Теодор, огибая лужи, пошёл в сторону магазина сов. Иногда он по какому-то наитию приходил туда в меланхоличном настроении. Птичий гомон ассоциировался с давними воспоминаниями, теми самыми, когда в его мире были только домовики, гиппогриф, любящий отец и миссис Клируотер.
Он простоял с совами полчаса, глядя в пустое окно. Слёзы стекали по щекам Теодора, капая на пол, и даже обычно громогласный продавец в этот раз с уважением отнёсся к его настроению. Вдруг он в окне увидел знакомую рыжую макушку — и, сморгнув последнюю слезинку, понял, что нужно делать.
Эмоции Джинни были непередаваемы — ещё сильнее его поступком впечатлились её родители и братья. Пожалуй, это воспоминание стоило того, золотые пионы отлично шли к румянцу на щеках веснушчатой, вытянувшейся Джинни и рыжине её волос.
Уже отойдя от компании Уизли он услышал, как Поттер сдавлено поздравляет Джинни с днём рождения, и его улыбка оказалась ещё шире.
Глава 27
Хогвартс должны были охранять дементоры. От Сириуса Блэка, тёмного мага, который сбежал из Азкабана, чтобы добраться до Гарри Поттера. Существа, питавшиеся человеческими эмоциями, высшая форма эволюции (или разложения) вампиров, когда они совершенно теряют человеческий облик, но не интерес к магам и магглам, должны были окружать единственную магическую школу в Британии, которую одновременно с тем называли «самым безопасным местом» островов.
Само по себе это сочетание тезисов, по меткому выражению страшного разозлённого райвевнкловца Бута, было «оксюмороном», сочетанием несочетаемого.
Среди студентов ходили слухи, что во время остановки поезда за несколько часов до Хогсмида дементоры даже поднимались в какие-то вагоны, но Тео и его компания ничего не заметили необычного. Зато уже на пороге замка, выходя из кареты, запряжённой, как и год назад, фестралами, он, обернувшись на озеро, различил сгустки магии, парящие над деревьями Запретного леса.
Новым преподавателем Защиты от Тёмных Искусств, взамен уехавшего Локхарта, стал некий Римус Люпин, потерто выглядящий мужчина, носящий на себе метку проклятья. Тео для себя решил, что это отставной аврор или взломщик проклятий, который был вынужден влачить существование в нищете, пока Дамблдор не привлёк его в этом году. Судя по слушкам по столу факультета, что он ехал в поезде вместе с учениками, он был специалистом именно по дементорам — это ободрило Нотта.
Не то, чтобы он очень был согласен с политикой Дамблдора, но его выбор преподавателей (кроме, может быть, мадам Трюк, припоминая первый курс, и Квиррела) был почти всегда оправданным.
На факультет распределили обладателей таких фамилий, как Урхарт, Уоррингтон, Пирс и Берринтон, а на третьем курсе неожиданно появился перевёдшийся из Ильвермони мальчик Питер Пайк. Забини, когда Пайк подсел напротив Малфоя, с хитринкой прошептал Теодору, что Пайк точно попытается пойти против Малфоя, и оказался решительно не прав.
Оказалось, эти двое ладили, и отец Пайка был деловым партнёром Малфоя в МАКУСА, куда Драко путешествовал летом. Прошлогодняя взбучка, которую Драко устроили поклонники квиддича, явно забылась для Малфоя, и теперь он с важным видом представлял Пайка всем своим знакомым старшекурсникам.
Пайк и занял пятую, свободную к тому моменту, кровать, справа от Крэбба.
— Ну что, парни, когда у вас тут отбор в квиддичную команду? — спросил новоявленный третьекурсник у своих новых соседей.
Теодор промолчал, так как не хотел связываться с «партнёрами Малфоев» (семикурсница Фарли и Трейси Девис уже обе успели пошутить на эту тему, и это только то, что слышал Тео), и в разговор с Пайком не лез. Зато ему ответил Грегори, который как-никак был более сообразительным, чем Винсент, и они живо стали обсуждать отличия «американского» квиддича от «британского», хотя все знали, что в квиддич играют и в других странах.
