Школа была не просто местом учёбы, но и местом социализации, это Теодор хорошо понимал (а термин, который раскрывался в целой книге, послужил основой для дискуссии на шестерых, с братом, Фоули, Арчи, Невом и Джинни, которых он допустил в Уэльс), но такого глубокого погружения в Настоящую Жизнь для старшекурсников он не предполагал.
Невилла, Артур и Терри эти же дни по его команде проводили в подготовке планов и регламентов того, как именно должна будет строиться Дисциплинарная Дружина Хогвартса. С одной стороны, это он пообещал организовать её Снейпу, а с другой… Тот факт, что Теодор стал Старшим префектом, был воспринят как данность; факт того же, что зельевары в Британии оказались без ингредиентов, и замок рисковал стать самым травматичным местом всех Островов, всех устрашил, и свою помощь в этом вопросе они предложили сами.
Утром в субботу, тридцатого числа Теодор вновь явился в кабинет директора Хогвартса камином, где его уже ждал Снейп, хмурый и невыспавшийся.
— Добрый день, профессор, — поздоровался Тео. — Собрание будет здесь?
— Нет. Идите за мной, Нотт.
Дамблдор наверняка бы театрально попросил Фоукса перенести их в другую часть замка, хотя феникс наверняка слушался его и без команд голосом. Снейп же быстрым шагом спустился по движущейся лестнице, прошёл открывшийся барельеф и устремился по коридору. Теодор едва поспевал за ним.
До того он не слышал, чтобы старшие префекты посещали преподавательские собрания перед новым учебным годом. С прежними старшими префектами, кроме Уизли-третьего, он и не водил отношений, но Джинни ничего ему не говорила о том, что Перси когда-то ходил в школу в августе. Он её, впрочем, и не спрашивал.
Наконец, они добрались через несколько лестниц и десяток коридоров до помещения на третьем этаже. Именно здесь профессор Люпин провёл первое практическое занятие — тогда, много лет назад, он отыскал своим волчьим, как теперь понимал Теодор, чутьём боггарта в одном из шкафов, и слизеринцы на пару с гриффиндорцами его уничтожили своим смехом.
Теодор вошёл следом за директором — и оказался последним. Дверь за ним захлопнулась, повинуясь движению руки Снейпа. Нотт занял свободное место за одной из парт, и огляделся. Присутствовавших преподавателей можно было разбить на в общем и целом три категории. Первая, представленная Макгонагалл, Спраут, Слагхорн, Помфри и Трелони, имела траурный вид. Декан Гриффиндора сидела, словно проглотив палку; декан Хаффлпаффа то и дело вытирала слёзы, а Трелони и вовсе раскачивалась, словно в трансе, всхлипывая. Слагхорн просто тяжело вздыхал, то и дело поправляя свои манжеты.
Вторая категория была скорее индифферентной к происходящему. Профессор Флитвик смотрел в потолок, его жена что-то сверяла в таблицах, разложенных на столе, у которого она сидела на подставке, профессор Бабблинг листала (совершенно не обращая внимание на вошедших Снейпа и Нотта) книгу, Граббли-Планк с флегматичным видом дремала, а мадам Хуч щёлкала портсигаром.
Третья категория выражала некое злорадство. Их торжествующие взгляды были обращены к Снейпу, как к некоему светилу. Их, конечно же, было меньшинство — Филч и Вектор. От преподавательницы нумерологии ожидать такого рвения идеям Тёмного лорда было тяжело ещё год назад, но теперь явно что-то изменилось, раз она позволила использовать своё имя в «отчёте» «комиссии» «Фоули», которая была обреченной фальсификацией с того момента, как покойный Верховный чародей никакого отношения к ней не имел.
Филч же оставался ненавидящим молодых волшебников скрягой.
— Коллеги, — бархатным, низким голосом обратился к присутствующим, наконец, Снейп. — Я предпочёл бы не возвращаться в Хогвартс вновь, но вы прекрасно понимаете сами. Моя кандидатура была лучшей из имеющихся.
Он словно ожидал какого-то сопротивления своим словам, но все молчали, и лишь Помрфи едва слышно фыркнула.
— В этом году Хогвартс ждут серьёзные испытания, — продолжил Снейп. — Как вы видите, две кафедры ещё не закрыты. Увы, мне известно больше, чем вам. Если всё пройдёт так, как задумано, наше новое… руководство пришлёт своих… посланников в штат школы.
— Что случилось с Чарити Бэбридж? — храбро спросила Макгонагалл. — Её вещи из замка никто не забрал.
— Боюсь, она осталась за Барьером, Минерва, — обманчиво-ласково произнёс Северус. — Маггловедение в этом году будет вести другой маг.
— Тогда уже не пытайтесь называть это маггловедением, Северус, — едко заметила Спраут. — Это будет магглофобия!