– Не знаю, сэр, – подал голос Стоукс. – Может быть, мы требуем от нее слишком многого.
– Мы слишком много требуем от вас, Теодосия? – спросил Вигмер, пристально изучая меня. – Если это слишком тяжелая ноша для вас, так и скажите, мы все понимаем.
Не испытывая ни малейшего желания отвечать, я схватила со стола Сердце Египта, цапнула со спинки стула свой плащ и выбежала за дверь.
Я была настолько сердита, что по дороге домой буквально печатала свои шаги по мостовым – как только на них не треснула брусчатка! И так была раскалена, что, казалось, тяжелые холодные дождевые капли шипят и испаряются, как со сковородки, когда падают на мою кожу.
Но вскоре в моей голове роем закружились мысли, и постепенно шаги мои замедлились и стали легче. Мама знакома с Браггеншноттом. Она говорила, что он даже помог ей вывезти Сердце Египта из страны.
И что это доказывает? Только то, что немец хотел, чтобы британская подданная привезла про́клятый артефакт к себе на родину, и больше ничего.
А как мама заволновалась, когда я показала ей человека, следившего за нами на вокзале! Хотя, как все взрослые, не придала значения моим словам – ну, это тоже не новость. Но достаточно вспомнить, каким было ее лицо, когда она обнаружила пропажу Сердца Египта, и можно отмести прочь все сомнения.
Но с другой стороны, мама всегда была хорошей актрисой. Именно это помогает ей так ловко крутить моим папой… Тут я с ужасом поняла, что Вигмер сумел-таки забраться мне в душу. Даже я – я! – начинала подозревать собственную мать!
Мы должны ехать в Египет
Вернувшись в музей, я первым делом отправилась на поиски Фагенбуша. Настала пора поговорить с ним начистоту. Я прошла прямиком во временное хранилище, не сомневаясь, что он крутится возле недавно поступивших артефактов.
Найджел и Стилтон бросили свою работу и уставились на меня.
– Что-то случилось, Теодосия? – после неловкой паузы спросил Найджел.
Я откинула волосы и постаралась принять непринужденный вид.
– Просто ищу Фагенбуша. Вы не видели его?
– Он был з-здесь буквально м-минуту назад, – ответил Стилтон, постоянно моргая левым глазом. – Думаю, он спустился в библиотеку.
– Благодарю вас. Я поищу его там.
Прежде, чем кто-нибудь из них успел сказать еще хоть слово, я повернулась и поспешила вверх по лестнице.
И наткнулась на Фагенбуша.
Этот скользкий тип шпионил на верхней площадке! Он вышел из тени, когда я поднялась на последнюю ступеньку, и напугал меня так, что я едва не споткнулась. Честно говоря, если бы он не протянул руку и не схватил меня за плечо, я, наверное, загремела бы вниз.
– Что ты с этим сделала? – спросил он, наклоняясь вперед и обдав меня вонью маринованного лука, от которой мои ноздри задрожали так, словно собирались сбежать с моего лица.
Я вывернула плечо, освобождаясь от руки Фагенбуша.
– С чем?
Я, вообще-то, сама собиралась расспросить Фагенбуша, а не отвечать на его вопросы.
– Что ты сделала со статуэткой Бастет?
– Что вы имеете в виду?
– То, что ты испортила ее. Ты сделала что-то, после чего она стала… не такая, как прежде.
Итак, он знал о наложенном на статуэтку проклятии! И планировал использовать его в своих коварных целях. Да, у нас в музее имелся тайный агент, и этим агентом не была моя мама!
Лучшая защита – это нападение, как говорит мой папа, собираясь на заседание Совета директоров музеев.
– А что вы сделали с Сердцем Египта? – спросила я.
На противном лице Фагенбуша отразилось удивление.
– О чем ты толкуешь?
Я внезапно сообразила, что не знаю, говорили мама и папа своим помощникам о том, что Сердце Египта пропало, или нет. Может быть, родители до сих пор хранят это в тайне. Что ж, нужно блефовать.
– Вы прекрасно знаете, что я имею в виду.
Он придвинул свое лицо почти вплотную к моему и спросил:
– И что же, по-твоему, я с ним сделал?
Мы стояли с Фагенбушем нос к носу, оба сжав кулаки и оба не желая отступить ни на шаг.
Тут с лестницы раздался голос, заставивший нас с Фагенбушем подпрыгнуть на месте от неожиданности.
– Эй, вы двое! Что там у вас происходит?
Это был Найджел. Он поднимался по ступеням и смотрел на нас, как на сбежавших из зоопарка зверей.
Фагенбуш скользнул глазами по Найджелу, затем снова перевел взгляд на меня.
– Мы с Теодосией обсуждаем некоторые последние артефакты, вот и все, – сказал Фагенбуш.
– В самом деле? А почему тогда вы стоите так, словно готовы наброситься друг на друга с кулаками? – спросил Найджел.