На утро Тео забрал своё расписание с тумбочки, как и каждый год, и увидел, что четверг у него, как и у других студентов, назначен днём факультативных занятий. Второй парой стояла «История древних рун», а третьей — «Нумерология». У Блейза были заняты первая и третья пара, что расстроило юношу — он тут же заметил, что не отказался бы поспать подольше. Впрочем, Тео спать не планировал.
С самого утра, как только прошёл завтрак, он отправился на верхние этажи замка подыскивать помещение для занятий. Уже в поезде ребята засыпали его вагоном предложений, как можно легализовать их встречи — ведь, начни колдовать они просто так, тут же старосты, профессора или тем более Филч смогли бы снять с них сотни баллов. Колдовать в коридорах ведь было запрещено.
Некоторые кабинеты не подходили по размеру. Другие были заставлены мебелью. В третьих явно кто-то уже колдовал и переломал всё, что там было. Последние обжитые классы, на четвёртом этаже, были отведены под клубы — плюй-камней и волшебных шахмат, причём последние явно переживали упадок, и это натолкнуло Теодора на мысль.
После пар, встретившись с ребятами в библиотеке, он показал им бумагу, накиданную за перерыв до обеда.
«Клуб самообороны без противника.
УСТАВ
Клуб самообороны без противника объединяет студентов Школы Чародейства и Волшебства Хогвартс, не ниже второго курса, желающих заниматься самообороной в общем смысле без цели нанесения вреда другим студентам, преподавателям, персоналу и имуществу Хогвартса. Клуб ставит своей целью укрепление и развитие магического потенциала своих участников через регулярные занятия по Программе, разрабатываемой Председателем Клуба. Клуб ставит своими задачами:
1. способствование учебному процессу Школы Хогвартс;
2. реализацию образовательных программ в углубленном виде по дисциплине Защиты от Тёмных искусств;
3. реализацию теоретических занятий по обмену информационными потоками членами Клуба;
4. реализацию практических занятий по освоению дополнительных навыков членами Клуба.
Участником Клуба может являться представитель любого Дома Школы Хогвартс не моложе двенадцати лет, заручившийся поддержкой не менее половины членов Клуба. Список членов Клуба передаётся Заместителю директора Школы на ответственное хранение.
Инициативный состав Клуба:
Председатель (Т. Нотт)
Ответственный секретарь (Н. Лонгботтом)
Члены Клуба (А. Гэмп, Т. Бут, К. Криви, Д. Томас, С. Финнеган, Б. Забини)»
Ребята по кругу перечитали написанные Теодором слова.
— Крутая идея, — прошептал Бут. — Только я бы вычеркнул упоминание программы и добавил, что Клуб займёт свободное помещение на время проведения встречи.
Тео согласно кивнул и быстро переписал с добавлениями. У других предложений не было, разве что Дин, недовольный тем, что на маггловедении его обозвали идиотом, буркнул что-то про сквибов.
***
— Вот как, Клуб? — спросила профессор Макгонагалл, читая документ. Тео уже на следующий день после занятий пришёл к заместителю директора, не видя смысла откладывать.
Следующая неделя начиналась с занятия по ЗоТИ, которое могло пройти как угодно, а за пятницу уже успел случиться скандал на факультете — перво- и второкурсники из враждующих семей атаковали друг друга какой-то фамильной дрянью, и попало, среди прочих, Блейзу, который чар Протего не знал на достаточном уровне.
— Да, профессор. Дело в том, что…
— Не нужно дополнительных слов, мистер Нотт. Устав должен говорить сам за себя.
Макгонагалл наскоро прочитала текст, перевернула его, и слегка хмыкнула.
— Вы писали его сам? Или вам помог опыт стряпчих мистера Бута?
— Сам, мэм. Я накидал его за вчерашний вечер, а после инцидента между Брэксом и Уоррингтоном решил не медлить.
Профессор скривилась.
— Похвально, что вы развиваете межфакультетский дух, — произнесла она. — Я думаю, что директор Дамблдор одобрит ваше начинание, когда вернётся в замок. Надеюсь, он сможет убедить министра отодвинуть дементоров! Как в таких условиях заниматься астрономией…