Девушка всхлипывала всю дорогу что-то бессвязное, но молчала.
— Я выдала их… армию Дамблдора, я выдала их профессору… моя мать, она…
— Довольно. Это смелый поступок, — сказал он, не поворачиваясь к ней. — Профессор наверняка вознаградит тебя.
Едва сдав Эджкомб на руки причитающей мадам Помфри, он забился в какой-то чулан со швабрами, и наколдовал Патронуса.
— Джинни! Амбридж знает о вас. Не подставляйся, прошу! Филин, доставь это ей, когда она будет одна!
Выйдя из чулана, он едва не бегом бросился к кабинету Амбридж, чтобы успеть. Часы показывали без четверти пять пополудни, и лишь малая нужда заставила его свернуть в пустую уборную. Едва он подошёл к писсуару, из стены вынырнула прозрачная лошадь, напугавшая его чуть ли не до…
— Тео, что случилось? Откуда ты знаешь? Я должна предупредить ребят!
То, что Джинни овладела этими чарами, было удивительно; впрочем, он и сам уже мог на четвёртом курсе колдовать защитника. Неподходящие к ситуации мысли вывели его на воспоминание, что она пережила трагедию с отцом, но усилием воли он сосредоточился на насущной проблеме.
Разрываясь между долгом и сердцем, он наколдовал ещё одного Патронуса, чтобы объяснить хотя бы в двух словах свою мысль. Ответа не последовало, и вскоре он был у кабинета Долорес Амбридж, Генерального инспектора Хогвартса. Постучал и открыл дверь. Его глазам предстала разношёрстная команда из десяти чистокровных магов разных курсов, преимущественно слизеринцев, несколько райвенкловцев и один гриффиндорец, семикурсник Портчестер, флегматичный юноша, которого по слухам часто задирали Уизли.
— Наконец, все в сборе! — торжествующе воскликнула Амбридж. — Сегодня мы с вами восстановим дисциплину в Хогвартсе. Я пригласила наиболее благонадёжных из вас, чтобы вы помогли мне восстановить порядок…
Она рассказывала план по перекрытию выходов с этажа с гобеленом Варнавы Нотта, а Тео оглядел присутствующих. Паркинсон откровенно скучала, опираясь на мрачного Гойла, Крэбба и Малфоя нигде не было, а Пьюси снова ухмылялся своей нехорошей улыбочкой.
Тео лишь понадеялся, что Джинни не стала играть в героизм и подставлять Теодора — даже дурак бы догадался, в случае чего, что это он навострил студентов-нарушителей.
Наконец, они поднялись на этаж. Амбридж с важным видом стала ходить вдоль гобелена на глазах у Нотта, Пьюси, Паркинсон и присоединившегося к ним Филча, которые были признаны наиболее благонадёжными, бурча себе под нос что-то про Поттера. Наконец, появилась чёрная дверь, и все пятеро ринулись к ней.
Прежде, чем они успели её открыть, оттуда выбежали Фред и Джордж Уизли, тут же распылившие какой-то порошок, создавший мгновенно темноту.
— Ловите их! — заверещала Амбридж.
— Инкарцеро! — воскликнул Нотт, не сделав и попытки взмахнуть палочкой. — Петрификус Тоталус!
Темнота вокруг мерцала магией, но он абсолютно ничего не видел за этой завесой. Вокруг топтали ноги, кто-то налетел на него и упал, больно приложив его затылком.
— Ты куда лезешь, — шикнул он, пытаясь сбросить человека с себя. В ответ какой-то незнакомый девчачий голос упрекнул его в неуклюжести.
Наконец, действие порошка окончилось, и Теодор, уже поднявшийся, смог оглядеться, и даже ринуться вперёд, подавая руку Амбридж, которая была с ног до головы покрыта какой-то сажей. Сам Тео сажей покрыт не был, как и Паркинсон, хлопавшая глазами в поисках палочки.
Вслед за профессором он шагнул внутрь комнаты — но вместо ожидавшихся груд хлама он с удивлением увидел пустой зал с манекенами, где их встретили Фред и Джордж Уизли, Гермиона Грейнджер, которые втроём делали вид, что отрабатывают какие-то чары, и Поттер, с палочкой в руках их «координировавший».
— ЧТО ЗДЕСЬ ПРОИСХОДИТ?! — заверещала Амбридж. — С КАЖДОГО ПО СТО БАЛЛОВ!
— О, мадам жаба! — оскалился один из близнецов.
— И её гадюки! Развлекаться пришли?
— Уизли, вы говорите с профессором! — осёк он их. — Минус два балла с Гриффиндора.
— Профессор, мэм, — бесстрастно ответил за всех на её вопрос Поттер. — Здесь происходит занятие армии Фаджа.
— ЧТО?!
— Армии Фаджа. Защиты Министерства от посягательств Дамблдора.
— НЕМЕДЛЕННО! Прекратите этот фарс!
Амбридж готова была рвать и метать. Она потребовала у студентов сдать ей палочки, и все четверо проигнорировали её. Самым умным, к несчастью Теодора, оказался Пьюси.
— Акцио, документы армии! — продекламировал он, с ненавистью глядя на Уизли. Те отвечали ему не менее злыми взглядами. В руки к квиддичисту прилетели какие-то листки бумаги, и Грейнджер ахнула. — Врёте, префект Грейнджер! Здесь написано — армия Дамблдора!