— Откуда ты знаешь?
— Мне сказал аврор Кингсли, что Билл собирается жениться, и я сам догадался, что на Флер Делакур.
— О, мистер Холмс! — рассмеялась девушка. — Вижу, детективный клуб Герми не прошёл для тебя даром!
— А то, — усмехнулся Нотт. — А почему ты сама мне об этом не рассказывала?
Джинни закусила губу и отвела взгляд.
— Мне не нравится Флёр, — призналась она. — Тогда на балу, когда ты вышел… помнишь, на Рождество моего третьего курса, она подошла ко мне. Сказала, что завидует тому, какая у нас большая семья, у Уизли. Я что-то ответила ей… не помню, что, и она обозлилась. Она пообещала мне, что докажет, что может тоже стать такой же, как мы.
Теодор только покачал головой. Наверняка Джин сказала что-нибудь эдакое… ксенофобское, вспомнил он слово, которое однажды отбрил Артуру Дерри.
— А Дерри там всё ещё у вас?
— Мама не нарадуется, — Джинни повеселела от смены темы. — Дядя Руперт, правда, считает Дерри идиотом, потому что эльфы себя так не ведут, но пришёл за весну четыре раза, а это на четыре больше, чем в предыдущие десять лет! И каждый раз спорил с эльфом.
— Позвать что ли его обратно… — в шутку усмехнулся Нотт.
— Нет! Не надо, он единственный, кто их удерживает от драки. Билла и дядю Руперта.
— Так уж прям от драки?
— Дядя переписал на Билла, как наследника, свой коттедж, — пояснила девушка. — «Ракушка», он на восточном побережье, в Суффолке. И вот, оказывается, это будет свадебный подарок на свадьбу с той, кого он знать не хочет. Мужчины…
Тео вздохнул. Бабушка была единственной его родственницей, и она к Уизли относилась прохладно — впрочем, ни разу не сказав ни единого неодобрительного слова в сторону Джинни.
Пожелав друг другу спокойной ночи, они разорвали соединение.
Наутро Теодор отправился в Бримингем — там была самая дешёвая совятня из тех, что он знал. До заседания оставалось два дня, но Нотт не сомневался в исходе суда — Бут уверял его в этом, а список свидетелей включал Кингсли Шеклболта и Гризельду Эсканор, которые вступили в бой у Больничного крыла на их стороне. Собственно, суды над Клируотер и выжившим вампиром должны были пройти в тот же день. Пусть они и были тёмными тварями, они оба были ещё и колдунами.
«Джереми! Возникла потребность в твоих услугах. Пришли, пожалуйста, весточку до востребования на почту Хогсмида, где мы могли бы встретиться до конца июня. Т.Н.»
«Уважаемый мистер Фоули!
Как вы знаете, ваш внук Грим и мой сводный брат, Луи, поладили. Учитывая сложившуюся обстановку на политической арене Британских островов и трагическую судьбу вашего сына и невестки, я предлагаю нам с вами встретиться и обсудить возможное времяпрепровождение каникул мальчиками совместно.
С уважением, Т.Н.»
Когда оба письма были отправлены (цены за прошедший год выросли — аж семь кнатов за каждое письмо, а ещё пять за бечёвку и скиль на пожертвование в пользу сов), Тео отправился в Ливерпуль, купить пару холстов для Артура и краски.
Аппарировать было легко и приятно. Школьные занятия по аппарации он пропустил — больше таких досадных оплошностей с расщепом не повторялось, и он наслаждался каждым прыжком. Пожалуй, только сейчас он полноценно почувствовал, что такое быть магом. Лёгкость и свобода передвижения, беззаботность в каждом движении… шагая по улицам Ливерпуля, он мурлыкал незатейливый мотив песенки про каких-то ниндзя-черепашек, услышанный накануне в поезде.
Магазин «Саруман Всецветный» (название было так себе, вспоминая историю, стоявшую за этим именем у Толкина) несколько раз упоминался Артуром как место, где продавали самую качественную лазурь, кроваво-красную киноварь и настоящее одуванчиковое жёлтое. И холсты, что ткали зачарованные машины на дворе Сарумана Бёрка, родственника тех самых Бёрков, тоже были пристойные.
— Прошу, можно, пожалуйста, полный набор красок и два холста.
— Размер, юноша, — проскрежетал седобородый старик, не отрываясь от собственной картины. Он рисовал большую площадь, вымощенную брусчаткой и кирпичную стену на ней с двумя башнями. На левой башне сверкала рубиновым цветом звезда, а на правой он золотой краской выцарапывал какую-то сложную фигуру. — У холстов десятки размеров!
— Эээ… — замялся Нотт. Он посчитал, что подарок в виде картины на свадьбу Билла и Флер был бы вполне разумным и достаточно очаровательным, но какой должна была быть эта картина? — А какие есть?
Старик отложил кисточку, с сожалением отрывая взгляд от нарисованной части. Лишь он взглянул на Тео, его глаза метнули искры, а борода пошла колтунами.