— Не все. Скабби тогда прибился к браконьерам. Теперь это егерьством называется, а тогда это были головорезы Лорда из Лютного, добывавшие неучтенку на остатках магических тварей на островах. Всяческую дрянь носили. Он вообще-то из французского рода, Неккер! Но такой же, как я — Принц.
— И всё же, — настоял на своём Теодор. Это было делом чести. — Все знали, что в моём подклете растет эта дрянь?
— Я сложил факты, — важно сказал зельевар. — И недалеко от этого дома оказался, когда пьянствовал. Мне старшие тогда сказали, что здесь Нотты жили — замок был, потом стены сняли, а потом и по кирпичам разбили, когда Нотты всем насолили. Оставалось сделать правильные выводы.
Тео покачал головой. Принц буквально имел в виду то, что история его рода была своего рода городской легендой, и на их земли в годы бедности даже заходили другие маги. Не то, чтобы годы бедности кончились…
— И тогда я прислал тебе письмо, и ты пришёл. Попадание на десятку, не правда ли? Играешь в дартс, кстати?
Дартс был игрой для магглорождённых. Тео в такое не играл.
— И в этот раз я написал тебе письмо — и ты вновь здесь. И вновь с этой проклятой отравой, без которой они уже не смогут обойтись, ведь им не шестнадцать, как мне тогда, ха-ха!
Теодор медленно начал понимать, зачем Снейпу была нужна плесень ещё тогда, и как это могло быть связано с тем, как себя вели некоторые… лорды Визенгамота.
Он бросил взгляд на часы. Стрелки показывали, что время близилось к восьми. Ужин он уже безнадёжно пропускал.
— Северус сказал мне ещё кое-что, — зловеще улыбнулся Принц, наклонив голову вперёд. Музыка давно замолкла, и лишь бурление котлов нарушало тишину. — Трагедия на квиддиче. Он не станет варить экспериментальные зелья для школы, и старик-зельевар, что вышел ему на замену, не станет так же. Но я — могу. Для Костероста можно подобрать замену, и для Рябинового отвара, и для многих других вещей. Малпеппер и прочие лихорадочно ищут, как это сделать. А я уже знаю. Знаю. Смекаешь?
Это было интересным предложением. Эндрю Карамеди поставил Теодору задачу, ни много ни мало, выманить каким-то образом Тёмного лорда под удар магглов. Или просто её обрисовал как возможный вариант развития событий. Тео видел единственный путь того, чтобы Тёмный лорд прибыл в замок: если он покажет Кэрроу, что в его руках диадема Райвенкло (что было неправдой), а затем там же окажется Поттер, который продемонстрирует остальные артефакты-хоркруксы, если они вообще были. Тогда с Тёмным лордом можно было бы рассчитывать на встречу.
Такой исход неминуемо привёл бы к кровавому противостоянию с лучшими бойцами «лича», как его называли противники. И скромные запасы Хогвартса, как бы не кичилась лучшими теплицами в Шотландии профессор Спраут, едва ли могли бы им помочь.
Нельзя сказать, что это было единственным путём, безвыходным положением. Тео не был готов войти в историю как амбициозный мальчишка, поставивший под удар великого, несомненно великого, пусть и ужасного тёмного колдуна целое поколение, под тысячу юных волшебников, многие из которых считали именно Нотта героем, давшим им путь в будущее. И тем не менее, любое противостояние Тёмному лорду требовало от него страховать риски, пусть и экспериментальными зельями.
Мысли проносились в его голове стремительно, словно квиддичисты на «Молниях». Тео поправил воротник и сглотнул вязкую слюну.
— Сколько… сколько тебе нужно заплатить за это, Эдуард Принц?
— Тысячу галлеонов, Теодор Нотт, — усмехнулся тот. — За бочку каждого.
Деньги Карамеди не могли найти более достойного применения прямо сейчас.
Дни школьной жизни поплыли друг за другом, постепенно входя в колею. Префекты и «дружинники самообороны» патрулировали коридоры, студенты получали взыскания и теряли баллы, получали отработки и учились спать стоя, не переставая при этом писать мелом.
Каждый из обитателей Хогвартса чувствовал приближение осени.
Деревья на опушке Запретного леса начали желтеть. Приведения задумчиво фланировали на нижних этажах. В Трапезном зале каждый приём пищи стало появляться больше овощей, которые росли и созревали в разросшихся овощных теплицах рядом с домиком Хагрида. Тео пару раз замечал, как бывший хранитель ключей с грустным видом и всклоченной бородой катает на тачке здоровенные тыквы к границе стен Хогвартса, откуда их забирали эльфы.
Интересным было поведение Пожирателей. На последней неделе сентября близнецы Кэрроу, то и дело исчезавшие из замка и появлявшиеся лишь в некоторые дни, те, в которые у них стояли занятия, обосновались в замке уже на постоянной основе. С мрачным видом и явно не лучшим настроением они бродили вечерами по коридорам, стращая подростков.