Мне стало сложно дышать, все происходящее до этого момента моментально потеряло всякий смысл. Она была здесь! Вот это был действительно приятный сюрприз.
Аля опустила маску и помахала мне. Будто я мог ее не узнать! Петя снова толкнул меня в плечо, вернув в реальность.
- Иди! Время еще есть, - сказал он, улыбнувшись.
Повторять мне было не нужно, я бросился к лестнице, ведущей на трибуну. У ее подножья я остановился, встретившись взглядом с Алей, которая уже стояла на верхней ступеньке. Я улыбнулся и медленно поднялся к ней. Встав с девушкой на один уровень, я взял ее за руки.
- Что ты здесь делаешь? - я даже рассмеялся от переполняющих меня эмоций.
- Хотела тебя увидеть!
- Как ты здесь оказалась?
- На автобусе приехала.
- Одна? - я заволновался.
- Нет, конечно, с мамой.
- А... - протянул я, оглядываясь.
- Она где-то здесь, - Аля махнула рукой в сторону трибун.
Я улыбнулся и снова посмотрел на нее. Я любовался ее личиком, покрасневшим от мороза, и заглянул в ее светло голубые глаза, они просто сияли.
- Ты такой молодец! Я так рада! Поздравляю!
- Ты всю игру здесь?
- Нет, минут пятнадцать только...
- Отлично, значит ты не видела наш позор в первой половине матча!
- Зато я видела твой гол! Это так здорово!
- Да... - я выпустил ее руку и потянулся к затылку, смутившись.
- Я сначала испугалась, а потом... Ты такой молодец!
Аля хвалила меня, а я смотрел на нее. Девушка казалась очень счастливой, я даже отметил, что никогда не видел ее такой. Раньше я все не мог придумать, как сделать, так чтобы она была счастлива. А сейчас она счастлива! И из-за чего? Я ведь ничего не сделал для нее? Я делал это ради команды. Я даже не настолько был рад этой победе, как за меня была рада она. В благодарность за это (и не только) мне всегда хотелось быть рядом, лишь бы она продолжала так улыбаться.
Я отпустил ее руку и потянулся к ее лицу. Я гладил ее по щеке, убирая пряди длинных волос подальше под шапку, чтобы видеть ее лицо. На этот раз Аля даже не напряглась и не отстранилась, а продолжала счастливо на меня смотреть. Мне было тяжело дышать, внутри все сжалось. Я чувствовал уже не просто любовь, скорее обожание, просто какое-то помешательство, зависимость.
- Аля ты... ты просто... - я не мог выразить свои чувства, они были выше любых слов. - Я очень сильно тебя...
- Семин! - раздался голос тренера, далеко за спиной, но мне показалось будто из другой вселенной, и он сразу вернул меня на землю.
Я закрыл глаза на секунду, приходя в себя, и обернулся. Сан Саныч махал мне рукой, зовя к себе.
Удивительно! За то время, что показалось мне всего мгновением, организаторы успели выстроить на поле большой пьедестал. На поле появилась еще одна команда, получившая третье место по итогам вчерашнего матча. Моя команда и наши соперники были в сборе, похоже, ждали только меня.
Я повернулся обратно к Але, мне совсем не хотелось туда спускаться. Девушка взяла меня за руки.
- Иди! - сказала она. - Это твоя награда! Ты заслужил ее! Иди и забери!
Она отпустила мои руки, но я снова сжал ее ладони.
- Лучшая награда для меня это то, что ты здесь! Больше мне ничего не надо! - выпалил я.
С лица Али сползла улыбка, ее щеки еще сильнее покраснели и теперь просто пылали. Она подтолкнула меня к лестнице.
- Иди! - сказала она и улыбнулась.
Во время награждения меня мало что волновало. Все три команды выстроились за пьедесталом, ожидая очереди занять свое место. Мы, как победители, стояли посередине. По одну сторону от меня стоял Петя, как всегда мудро молчал, скрестив руки на груди, по другую - Саня без конца что-то бубнил. А я смотрел на Алю, все еще стоящую на лестнице, прижимавшую руки к груди.
Я даже не слышал представление нашей команды. Я очнулся только когда Петя и Саша с двух сторон взяли меня за руки, тогда я понял что уже пора. Всей командой одновременно мы шагнули на пьедестал, поднимая руки вверх, под гул и крики болельщиков. Вынесли кубок. Вся команда дружно решила, что его должен взять я. Но оказалось, что я не смогу поднять его из-за боли в плече, о котором я уже успел забыть. Тогда мы с Саньком взяли его с двух сторон и подняли над головой.
После награждения была небольшая фото-сессия, от которой я не был в восторге, но все же пришлось смириться, фотографы были из разных газет.
Когда все закончилось, трибуны начали потихоньку пустеть. Команды тоже начали расходиться. А моя команда активно обсуждала предстоящее празднование победы. Я не участвовал в обсуждении, я то и дело поглядывал на Алю, которая стояла все там же. Меня тянуло к ней, но я не мог уйти, мне было неудобно перед командой, стоявшей в полном составе. На поле начали спускаться люди, родня и друзья игроков. Товарищи по команде разбрелись по полю, и я понял, что наконец могу уйти.