Ему ведьма тоже не смогла помочь с удалением странного кармана с понравившегося пиджака, после чего Нотт и вовсе засомневался, ведьма ли она.
Впрочем, это было неважно. После покупок ребята разделились: Артур вернулся через Нотт-холл в особняк в Аберайроне, а Теодор отправился в Министерство Магии Британии.
Всё лето Теодору приходили (и скопом вывалились на него, когда он оказался дома) письма из Визенгамота. Министерские совы, очень недовольные тем, что Теодора так долго не было дома, вывалили на него около сотни писем, которые вскоре были отправлены в камин. Писем было так много, что Нотт, знакомый с технологией производства бумаги — как ни странно, монополистом магического пергамента и поставщиком сырья была семья Пайперов, с главой которого он был знаком как с членом Нижнего Визенгамота от Девона — даже посочувствовал деревьям, что были пущены на это сырьё.
Если бы Теодор не знал (и не проходил на Гербологии) о существовании зелья быстророста, подходящего для любых растений, но начисто сбивающих с них магические свойства, он бы даже убоялся того, что в Британии кончится лес.
Жалко ему было только осьминогов, которых пускали на чернила.
Теодор пропустил, наверное, полсотни собраний. Суды по различным поводам, всяческие заседания для принятия одобрения очередных действий министра — в этот раз заседание было посвящено принятию присяги избранными представителями магических общин Суррея (вместо погибшей Боунс) и Йоркшира (вместо растерзанного собственным ручным грязерогом, согласно некрологу, некоего Бандуолла, с ним Теодор был не знаком). Персиваль в письме накануне очень просил присутствовать, так как должность избранного представителя графства была пожизненной и сдвоенная присяга была делом сверхредким.
Переместившись камином в Министерство, Теодор отдел палочку проверяющему, сидевшему в компании молодых авроров.
— …Шизоглаза давно надо самого в Азкабан отправить! — яро доказывал молодой аврор, то ли индус, то ли пакистанец с виду, своей напарнице с очень пронзительным взглядом.
Проверяющий скучающе, не глядя на показания своего артефакта, вернул палочку Нотту, и тот смело шагнул под струи Гибели воров, за магическую пелену.
Спустившись к залам заседаний Визенгамота, Нотт прошёл в обозначенный — первый — зал и вскоре занял своё место. Несмотря на то, что до начала мероприятия оставалось едва ли несколько минут, зал был полон едва ли на треть. Сосед, тучный колдун Блишвик, в этот раз отсутствовал, если вовсе был жив. Не было и большинства других магов, лица которых вокруг уже примелькались Теодору.
Руперт Уизли, по-прежнему сидевший по диагонали от Нотта в нескольких десятках мест, был отвратительно бодр и свеж. Он шутил и улыбался с какой-то моложавой старушкой, сидевшей в паре сидений от него, и их тихий хохот был едва ли не единственным звуком в мрачном светлом зале.
Первый зал заседаний Тео посещал едва ли не в первый раз. Стены, в отличие от других залов Визенгамота, где слушались судилища и обычные дела, украшали ажурные подсвечники. На стенах висели полотнища Юнион Джека, а над двустворчатой позолоченной дверью, против трибун Визенгамота, висел огромный недвижимый портрет какого-то короля. Тео не слишком хорошо знал историю, но был готов поспорить, что это был Эдуард Длинноногий, благодаря которому маги Англии подчинили горцев Уэльса и вообще создали Визенгамот как совместные палаты.
— Уважаемые чародеи и чародейки Визенгамота! — провозгласил Персиваль Уизли значительно более хриплым, чем раньше, голосом. Видимо, он доверился не самым качественным зельеварам. — Сегодня принимается присяга двух членов Низкого Визенгамота, избранных отсель и до конца жизни. Джим Абберли и Ивонна Бамптон от Йоркшира и Суррея!
Мистер Абберли был крепким сутулым мужчиной с крупными кулаками; мисс (скорее всего мисс!) Бамптон была юной, едва ли двадцатилетней, девушкой в легкомысленной юбке выше колен и маггловской маечке, через которую просвечивали… очень вульгарным образом была одета мисс Бамптон, чопорно решил для себя Нотт. Судя по её отсутствующему взгляду, в пожизненные члены Визенгамота её после Боунс избрали не просто так.
— Присягу новых членов Визенгамота принимает Верховный Чародей Юстас Фоули!
Седой волшебник поднялся и поднял руку с зажатой в кулаке палочкой.
— Перед лицом Магии и Королевы Великобритании Елизаветы, Второй своего имени, королевы Англии, Уэльса и Шотландии, главы Содружества Наций, королевы Гибралтара, островов Мэн, Гернси и Джерси… — заговорил Фоули, к немалому удивлению Теодора. Как наследственный член Визенгамота, он не проходил никаких подобных присяг, и даже не слышал о том, что Нижний Визенгамот присягает — пока не стал свидетелем этого сегодня, заинтересованный письмом Уизли.