- Ты уверен? - засомневался Дракон, у которого от собственного рассказа давно текли слюнки.
- Абсолютно уверен, - заверил монстра Брадисхольм. - Но кое-что ты мог бы сделать, сэр Дракон, дабы облегчить мне прощание с жизнью...
- И что же это? - в глазах Дракона зажёгся огонёк интереса.
- Мне стыдно признаться... - начал рыцарь. - Но... не мог бы ты... из уважения к нашей едва не возникшей дружбе...
- Ну-ну, - подбодрил Дракон.
- В моей седельной сумке остался один портрет. Я очень хотел бы перед смертью увидеть его, попрощаться...
- Возлюбленная? - деловито поинтересовался ящер. Рыцарь усилием воли вызвал прилив крови к щекам.
- Не стесняйся, - сказал Дракон. - Здесь все свои.
- Нет, - покачал головой рыцарь. - Не совсем...
- О-о! - вдруг морда Дракона расплылась в понимающей усмешке. - Значит: возлюбленный!
- Бог с тобой! - замахал руками рыцарь, краснея уже по-настоящему. - Мы такими делами не балуемся...
- А какими вы балуетесь?
Брадисхольм тяжело вздохнул.
- Честно говоря: никакими.
- Как так? - изумился Дракон. Почесал бровь. - А-а! - сказал он мгновением позже. Голос его подрагивал от скрытой радости. - Ты значит тоже?!
- Да, - потупился Брадисхольм. - Теоретик. Уже третий год.
Дракон завалился на спину, радостно хрюкая, что, по всей видимости, означало высшую степень сочувствия к бедолаге рыцарю...
9
- А кто изображён на портрете? - спросил Дракон, отсмеявшись. - Ну... вот у тебя картошка с салом, а у меня...
- Любимый рецепт? - рыцарь кивнул. - Особенное блюдо? - рыцарь снова кивнул. - Та-а-ак... - задумчиво протянул Дракон. - Значит: хочешь и...
Рыцарь беспомощно развёл руками.
- Теоретик! - захрюкал Дракон. Ухватился чудовищными лапами за огромный живот, его трясло от смеха. - Ой, не могу! Самочки, изящные, грациозные, ножками треньк-треньк, крылышками: бяк-бяк, чешуйка тонкая, нежная, огнём играет, глазки кокетливые, лапки мягкие, такие формы, такой плезир... И ты всего этого лишился?! Ха-ха-ха! Хи-хи-хи! Ой! - Дракон в изнеможении прикрыл глаза лапой. - Бе-до-ла-га! Ой, не могу! Ой, держите меня!
10
- Ты уж извини, - Дракон виновато почесал бровь. - Придётся тебе пешком. До ближайшей деревни миль пятнадцать...
- Ничего, - Брадисхольм забросил на плечо ножны с мечом. - Я дойду. Прощай, сэр Дракон! Спасибо за приятную беседу.
Он повернулся к зверю спиной.
- Бывай! - Дракон игриво помахал когтистой лапой. Уголки его пасти неудержимо поползли вверх. Дракон улыбался. - Бывай... теоретик!
Лицо рыцаря пошло пятнами. Он скрипнул зубами, пальцы на рукояти меча побелели... Заставил себя расслабиться, глубоко вздохнул и широким шагом направился по тропе через лес. Пятнадцать миль, значит... Пятнадцать.
11
Широкая крылатая тень накрыла поляну, стремительно увеличилась в размерах. Испуганно ржанула каурая кобыла... Удар. Крик боли казался почти человеческим... Огромные когтистые лапы пронзили лошадь насквозь, дракон ухнул сверху, круша кости огромным весом. Брызнула кровь...
Дракон с огромным сожалением слез с бездыханной кобылы, отряхнул лапы, несколько раз вонзил когти в землю, счищая кровь. Подцепил указательным когтем правой лапы седло, вытащил из кровавой каши, стряхивая куски плоти и осколки костей. Аккуратно отцепил седельную сумку с вышитым на нёй изображением белой розы с красными ромбами на лепестках. Изображение было изрядно замазано кровью, но суть улавливалась и так.
- Бубновая Роза? - довольно проворчал Дракон, расстёгивая сумку.
Уже спустя минуту он вертел в лапах небольшой портрет маслом по деревянной доске, хмыкал, вздыхал и задумчиво чесал бровь.
- Страшна как смертный грех, - констатировал в конце концов Дракон. - Даже для человека. Бедный сэр Брадисхольм. Плохи его дела, если он ТАКУЮ считает особенным блюдом!
12
- Благородный сэр, - обратился к Брадисхольму юнец с едва пробивающимися усиками. - Моё имя Ловис Гэллахард, я племянник сэра Гарета Длинное Копьё...
- А-а, - понял рыцарь. - Так это тебе я должен был передать портрет девицы Изольды?
Брадисхольм с интересом наблюдал, как уши юнца приобретают нежно пунцовый оттенок.
- М-мне... Я, знаете...
- Знаю, - кивнул Брадисхольм. - Гарет мне говорил. Жениться собираешься?
Юнец замялся, щеки заалели.
- Ага, - сказал он наконец.
Рыцарь одним махом опрокинул в себя кубок тёмного вина, хмыкнул, пожал плечами:
- Извини, парень - не повезло тебе. Потерялся твой портрет.
- К-как потерялся?! - заломил руки юнец.
- Дракон, - торжественно сказал Брадисхольм. - Огромное огнедышащее чудовище размером с... вот этот сарай... нет, больше! С два сарая! Когти как мечи, трёхфутовые зубы, кошмарные лапы... Я чудом остался жив, дракон же позорно бежал, прихватив мою лошадь со всеми вещами. Я дрался как лев, но... Не в моих силах догнать летающего дракона!