В Москву возвращались в хорошем настроении. Артем вкратце поведал Маше трагическую историю жизни своего брата, упустив такую важную деталь, как свою любовь к Аннушке и ее предательство.
Уже в лифте договорились о встрече завтра утром. Маша с улыбкой впорхнула в свою квартиру. Она чувствовала себя невероятно счастливой. Все так стремительно завертелось, закружилось в ее жизни! А ведь с момента ухода Юрия прошло всего три дня! Кто бы ей когда-то рассказал о том, что она не будет горевать о любимом муже, она бы никогда не поверила. Ей казалось, что Юрий — смысл ее жизни! А сейчас она о нем почти не вспоминает, а если это и случается, то воспоминания теплые, как пуховое одеяло. Не злые, добрые какие-то! И непонятно почему так. Неужели так быстро проходит любовь?
Почему Маша на него не злится, не обижается, не обвиняет во всех грехах на свете? Она ведь его когда-то боготворила, ей казалось, что она и дня без него не проживет. Когда он уезжал в командировки, Маша места себе не могла найти, постоянно забивала время, чтобы быть занятой, но это мало помогало. Иногда, в самых ужаснейших своих мыслях, она представляла себе, что он уйдет и тогда она непременно умрет. От горя, от слез, от бессонных ночей. Но прошло всего три дня, а она жива и, мало того, счастлива. Как же она заблуждалась в себе и в своих чувствах к Юрию. Неужели все эти слезы были вылиты впустую? Впрочем, сейчас ей об этом жалеть не хотелось. Главное — ее любовь к мужу явно если не прошла, то отошла на второй план. Ей без него хорошо. Ей без него спокойно.
У нее есть интересная работа, мужчина, которому она нравится, и сегодня появился мальчик, которому она так нужна!
Когда она уже прыгнула в постель, пришло сообщение от незнакомого номера: «Большое спасибо за подарок, обожаю запонки. И за Антона спасибо. Надеюсь, обоюдными усилиями мы добьемся того, чтобы он снова стал обыкновенным счастливым мальчишкой. Еще раз спасибо, добрых снов».
Маша несколько раз пробежала глазами по сообщению, размышляя, кто бы это из братьев мог быть? Почему-то хотелось думать на Артема, но его контакт был записан в ее телефоне и не отображался. Значит, Александр. Маша непроизвольно скривилась. Если честно, он ей не понравился. Правда, она сразу поймала себя на мысли, что не должна судить людей, которых совершенно не знает. Да и судьба у мужчины нелегкая. Только вот интуиция ей все равно подсказывала, что это опасный человек и улыбка у него хоть с виду и приятная, но совершенно не искренняя.
Маша быстро ответила на сообщение: «Все будет хорошо. Спокойной ночи».
Видимо, Артем рассказал про подарок, который она оставила в доме Александра, и передал ему ее номер телефона. Ну что ж, здорово, когда братья так близки и дружны!
Артем зашел за Машей в начале девятого и через полчаса передал в объятия к Ксюши.
— Я уже соскучилась по тебе, — прощебетала девушка и потащила на кухню завтракать.
Шеф-повар угостил их фирменными сырниками, девушки уселись за столик у окна, где в основном принимали пищу сотрудники ресторана, и наслаждались едой. Ксюша без умолку рассказывала Маше про свой опыт в Южной Корее.
— Ты не представляешь себе, в каком я клубе работала! Там огромное здание и клуб занимал весь цокольный этаж и подвал. Интерьер, правда, так себе был. Непродуманный, если честно. А вот босс был душкой, только не как наш Артем, который пашет с утра до ночи и все контролирует, нет, этот приезжал только за баблом, всем улыбался и отчаливал. Но мы его все равно ждали и боялись. Я туда приехала сразу из аэропорта. Прям с чемоданом в руке меня провели в комнату, где обычно прячут нелегалов, если вдруг нагрянет полиция — ни окон, дверь спрятанная, скрытая такая. Пришел менеджер-кореец и на корявом английском объяснил правила клуба. Они же там вообще не говорят по-английски!
— А как тогда общаться?
— Гугл-переводчик. Короче, мы сидим в шоке, офигеваем, я уже думаю вернуться…
Маша перебила ее:
— Так а что тебе не понравилось? Ты не знала, что они не говорят по-английски?
— Нет, насчет этого я была в курсе, а вот то, что в клубе разрешен тач выше пояса, мне никто заранее не сказал.
— Тач — это по-английски «трогать», «дотрагиваться»? — решила уточнить Маша.
— Сечешь! — похвалила ее Ксюша. — Ну вот, я в шоке, не знаю, что делать, а тут девочка, тоже русская, подходит и успокаивает меня, говорит, что в любом клубе в Южной Корее разрешен тач, только волноваться не стоит, почти никто тебя насильно лапать не будет. А в Китае такого же не было!
— Ты и в Китае работала?
— Да, не перебивай, в следующий раз расскажу. Короче, делать нечего, надо пробовать, нам сообщили, что пришли гости, жаждущие внимания европейских красавиц. Мы напялили каблуки, попудрили носик и вперед на чойс, — Ксюша отпила чай и на всякий случай пояснила: — Чойс — это выбор. Гости выбирают, с кем будут сидеть. У меня вообще настроение на нуле, я так надеялась, что никому не понравлюсь, но на третьем чойсе меня выбрали.