Шагнув в границу купола, Тео тут же был почти что оглушён торжественным пением студентов.
— О, Органон! — старательно выводили они. Пение Лавгуд едва ли было столь торжественно.
Флитвик стоял перед студентами и действительно дирижировал их пением. Тео тут же улыбнулся — было очевидно, с кого копировала свою мимику в буквально десятке футов Луна. Под локоть его взяла Джинни, скользнувшая к нему неслышной тенью, и улыбка Тео стала ещё шире.
Наконец, ребята допели, и Флитвик остановил их пение, тут же рассыпавшееся на сотню диалогов и шумных бесед. Сам же декан, спустившись с табуреточки, засеменил к Теодору и его спутнице.
— Мистер Нотт! — высоким голосом поприветствовал его Флитвик. — Рад видеть вас в добром здравии. После сегодняшних новостей!
— Новостей? — переспросил Тео.
— Конечно! В Ирландии как с цепи сорвались! Нападения в самом Лондоне — подумать только. Зайдите ко мне завтра утром, перед занятиями, мистер Нотт.
Невысокий волшебник говорил своим высоким голосом, не меняя интонации, но было что-то в его словах такое, что заставило Теодора напрячься.
— На сегодня мы закончили, — хлопнул он в ладоши, заставив всех умолкнуть, — можете быть свободны!
Младшекурсники тут же засобирались спешно по своим делам, обгоняя друг друга, и только немногие остались поглазеть на репетицию самой постановки. Тео машинально отметил среди них знакомые лица. Юные слизеринцы, с интересом косившиеся в его сторону, ребята с других факультетов, девочка Эльза, встреченная им в Хогвартс-экспрессе, внук лорда Блишвика… Он вдруг с сожалением подумал о том, что не уследил за своей кровной сестрой, Джоли, что пропала и не приехала в Хогвартс. Будто бы что-то продолжало заставлять его забывать о существовании девочки.
Впрочем, он оставил эти неприятные мысли и сосредоточился на плане. Пока ребята развлекали друг друга репликами героев, Нотт, Лонгботтом, Пикс, Причард, Пакстон и Бэддок занялись делом. Трое слизеринских четверокурсников были приманкой. Несмотря на чистокровный статус, каждый из них имел свои счёты к Кэрроу. У Причарда была подружка с Хаффлпаффа, сверстница-полукровка, над которой его заставил издеваться Амикус; Пакстона оскорбила Алекто; Бээдок, дядя которого погиб на службе Тёмного лорда, просто не любил Пожирателей. Слизеринцы, вопреки распространённому на других факультетах стереотипу, не были через одного сторонниками Пожирателей. Чистота крови и уничтожение других магов могли сосуществовать через запятую в политической программе только у ренегатов.
— Ваша задача будет проследить за тем, чтобы весь день первого числа их раздражали, — тихо рассказывал Теодор. Четырнадцатилетние парни, хмурые, собранные, пусть и немного неуклюжие подростки, сосредоточенно кивали его словам. — Если вечером мы заметим, что они отправились в подземелье, мы дадим команду и их нужно будет отвлекать всеми силами. Чтобы они нервничали и злились.
— Хорошо, босс, — кивнул Джим. — А что делать, если они не пойдут туда?
Тео пожал плечами.
— Тогда мы не застукаем их и не сдадим директору.
План, обозначенный им для остальных, фактически, совпадал с настоящим на значительную долю. В ритуальном зале, том самом, где пару лет назад его смутили рунные круги на полу, он обнаружил следы свежего ритуала. По карте, оставленной Поттером, это было то же самое помещение, где он видел Кэрроу — и со стороны которого шёл несчастный самоубившийся гриффиндорец. Последний факт Тео никому не озвучивал, но следы ритуала были даже не запрятаны, включая капли засохшей бурой крови, которые он показал и Невиллу.
Нужно было вывести Кэрроу на ошибку. Они уже забывали запереться, когда Тео подслушал их разговор неделей ранее, и вполне могло быть, что и вновь это могло бы повториться. В случае, если они ошибутся, то в ключевой момент он планировал использовать незасвеченную палочку, чтобы вмешаться в ход их ритуала. Если бы они навредили сами себе, это было бы хорошим решением и наказанием для обоих Пожирателей, третирующих студентов.
В конце вечера дверь залы отворилась снаружи, и внутрь, почему-то прихрамывая, зашёл злой — с первого взгляда эта злоба бросалась в глаза — профессор Кэрроу.
— Нотт! — рявкнул он, найдя его глазами. — Нарушаете школьные правила, а, старший префект?