Глава 134
Зимние каникулы рисковали сделаться для Теодора чуть ли не более нагруженными, чем предыдущий семестр. Из Аппарата Визенгамота ему пришло пригласительное письмо на зимний приём, организованный силами Верховного чародея и Министра Магии, который должен был пройти первого января в Министерстве. Тео плохо представлял себе, что такое «приём» в Атриуме Министерства и как он мог выглядеть. Из книг он знал, как организовывались празднества в прошлом — балы, парады, охоты и выходы, описанные у Диккенса, Толстого и многих других авторов, но это всё плохо сочеталось с тёмным и тусклым Атриумом, который был указан в пригласительном письме.
— Да, ерунда какая-то, — прокомментировал его сомнения Терри Бут, с которым Нотт поделился своим недоумением. — Обычно приёмы устраивал Министр в своём поместье. Отец был на приёме у Фаджа вместе со своим клиентом, племянником лорда Селвина, в девяносто первом, он рассказывал, что Фаджи из кожи вон лезли, чтобы переплюнуть приём Малфоя. Закуски, выступление лепреконов, Селестина Уорк. А вот что в Атриуме можно сделать, даже не знаю.
— О чём вы? — вмешался подошедший Арчи, заспанный настолько, что даже не замечал кляксы краски у себя на запястье.
Парни объяснили ему суть вопроса, и он, зевнув, пожал плечами.
— В Америке к этому подходят проще. Любой визит гостей называют приёмом. Так, если подумать, лорд Лонгботтом тоже приём устраивал, когда мы были на гонках у него, помнишь?
Теодор кивнул. Конечно же, он помнил ту историю, и дополнение от тётушки, которая поведала спустя годы, что там, на приёме, убили старую ведьму из Блэков.
Так или иначе, всё сводилось к тому, что выбора между «посетить» и «не посетить» приём у него не было. Теодор был самым молодым лордом Визенгамота на этот момент, автором (пусть это и не было в действительности его идеей) инициативы Нотта, старшим префектом и публичным политиком Магической Британии собственными заслугами и заслугами своих компаньонов. Его отсутствие на таком событии могло негативно отразиться на его реноме в моменте, а, находясь там, он мог даже и воспользоваться этим. Как-то.
Профессор… нет, директор Снейп, которому Теодор через декана отправил записку с просьбой вновь разрешить выход — предыдущее разрешение действовало по конец года, да не учебного, а календарного, — ответил неожиданно.
Зайдя к Слагхорну, Теодор столкнулся с самим Снейпом, вольготно расположившимся в кресле у камина с бокалом виски в руке.
— Мистер Нотт, — процедил он. — Вы в своём уме?
— Простите, профессор?
Слагхорн удалился в свои покои и закрыл дверь, оставив в кабинете Тео и Снейпа наедине. Директор Хогвартса повернулся к своему студенту. Под глазами мужчины залегли глубокие синяки, едва ли не чёрные, а руки колдуна слегка подрагивали.
— Сядьте.
Тео подчинился и замер в кресле у камина, ограждённого решёткой, в котором задорно трещали поленья сухостоя. Хагрид, бессменный лесничий, накануне ночью приволок в замок целую поленницу, которую тут же растащили эльфы. Так получилось, что Тео наблюдал за этим действом.
— Ваша способность находить проблемы для других бесконечно поражает, — вывел его из мыслей о поленьях голос Снейпа. — Остаётся только поблагодарить вас за испорченное рождество.
— Простите, профессор, но о чём вы?
— О том, что ваше дрянное сочинение начали обсуждать на радио сопротивления за час до того, как тираж был отправлен подписчикам журнала фирмой мистера Оулинга из Лестера.
Нотт поёрзал в кресле, стараясь не смотреть на директора. Ему на ум пришла мысль, что Томас перестарался.
— Не могу знать, о чём вы, сэр, — вымолвил он.
— Лжец. Проклятье, вам очень везёт, что ваши покровители свалили всю вину на других, но не ждите теперь новых выпусков журнала. Миссис Лавгуд может покинуть замок так же, как мистер Монтегю в ноябре.
По спине юноши прошёл холодок. «Этого нельзя допустить», — подумал он.
— Я по-прежнему не очень понимаю ваши слова, профессор.
Мужчина вздохнул и коснулся висков свободной рукой в усталом жесте, а затем пригубил напиток из бокала.
— Пустое, Нотт. Я отправлюсь на этот, — он замешкался, подбирая слово, — балаган вместе с вами и буду контролировать каждый ваш шаг, Нотт. И, во имя Магии, только попробуйте вытворить какую-нибудь чушь.
Это было неожиданно, но, в сущности, мало что меняло. Теодор и так не планировал никаких действий или заявлений. Возражать директору было незачем, да и бессмысленно — тот не спрашивал совета и не давал рекомендации. Снейп ставил его перед фактом.