Мысленно Теодор проклял ещё и невовремя пропавшего Карамеди. У него были все средства, чтобы решить проблему. Сотня юных магов, сколько бы их ни было, все они были беззащитны и одновременно ценны, стоили даже не сотню тысяч галлеонов.
И тут Теодор всё понял.
— Сколько… сколько магглорождённых должно было пойти в школу в этом году? — спросил он, не до конца веря в собственный план. Снейп молчал, будто бы ждал его реакции. В глазах мага сверкнуло что-то, похожее на одобрение.
— С учётом событий в Портйерроке… — задумчиво сказал Снейп. — Порядка полусотни, и десять первокурсников.
Теодор мысленно вычел из этого списка двоих, кто явно не собирался идти в Хогвартс: Томаса и Грейнджер. Пятьдесят шесть имён.
— Вы… вы можете дать мне список?
— Я не ошибался в вас, мой мальчик, — прозвучал со спины такой знакомый голос. Теодор резко развернулся, не веря своим ушам… но это был лишь портрет. Рисунок, созданный Артуром, изображал старика в расцвете его сил. Это была не картинка с шоколадной лягушки, где Дабмлдор молчал и лишь подмигивал, то и дело пропадая с глаз, это было настоящее произведение искусства. Директор сидел за столом, столь похожим на тот, что принадлежал сейчас Снейпу, и оглаживал свою бороду — совсем как при жизни.
— Вот этот список, Нотт, — ещё тише, чем до того, прошелестел Снейп. — Не все из них вернутся в замок. Поберегите эти деньги, они вам могут ещё понадобиться.
Теодор пробежал взглядом по бумаге, влетевшей в его руки. Многие имена были ему знакомы, иные — нет, но среди них он не нашёл ни Луи, ни ту, про кого вспомнил в момент, когда этот листок оказался перед его глазами. Волей он подавил стыд, возникший в глубине души из-за того, что он опять забыл про Джоли.
— Спасибо, профессор.
— Вам не о чем благодарить меня, Нотт. Те, кто займут свободные кафедры, сделают всё, чтобы уничтожить жизнь этих студентов. Подумайте о том, как вам предстоит с этим справиться.
По коже Нотта пробежали мурашки.
— Я займусь подготовкой дисциплинарных патрулей с первого же дня, профессор.
— У Долорес вышло прескверно.
— Профессора Амбридж никто не уважал после первого же месяца шуток Уизли.
— Не могу поспорить с вами, Теодор.
Вновь повисла тишина, и вдруг Снейп поднялся, будто бы показывая, что их разговор окончен. Теодор поднялся за ним вслед.
— И ещё, Теодор…
— Да, профессор?
— Своими действиями вы привлекли Его внимание ещё сильнее. Тщеславный Корбан взял всю славу на себя, но… едва ли магглы будут рады вам, когда приказ Тёмного лорда будет выполнен. Знайте об этом и думайте прежде, чем делать.
— Спасибо за совет, сэр. Я могу идти?
Камин вдруг заревел, и из вспышки зелёного пламени на коврик, переступив решётку, ступил ещё один колдун. Лицо Снейпа разгладилось, и на нём даже появилось подобие улыбки. Вошедший был одет в серую робу, неприметную и незаметную, и колпак. Сотни таких магов ходили по улицам провинциальных магических кварталов Лидса, Шеффилда, Манчестера и Бримингема, Глазго и Эдинбурга, Белфаста и Норфолка.
— О, а я знаю тебя, — сказал вошедший подозрительно знакомым голосом, снимая свой колпак. Теодор замер. Этот голос приходил к нему в кошмарах, снился по ночам, и он точно слышал от Снейпа, что его обладатель мёртв. — Ты тот пацан, что таскал мне плесень лет пять назад.
— Семь, — негромко уточнил Снейп. — Это Теодор Нотт.
Глава 110
— Э…э… Эдуард? — заикаясь, выговорил слизеринец. — Это всё равно, что увидеть смерть в зеркале…
— Слухи о моей смерти сильно преувеличены, — пафосно запрокинув голову, заявил мужчина.
За прошедшее время он возмужал. Теодор как сейчас помнил бледное лицо мальчишки, не старше его нынешнего, горбатого от постоянного склонения над котлом, бледного и неопрятного — ничего этого в мужчине напротив не было.
— Профессор… но…
— Я сказал вам то, что вы хотели слышать, — лаконично ответил Снейп на незаданный вопрос. — Мой кузен вовсе не должен был входить в вашу сферу интересов.
— А теперь?!
— А теперь если кто и способен исправить наше бедственное положение — то это он.
— Сев, ты преувеличиваешь мои таланты, — рассмеялся Эдуард Принц. В пару движений он оказался у стула, с которого встал Теодор, сел на него задом наперёд, и вопросительно уставился на юношу и директора. — Продолжай же!