— Ваш отец оставил вам прекрасное политическое наследие, благодаря которому вас возьмёт на заметку Скримджер и заставит пострадать, а те, кто примкнули к Вы-понимаете-чьим силам, будут уважать жертву.
— Наконец, если ваш брак будет удачен, это позволит создать коалицию со всех точек зрения! — хлопнул в ладоши Тюбер. — И мы готовы вас поддержать, чтобы спасти нашу Британию, а после… распорядиться дивидендами от этой победы справедливо.
— Мы готовы заключить с вами тайный Пакт о поддержке от лица всех сорока участников Дельфийского клуба и шестидесяти членов Северной магической партии, — совершенно серьёзно кивнул Нотту Нимбус, протягивая свёрнутый свиток.
У Тео пошла кругом голова.
— И что вы хотите, чтобы… чтобы я сделал сейчас?
Мужчины переглянулись.
— Нам нужно сделать всё, чтобы война не ожесточилась, — твёрдо заявил Огден. — Мы ведём кампанию в прессе, и следующий раунд Набора Нотта этим летом будет самым большим за три года. Там есть свои детали, но вам надо выступить с программными тезисами.
— Вы дадите мне тезисы?
— То есть сама суть не вызывает у вас вопросов, — удовлетворённо кивнул Тюбер. Нотт почувствовал раздражение.
— Я и так предполагал заниматься политикой, — пожал он плечами. — Честно говоря, на протяжении всей своей жизни я считаю, что магический мир несправедлив к магам, и все нынешние политики не правы в своих воззрениях. Об этом я бы и рассказал.
Маги переглянулись.
— Вы назвали программу спонсорской помощи «Набором Нотта», да? Пожалуй, что в наших целях, которые вы назвали, надо заявить о поддержке бедноты. Тех, кто и является акцентом программы набора.
Теодор наклонился вперёд. Огден постучал по столу, и вся посуда, кроме бокалов с напитками, исчезла, и мужчины стали раскладывать бумаги. Как ни удивительно, они были все готовы обсуждать сразу и предметно, и те мысли, которые у Теодора были ещё с начала года, стройно легли в материал, который они обозвали «Развитие магического сообщества: проблема неравенства магов». В нём от лица Теодора они изложили описание того, как в Британии большая часть сообщества магов вынуждена жить в нищете или уходить в мир магглов, которых в сотни тысяч раз больше, и растворять в них культуру. В качестве вывода Теодор предлагал пересмотреть систему экономического распределения и налогообложения, реформировать права магов и сквибов (в общих словах), повысить вовлечённость бедняков в экономику и из того создать устойчивое магическое сообщество Британских островов.
Все остались довольны друг другом. Идеи, которыми руководствовались в прошлый раз наименее радикальные сторонники Тёмного лорда, с некоторыми изменениями и доработками, легли на бумагу как план и тезисы.
— А где это будет опубликовано? — спросил Теодор, чувствуя вдохновение, когда они закончили. Часы показывали девять вечера — ему стоило поторопиться, чтобы забрать Артура из Мунго за полчаса.
— В «Придире», например, чтобы не слишком акцентировать лишнее внимание, — легкомысленно ответил Нимбус. — Не зря я потратил две сотни на Слагхорна, а? — обратился он к Карамеди.
Они попрощались, и оба аппарировали через несколько минут. Тюбер, попрощавшись, так же покинул кабинет.
— Простите нас, Теодор, что мы это так скороспешно организовали, — улыбнулся оставшийся наедине с юношей Огден. — Астрологический расклад одной из наших дам показал, что сегодня лучший день для этого разговора. Пришлось, правда, выпить по четверти зелья удачи каждому, чтобы… надеюсь, вы не в обиде на нас. Честность в обмен на честность, Теодор.
Нотт молча поразился тому, какие усилия эти мужчины приложили, чтобы опутать его своими, очередными для него, клятвами. В тайном Пакте, который он уже подписал, значилось, что в случае, если он окажется во власти в течение следующих десяти лет, лобби из числа подписантов будет «наставлять согласованную позицию» при принятии решений. Он не видел в этом чего-то страшного, ведь все политики представляли те или иные интересы денежных мешков, если это был не Тёмный лорд, а сейчас бумага и вовсе его мало к чему обязывала — сохранять тайну и пользоваться поддержкой, только и всего.
Артур был недоволен поздним визитом друга. Он уже сидел, что называется, на чемодане — в прямом смысле, с тем саквояжем, который использовал в Хогвартсе, и дожидался Тео в холле.