Дин неожиданно встал на сторону Нотта, заявив, что настоящий праздник стоит устроить летом, когда день рождения наступит и у Артура. Симус хотел горячую вечеринку, а Невилл — мирное чаепитие. Бут, как и Забини, ничего от Теодора не требовали, но очень жалобно смотрели на него, когда говорили о празднике… Тео, однако, был непреклонен. Он запретил дарить себе подарки и оставил мысли о дне рождении на обочине сознания, так много было у него дел.
И тем не менее, в день его рождения ему пришло несколько десятков писем с поздравлениями, что жутко взбесило Панси Паркинсон, студенты младших курсов, к ещё большему раздражению сокурсников, подходили и поздравляли его (некоторые с небольшими сладкими подарками!), а в послеобеденное время ребята затащили его в пустующий класс, где они занимались с Люпином, и устроили чаепитие.
На следующей неделе, уже в первые дни мая, Теодор вспомнил о том, что у него уже был оплачен счёт на домовика, и дёрнул после занятий Терри Бута. В преддверии тёплой майской поры весна окончательно вступала в права в окрестностях замка. Всюду зеленела трава под ярким тёплым солнышком, весёлые ручейки вытекали из последних островков прошедшей необычайно снежной зимы, а пение птиц на опушке леса внушало умиротворение.
Теодор и Теренс выбрали путь вдоль опушек леса, чтобы вдоль берега озера вернуться к чернеющей громаде замка.
— Скажи, Терри, ты ведь можешь не только с другими волшебниками договор состряпать, да? — подошёл, после обсуждения погоды, новостей и оценок, к делу Нотт.
— Смотря что ты имеешь в виду, — задорно шагнул прямо в небольшую лужу Бут. Его ботинки были зачарованы на влагоотталкивание и согревание, но не предполагали, что он решит шагнуть прямо в толщу воды, а потому с ругательствами следующие несколько минут он вытряхивал из ботинка воду.
— Так вот, про договор… дело в том, что я хочу заключить магический контракт от лица своего рода с домовым эльфом.
— Домовым эльфом?! — вытаращился Бут. — Ты же чистокровный аристократ, Нотт! Это делается ритуалом привязки к роду, даже я знаю.
— Терри, если бы всё было так просто, я бы не обратился к тебе, — раздражённо ответил ему Нотт. — Это не обычный домовой эльф, но он, во-первых, обошёлся мне крайне дёшево по меркам эльфов, а, во-вторых, это существо кажется мне очень полезным для моих увлечений.
— Я никогда не слышал, чтобы с эльфами заключали контракт, — наконец, признался Бут. — Это же паразиты на службе волшебников. Они питаются нашей магией, и только подчинением и ритуалами мы заставляем их не просто питаться магией, но и выполнять наши приказы. Это только Грейнджер призывала перейти с эльфами на оплату и пятидневную рабочую неделю. Как у магглов.
— Не надо сравнивать меня с Грейнджер, — Теодор зло пнул шишку. — Это же не про оплату и неделю. Просто эльф попросил контракт, в котором будут прописаны гарантии с моей стороны, там, то, что род не пресечется, то, что я буду слушать его точку зрения, вот это вот. А он будет подчиняться. Согласись, мы неоднократно слышали про истории, когда к эльфам действительно как к вещам относились.
— Я читал статью Скитер против Крауча, как и ты, — фыркнул Бут. — Не знаю, что и думать. А этот эльф, с ним можно поговорить?
Настал черёд Теодора покраснеть.
— Я боюсь, его уже погрузили в стазис в Хогвартсе, потому что он изгнан из местной общины.
— Изгнан?! Тео, ты уж извини, но это явный показатель его неадекватности.
Теодор остановился и топнул ногой.
— Терри, если ты хочешь, чтобы я сделал тебя своим стряпчим, будь добр, не критикуй мои решения!
— А, то есть эльфу ты право слова хочешь гарантировать, а друга затыкаешь, да?! — воскликнул в ответ обиженный Бут. По глазам было видно, что его и правда задели слава Нотта.
— Прости, приятель, — спокойнее сказал слизеринец. — Я что-то… — он махнул рукой.
— Тео, я правда говорю тебе, что это плохая идея. Если эльфа выгнали из Хогвартса, то он не будет тебе хорошим слугой.
— Видишь, Бут, ты смотришь на это, как на привлечение слуги. А я смотрю на это, как на привлечение собеседника в сложных вопросах и слуги. У меня так заведено в семье, что… ну, мы не особо тесно говорим с отцом.
— Арчи говорил, что ты виделся с отцом в Хогсмиде недавно.
— Это исключение, а не правило. И вообще, он… тяжело болен, и наша встреча каждый раз неожиданна. Я сам себе взрослый, понимаешь? А этот эльф… его мысли слишком человечны, и потому ему нет места среди прислуги для юных волшебников, которая обитает в Хогвартсе. Мы с ним оба можем быть полезны друг другу.