроры ринулись вперёд, не считаясь с преградами, и мгновениями позже фигурки с неба уже летели вниз.
Где-то позади, в лесу, куда, к границам охраняемой зоны, бежали спасающиеся бегством, раздался ещё больший шум ужаса. Обернувшийся назад Теодор застыл, как вкопанный — над деревьями, сверкая ужасно-зелёным отблеском, зависла огромная, пугающая, фигура змеи — такая же, какая четырнадцать лет застывшим напоминанием о страшных временах чернела на руке отца.
Глава 40
— Фамилия, имя, возраст, — устало задала вопросы невыспавшаяся девушка в красном рабочем сюртуке, скроенном под женщину, но изначально задуманным как, очевидно, мужской предмет гардероба.
— Теодор Магнус Нотт, — не менее устало выдохнул Тео. — Четырнадцать полных лет.
— Палочка, — продолжила колдунья.
Теодор протянул свою дубовую палочку.
— Вам вменяется двукратное нарушение ограничения колдовства на каникулах, а также колдовство в зоне, определённой Постановлением Министра Магии номер девять-восемь-четыре-гамма-двенадцать-дробь-шестьдесят-три-цэ сегодня ночью, девятнадцатого августа одна тысяча девятьсот девяносто четвёртого года по европейскому летоисчислению. Вы признаёте вменяемые нарушения?
Теодор с удивлением отметил, что уши и нос девушки изменили форму и облик.
— Да, я действительно применил чары авгури для вызова стражей правопорядка и чары вызова защитника, чтобы передать своей тётушке, сотруднице Аврората Гестии Джонс о сложившейся ситуации.
— Отлично, — она вернула ему палочку. — Согласно Постановлению Министра Магии… эээ, без номера, вы подвергаетесь амнистии от любых нарушений, совершённых на территории зоны, определённой Постановлением… мне нужно его повторять?
— Благодарю, не нужно, — кивнул Теодор. — Я могу идти?
— Да. Следующего пригласите!
На улице было всё ещё темно. Предрассветные сумерки вот-вот должны были начаться, а министерские сотрудники безустанно трудились, чтобы скрыть следы ночных разрушений. Никто официальных комментариев не давал, а потому слухи ходили самые разные: кто-то говорил, что выпившие шотландцы решили припугнуть счастливых ирландцев террором Тёмного лорда, который особенно силён был именно в Белфасте и окрестностях, кто-то грешил на пьяные игры с огнём, кто-то — на возвращение Тёмного лорда.
Теодору было ясно только одно — если кто-то хотел нагнать ужаса и испортить впечатление от праздника, то он своих целей не добился: большая часть болельщиков так ничего и не поняла, а заклинаниями изменения погоды министерские маги разогнали чары Тёмной метки за считанные минуты после её появления.