— Дэйви Джонс! Дэйви Джонс был тем, кто выпустил её на свет, наречённый её спасителем от имени конфедератов! — брызжал слюной старик. Его треуголка съехала на бок и держалась на одной лишь магии, казалось, ещё немного, и она рухнет, — и ты, как Дэйви Джонс, ищешь свои девять песо! Кто твоя Калипсо? Кто твои девять песо, мальчишка?
Нотт ощутил, что история принимает дурной оборот, и едва он уже приготовился вступить в бой с одноногим стариком, безумным и оттого опасным вдвойне, как в дверь кабинета постучали.
— Professeur de Chevalier, ouvrez-vous! Le bureau du doyen exige une explication! — заголосили оттуда.
Старик заметался, и не смог ничего сделать другого, как открыть дверь. Там оказался мужчина с массивным подбородком и длинной палочкой в руках, тут же атаковавший словами этого Шевалье. Тот, мечась, по-старчески пытался оправдываться — и в ярком свете из-за двери выглядел совершенно жалко. Виктор де Бражелон вошёл следом за ним и дёрнул Теодора за руку, выволакивая из комнаты-каюты.
— Надо же быть вам! — восклицал он, — попасть к этот дурной старик! Атлантида, Калипсо! Что ещё он вам рассказать? Бредни! Я буду жаловаться ректор Монпасье!
Вскоре он уже оказался в кабинете самого Виктора, где уже были ошалевшие от ужаса Артур и Рейн. Теодору налили горячего кофе, высушили его одежду, промокшую в «варварском трюме этого безумца», и расспросили о том, что он рассказывал ему.
— Он рассказывал про Дэйви Джонса, — пожал плечами Теодор. — Сказал, что видит, что я — Джонс, а вы знаете, что бабушка была замужем за…
— Да-да, и вы правда родственник тому Джонсу, — задумчиво сказал успокоившийся мужчина, крутя свой ус. — Что же, тут этот морской чёрт не ошибся. Удивительно, правда? Магия!
Они посидели в тишине с кофе, осмысляя произошедшее.
— А его история, ну, то, что он говорил про Дэйви Джонса и Калипсо, это правда?
— Когда с троллями у первого Президента Конфедерации не вышло, — подал голос Дакари, — он добился того, чтобы большинством голосов постановили вернуть древнюю магию в море. И правда отправил экспедицию Джонса на Карибы вместе с усилением в виде маггловской флотилии лорд-адмирала Беккета, тоже британца. Они преуспели, и с тех пор маги не колдуют далеко от побережья.
— В море нельзя колдовать, особенно в Атлантике, — кивнул Гамп. — Мне рассказывали, что вода не прощает ошибок, а в Бермудском треугольнике заключено древнее проклятье, которое карает магов, не чтущих правила.
Тео не стал рассказывать про девять песо, о которых твердил Шевалье. Ему вдруг показалось, что его слова имеют какой-то смысл. Тёмный лорд пометил своей магией дневник и диадему, знал ли он о истории про девять песо? Может, это было как-то связано? Ответов у него всё равно не было.
Глава 73
Вторую половину июля они решили провести на Лазурном берегу, в Ницце, чтобы хоть немного отдохнуть. Бесконечный бег по Франции и Бельгии, в который их с пущей энергией затянул Дакари, получивший возможность рассчитывать на «отлично» по проваленной дисциплине, утомил обоих юношей до изнеможения. Форт-Боярд, Авиньонский дворец, Рейенбахский водопад, Людовиковы палаты, древние курганы Нормандии, самобытная магия кельтов Бретани, сотни и тысячи других магических и маггловских знаменательных мест утомили ребят не меньше, чем весь учебный год до того.
Дошло до того, что Артур каким-то утром сравнил своё состояние с взбалмошной бутылкой игристого вина из Шампани, которое вот-вот должно было взорваться от давления.
Поэтому уже неделю они просто спали до обеда, вставали и шли купаться и загорать, не думая ни о чём. Вороны носили ленивую переписку с Блейзом, отдыхавшим в горах севернее Милана, и жизнь казалась раем. Мсье Виктор постоянно шутил, что им для счастья не хватать должно разве что девочек, и юноши раз за разом краснели, так и шли дни.
Джинни, которой он описывал свои перепетии во Франции, делилась с ним описанием своего спокойного лета. Она купалась в речке с братьями и Луной, занималась рукоделием и помогала матери по мере сил.
Спокойное течение лета прервало известие в дневнике утром семнадцатого июля.
«Тео, мне страшно. Кажется, началось!»
Изнываемый сотней предположений, Нотт убедил бабушку разрешить отправиться ему в город за газетами. Лишь на следующий день французы опубликовали подробности того, что так испугало Джинни — Тёмный лорд приступил к открытым действиям. Сотни магглов пострадали, погибла в результате нападения глава Департамента магического правопорядка Амелия Боунс, и над жилыми кварталами по всей Британии едва ли не каждый день вспыхивали Чёрные метки.